Дзенец аккуратно, размотал несколько слоев войлока и я понял, что не такой уж наконечник и массивный, как мне показалось вначале. Необычный и судя по магии таящейся внутри него, опасный, вот более точное определение. Древко стрелы было из черной древесины, оперение выкрашено в красный цвет, наконечник конусовидной формы и изготовлен из двух материалов, острие скорей всего из серебра, а основная часть из чистой рубиновой стали. В магическом спектре внутри стрелы словно бы бурлил огонь, только и ждущий момента, когда же его выпустят на волю. Кинув взгляд в ящик, и увидев, что оперения стрел разных цветов, я допетрил, что цветовая маркировка указывает на то, что за магия таится в той или иной стреле. Пока враги герцога довольствовались тем, что есть в наличии, Кинтар не сидел, сложа руки, а искал возможности расширить и улучшить то, что есть у него. Все увиденное мною за последние дни указывало на то, что командор уже очень давно готовился к войне.
Мастер Мицун объяснил, как работает его изобретение. Впрочем, все оказалось довольно просто и так, как я уже и сам догадался. При попадании стрелы в цель, серебро сминалось, после чего магия, до поры таящаяся внутри вырывалась на волю. Никаких слово-ключ и прочего, ерунды. Удар наконечника в цель, и на несколько метров вокруг, либо молния, либо огонь, либо стена спрессованного воздуха, опрокидывающая все вокруг, если же наконечник проникал внутрь тела, то цель разрывало на куски. Прервав разошедшегося артефактора, горящего желанием непременно увидеть, как же будут работать его творения на практике, я осведомился у него:
— Мастер Мицун, сколько здесь изделий?
— Сто штук. Так вы возьмете меня с собой? Мне непременно надо присутствовать на полевых испытаниях моих изделий.
— Конечно возьмем, надеюсь, ваши изделия покажут себя с наилучшей стороны. Это в наших же интересах, — пробормотал я, отходя от этого фанатика магических технологий. Интересно, предполагал ли создатель динамита, сколько народа погибнет от его изобретения?
Впереди и внизу, метрах в сорока, делал дорожную петлю западный тракт. Солнце, которому до окончательного заката осталось чуть больше часа, освещало колонну бравых гвардейцев. Все как на подбор здоровые парнищи поперек себя шире, а вот в офицерах у них были эльфы. Блестят наконечники длинных копий, бряцает железо, ослепительно сверкают надраенные до блеска кавалерийские ламилярные доспехи и гордо вышагивают кони синайских кровей. Красота, да и только. Жалко парней, причем лично они ни в чем не виноваты, так получилось, что они не на той стороне. Хорошо, что не мне придется их убивать. Гвардейцы достались пехотной полусотне Ролла Каненгейма и полусотне арбалетчиков Тремора Хогга. Этих бравых гвардейцев впереди ждал горячий прием. И виденные мною мельком трехметровые пики пехотинцев Ролла, указывали на то, что вряд ли гвардия вырвется из засады. К тому же, арбалет натягивающийся воротом, оружие медлительное, но страшное по убойной силе. Гвардейцы бодро прорысили по дороге, а вслед за ними, чуть отстав, чтобы не запылиться ехали те, кого мы ждали.
Зеленые и светло-синие туники эльфийских магов приблизились к изгибу дороги, и я поднял руку, сигнализируя бойцам, что начало атаки близко. Как только маги неспешно едущие колонной по трое поравнялись с поворотом, я махнул рукой и применил изменение на реакцию. Раздавая оркам магический боезапас, я взял себе десять огненных стрел, а оставшиеся распределил на каждого по три. Кусты и маскировка отлетают в стороны от засады, и орки показавшиеся над краем склона, натягивают тетивы своих страшных по убойной силе луков. Я в это время успеваю уже отправить три стрелы одну за другой в полет. Глаза привычно вылавливают цели, рука тянет тетиву и она, скатившись по распрямленным пальцам, отправляет оперенную смерть в полет.
— Донг, донг, щелк, — и среди передовых всадников, воцаряется огненный ад. В гуще взбесившихся лошадей и их растерявшихся наездников, рвутся магические стрелы. Вот стрела угодившая в голову эльфу, разрывает ее на куски. Кровь, кости и мозги, вперемешку с огнем, выбросившим в разные стороны протуберанцы пламени, заляпали светло-синюю тунику ошарашенного эльфа.
— Щелк, — и последняя магическая стрела, вспухает двухметровым огненным цветком в самом сердце этой каши.
Рвутся с треском электрические заряды, хлопают активизировавшиеся воздушные заклятия, раскидывая дезориентированного и практически уничтоженного противника. Мой колчан стремительно пустеет, в ход пошли уже обычные стрелы. Орки так же использовав магический боеприпас, бьют своими стрелами в пытающихся забраться по склону эльфов из свит знатных эльфов. Задача выполнена, почти, но не до конца. Среди ада устроенного нами внизу, нашлось несколько магов, сориентировавшихся в обстановке и ушедших в глухую защиту. Стрелы и заклятия отлетали от их магической защиты, не причиняя никакого вреда заляпанным чужой кровью эльфам. Выбравшись из месива устроенного нами, маги сошлись вместе и защитный экран, резко расширившись, закрыл практически всех выживших эльфов. А спустя полминуты последовал ответ. Зеленая завеса метра два высотой и метров сорок шириной стремительно полетела в нашу сторону.
— Треньк, — раздался звук, словно бы лопнул невидимый канат, когда зеленая дрянь, от которой так и несло смертью, долетела до холма.
— А-а-х, — охнул Гобой и осел без чувств на траву, изо рта и ушей у него плеснулась кровь.
— Учитель! Учитель! — закричал Лонг, самый молодой из магов и плача упал на колени перед своим старшим коллегой.
— Построились клином! — крикнул я, бойцы не мешкали, и плотно сбив строй, выстроились позади.
Активирую Воздушный Щит, и перед строем закрутилась стена спрессованного воздуха. Вовремя. Дружный залп окончательно прочухавшихся эльфов, разлетается веером бесполезных деревяшек. Лук и почти пустой колчан в сторону, тяжелый щит на левую руку, копье в правую и строй топча тяжелыми сапогами зелень склона пошел вниз, набирая разгон. Эльфов осталось около сорока, четыре мага, тридцать охранников облаченных в доспехи идентичные тем, что были на полуэльфах и шесть каких-то важных шишек. Последние за спину своих подчиненных не прятались, а наоборот выперлись в передовые ряды и по моему, зеленая фиговина прилетела от кого-то из них. Следует еще несколько бесполезных залпов, и спешно отступающие эльфы вливаются в ряды своих сородичей, лихорадочно создавая подобие строя.
Позади бухают тяжелые сапоги раскочегарившегося строя, сбившихся плечом к плечу орков и разогнавшихся как стальной бронепоезд. Когда до эльфов осталось метров десять, какой-то франт в темно-зеленых доспехах, вытянул в нашу сторону руку и что-то прокричал. Примятая трава у его ног вспыхнула огненной стеной и, расширяясь, заклятие погнало в нашу сторону гудящее пламя. Воздушный Щит рассыпался, сдутый как одуванчик и в груди кольнуло. Вслед за этим там, где висел знак Великой Матери, грудь обдало морозом и, совсем немного не дойдя до нашего строя, пламя резко затухло. Пробухав сапогами по пеплу наш строй сблизился с не ожидающими такого попадоса эльфами. Темно-зеленый, принял на щит, удар моего копья, но прозевал тот момент, когда я с размаху ударил ногой по низу щита и верхняя кромка его же щита, съездила ему по лицу. Заливающийся кровью противник покатился под ноги, а стоящий позади него маг швырнул в меня что-то ослепительно-белое, заклятие ударив в щит, прожгло его насквозь и бессильно стекло по перчатке из кожи ликора. Остатки щита улетели в голову мага, и копье, метнувшись жалом вперед доделало дело. Удар сбоку отозвался болью в левом локте и, метнув копье, насаживаю на него лучника стоящего на крупе мертвой лошади позади вражеского строя. Справа и слева строй бойцов смыкает щиты и в них с запозданием следует несколько ударов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
