Возвращаюсь в поместье Германа вымотанной вусмерть, но багажник седана битком набит пакетами с одеждой, сумочками, аксессуарами и обувью. В душе теплится гордость, хочется, чтобы Герман оценил мой обновленный внешний вид.
Ловлю себя на этой мысли и осекаюсь. О чем я вообще думаю? Я что, машина, чтобы меня тюнинговать?! Как собачонка, которую сводили в собачий салон и приодели. Тьфу!
Но у меня не было возможности отказаться. Придется считать это обязательным условием для работы на моего взыскательного босса.
Выходные я провожу в доме, обустраиваюсь на новом месте и попутно пытаюсь ближе познакомиться с Мартой, но она нарочито ведет себя, как прислуга. Не поддерживает разговоров на отвлеченные темы и уходит так сразу, как только иссякают мои вопросы организационного характера.
В понедельник Георгий привозит меня на «объект», в помещение под салон. Саня уже там. Ожидает меня. Бригада из семи рабочих трудится вовсю. Стены отмыты и покрыты каким-то бесцветным составом, мусор убран, пол застелен пленкой.
Саня ведет меня в ресторанчик неподалеку, где мы встречаемся с дизайнером Анжелой. Это сухая сорокалетняя женщина с короткими выбеленными до платинового цвета волосами.
За кофе и десертами она задает мне общие вопросы по проекту, который она будет делать, а потом мы все вместе возвращаемся на объект, и она начинает расспрашивать меня детально.
Еще нет и середины дня, и это самое начало рабочей недели, а я уже в жутком стрессе. Внезапно навалившаяся громадная ответственность давит на меня почти физически. От моего слова зависит, каким будет антикварный салон Германа, и мне до дрожи страшно где-нибудь оступиться. Судя по тому, что он все косяки меряет в деньгах, сумма штрафа окажется катастрофической!
Анжела получает необходимые данные, оставляет мне список вопросов на проработку и прощается на неделю. Столько она будет разрабатывать проект.
Похоже, вентиляция и электрика останутся, какие есть. Или на нее работает целый штат архитектурных негров. Тимур гораздо дольше ожидал проект нашего магазина на Садовой. Черт, я все еще считаю тот салончик своим. Пора уже смириться — он принадлежит Тимуру и его любовнице, я к нему никакого отношения не имею.
После ухода Анжелы, в салоне мне становится нечего делать. Здесь Саня и без меня справляется. Ездить буду, когда настанет пора контролировать ход работ по проекту.
— Герман сказал, к тебе обращаться, если мне что-то надо по работе, — обращаюсь к Сане, который о чем-то оживленно спорит с прорабом. — У меня есть просьба.
Саня извиняется перед мужчиной в спецовке и отводит меня в сторону.
— Выкладывай. Сделаю все, что в моих силах, — произносит деловым тоном.
Нравится мне его подход. Приятно работать с такими вежливыми людьми!
— Я хочу начать присматривать материалы, — отвечаю. — Анжела оставила список вопросов по отделке. В общем, мне нужен ноутбук.
Саня отвечает, что он у меня появится через пару часов. Прошу доставить его в поместье Германа и отправляюсь домой.
От Тимура давно ничего не приходило. Из того, что мне важно, у него остался только мой ноутбук. Меня начинает терзать тревожное предчувствие. Такое ощущение, что теперь бывший муж оказался у меня в слепой зоне. Проще было, когда он давал знать, о чем думает. Даже если это были угрозы. Теперь же затихарившийся враг пугает в разы сильнее, чем проявляющийся явно.
Когда приезжает мой ноутбук, прошу у Марты пароль к вай-фай и настраиваю ноутбук. Пытаюсь войти в учетку Майкрософт и не могу. Пароль не подходит. Тело пробирает ледяной озноб. Если это то, чем кажется, я влипла по самые уши. Мне конец. Теперь наверняка.
_______________________
Виола
Консультант по стилю. Пробивная, целеустремленная, смыслит в моде, имеет связи в брендовых магазинах и вхожа на показы и аукционы одежды мировых кутюрье.
Анжела
Дизайнер помещений. С командой дизайнеров и художников оказывает Герману услуги по оформлению помещений.
31.
Плевать на учетную запись Майкрософт. Создаю новую. Не так критично.
Пытаюсь войти в рабочую почту.
Не пускает! В желудке скручивается пружина волнения. Только не это!
Запускаю процедуру восстановления пароля.
Сервис просит резервный адрес почты.
Ввожу. Говорит, неправильный.
Да что ж такое!
Повторяю еще несколько раз, как будто это поможет. Частичкой души надеюсь, что могла допустить механическую ошибку, опечататься, набрать не на той раскладке, но нет. Все тщетно.
И в этот момент окончательно доходит, что Тимур решил меня уничтожить. Отобрать у меня профессиональные активы. Испортить мне карьеру и лишить возможности заработать.
В этой почте мое все. Переписки с антикварами, контакты шипинговой компании, даже отчет о продвижении контейнера с антиквариатом приходит туда.
Ясное дело, что никакого права я на него не имею, все содержимое и перевозка оплачены на деньги Тимура, но внезапно оказавшись не у дел, почти физически ощущаю утрату. Это больно — разом лишиться того, чем я занималась, чем дышала последние несколько лет.
Спустя час безуспешных попыток восстановления доступа, на меня сокрушительно обрушивается осознание ужаса сложившейся ситуации.
Потеря связи с бизнесом Тимура печальна, но не критична. Куда страшнее, что в той почте остались контакты с антикварами. В телефон я переносила всего два из доброй дюжины. Так уж сложилось, что в основном я вела переписки, а не созванивалась. И о телеграм во Франции не особо слышали. У них в чести вайбер.
Мне не переехать в вайбер на новом номере без старого телефона.
На часах за полночь. По-хорошему, не стоит звонить Герману, да и вряд ли он вдруг вернется из своей командировки, чтобы вручить мне телефон. Но пальцы сами набирают номер из его смс.
На другом конце долго длятся гудки. Страшновато прервать его сон глупым звонком. Уже решаю, что зря позвонила, и тут трубка снимается.
— Что тебе, Виктория? — недовольным голосом отвечает Герман.
На фоне плеск воды, женский смех и… отчетливо слышу слова: «Милый, возвращайся к нам!»
От гнева спирает дыхание. Он там с проститутками развлекается, когда тут пытаюсь решить проблему! Актуальную для его бизнеса, между прочим!
— Уже ничего, Герман! — выпаливаю едко. — Приятного времяпрепровождения!
Отрубаю звонок и отбрасываю телефон на кровать. Не хочу с ним разговаривать! Не хочу слышать других женщин на фоне! Душу отравляет едкая обида.
Иду в душ и встаю под прохладную воду. Немного отрезвляет. Черт, да я же ревную! Какая безделица! Откуда взялась эта ревность? Что за идиотизм?!
Мне просто нечего там ревновать. Герман мне даже не… или все-таки нравится? Да ну нет. Не может этого быть. Наверное, это фокусы подсознания, которое увидело в этой ситуации схожую с той, которая произошла между мной и Тимуром. Я работаю, а он развлекается. С проститутками. У бассейна!
Я не должна думать о Германе, как о мужчине. Он — мой наниматель. Только и всего. Но мне все равно печально. Странно, но я вдруг отчетливо ощущаю себя на обочине. Надо просто успокоиться и доработать контракт. За этот год точно обнаружится человек, с которым мне будет хорошо. Который полюбит меня и не будет изменять.
Завернувшись в полотенце выхожу в спальню. Бросаю взгляд на потухший экран ноутбука, и тоска наваливается с новой силой. Мне бы сейчас лечь спать, а утром, на свежую голову подумать, что можно сделать с почтой, но не могу.
Прямо в полотенце усаживаюсь за стол, по которому разу пытаюсь вернуть себе доступ к ящику, но теперь выбираю пункт «заполнить анкету для восстановления».
Господи, какая она муторная! Куча вопросов, на которые я не могу ответить.
Когда был создан ящик?
Да черт его знает. Года три назад, наверное.
С какими контактами вы переписывались?
Ввожу адреса тех двоих антикваров, информационного помощника от шипинговой компании, Тимура, будь он неладен.
