— Давай уже… — махнула она рукой. — Не тяни, малец…
Малец… как же все обожают ткнуть мне в мой возраст. С другой стороны, что взять с тех, кто узко мыслит?
— Слышала когда-нибудь о ведьмах?
— Ведьмы? Это какие-то шлюхи? — посмотрела она на меня мутным взглядом.
— Скорее боевая группа. Одна из них раньше работала на Бурого. Фиеста. Говорит о чём-нибудь?
— Слышала? Да, слышала о ней. Бурый захотел убрать её потом.
— А ещё Малина.
— Малина? Ягодка? Земляника, хи-хи-хи-хи-хи… — рассмеялась она, явно пытаясь сдержаться. — Это та, что ли, которая наёмница?
— Да, она. Они обе из одной банды.
— И ты брал её на работу?
— Не на ту, где требуется секретность. Она импульсник, и нам была необходима её сила. Но они обе работают вместе, что одна, что другая.
— И Бурый не верил ей, считал предательницей?
— Да.
— А ты не думал, что он мог быть прав?
— Уже вскрылось то, что он использовал своих, причём нелицеприятно даже для верных собак, откровенно подставляя их. Так что нет, он наговорил на неё.
— Может и наговорил, — кивнула Фея, едва не упав со стула. — Но вдрг… ой… вдруг были причины…
— Ты там не уснёшь?
— Не учи тётю, малыш… — протянула она. — Подумай над тем, что у него могли быть причины желать избавиться от неё. Именно от неё. Но как бы то ни было, счтаешь… сичитаешь…
— Считаешь, — подсказал я.
— Да… короче, думаешь, что они связаны с этим?
— У них тёрки с картелем, и недавно Малина предлагала свои услуги, чтоб от него избавиться. Они могли таким образом подтолкнуть нас сделать грязную работу. Или же работают на него, и Брюссель сам зачем-то пытается подтолкнуть нас к войне.
— А сам как думаешь? Ко-ко-кой вариантик самый?
— С Брюсселем. Самый вероятный. Потом идут ведьмы и после уже банды.
— Понятно… — Фея уже почти валилась со стула. — Тогда… тогда позови мне сюда такси, мальчик… Я уже не могу.
— Не может она, — вздохнул я, достав сотовый.
Надо бы здесь установить телефоны, где на кнопку нажимаешь и сразу связываешься с секретаршей. В нашем случае — с Клавдией Ивановной. Клавдия Ивановна знает толк в любом вопросе. Клавдия Ивановна — выбирай правильного секретаря.
Но шутки шутками, а я, едва не снеся стол, схватил падающую со стула прямо на пол лицом Фею.
— Это я. Забирай свою даму сердца, пока она у меня пол не поцеловала, — пропыхтел я, перегнувшись через стол и держа её за волосы. — Только быстрее, а то она сейчас упадёт…
Джек примчался через минуту, буквально ворвавшись в кабинет и едва не снеся дверь. Едва подхватил пьяную женщину на руки, а она уже обхватила его за шею.
— Ебаться! — скомандовала она и… отрубилась.
— Блеск… — пробормотал он. — Когда умудрилась так мертвецки нажраться?
— Только что, — кивнул я на бутылку. — Жаловалась на Мексику.
— А чё там?
— Ну, как проснётся, спросишь сам. Но в плане работы всё отлично. Скоро у нас будет новый товар, так что готовь ребят к рыбалке, будем вытаскивать груз из моря.
— В смысле?
— В прямом. Они сбросят за борт, а мы вытащим. Всё просто: нужны будут лодки, крюки, спасжилеты, сачки большие и так далее. Под твою ответственность.
— Ладно… — вздохнул он, поглядывая на тело в своих руках. — Всё сделаю. К какому числу-то хоть?
— Спросишь у неё, когда очнётся, — кивнул я на Фею.
— Понял, тогда до завтра. Спокойной ночи.
— До завтра, — кивнул я. — Спокойной ночи.
Да только спокойная ночь мне лишь в мечтах снилась. Всю ночь взбунтовавшаяся Эйко кричала, как резаная, стараясь вытрясти из меня всю душу. Буквально визжала, а я даже не мог понять, в чём причина. Зубы режутся? Колики в животе? В неё вселился демон и третирует меня? Кто знает… Но под утро, когда моя работа только начиналась, она легла спать. Чтоб потом ещё полдня криками выводить меня из себя и заставлять бегать то туда, то сюда, сводя с ума. И вроде когда я приду и возьму её на руки, Эйко успокаивалась, но проходило полчаса, и она вновь заливалась криком, требуя меня явиться к ней на поклон. А я из-за этого даже уехать не мог.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
С другой стороны, именно благодаря бессонной ночи я вспомнил о том, что надо было освятить Эйко. Правда, это вызвало скорее море неприятных, третирующих мозг и душу эмоций. Сразу вспомнилась Саки. Не то чтобы я забывал о ней, просто за работой как-то не до этого было, уходил с головой, тем самым прячась это этих мыслей. А здесь, пока успокаивал Эйко, сам почувствовал, как внутри всё скукоживается от боли и грусти. Она-то так и не увидит, как осветят её ребёнка, хотя сама очень хотела этого. И, успокаивая Эйко, я не мог отделаться от мысли, что это из-за меня Саки никогда не порадуется тому, чему радовалась бы любая любящая мать. А Эйко никогда не узнает, что это такое — иметь такую любящую мать. У неё будет хрен знает кто, который типа вроде как заботится о ней.
Подобные чувства, от которых, казалось, я избавился за время работы, вновь начали штурмовать мой мозг. И мне казалось, что пока я не сделаю то, чего хотела Саки и ради чего она вообще пришла ко мне в тот день, это будет преследовать меня и днём, и ночью, как проклятие.
— Ну что же ты никак не успокоишься… — пробормотал я, укачивая Эйко на руках. Ответом мне было громкое:
— А-А-А-А-У-У-У-У-Я-Я-Я-Я-У-У-У-У!!!
Маленькое чудовище…
Да, это точно наказание мне за всё хорошее и плохое, иначе и не скажешь.
Поэтому под утро я едва не клевал носом, выслушивая всевозможные новости по картелю. Особенно не радовали те, где фигурировали банды. Вновь небольшие стычки и перестрелки. Какие-то дебилы чёрного цвета кожи с штанами, которые им велики, стреляли по нашим соколам из машины. Просто проехались, постреляли и тут же свалили. И всё бы ничего, ведь никто не погиб, да только это был уже пятый случай за последние две недели.
И предложения по поводу того, что делать, разнились. Сэндмэн предлагал их порешить, так как они явно оборзели. Джек предлагал так же обстрелять их, сделать небольшой тур на территорию и хорошенько подпортить им жизнь. Фея же предлагала действовать немного иначе — диверсии. Поджигать их машины, дома, склады, убивать по-тихому, казнить и так далее, чтоб не привлекать к себе внимание полиции.
— Кстати, ты не встречался ещё с ним? — поинтересовалась она.
— С начальником полиции? Нет пока, — покачал я устало головой.
— Лучше бы тебе поторопиться. Незачем делать таких людей своими врагами. Просто будешь платить долю, и всё. Никаких проблем.
— Да речь же не об этом. Проблем-то нет, но у нас других забот хватает.
— Это дело на один день. Встретиться, всё обсудить, договориться, всё. И нет, — предугадала она мои слова. — Я с ним говорить не буду. Ты наркобарон, тебе с ним договариваться.
— Ладно… Хорошо, я понял, но в любом случае не сейчас.
— А когда?
— Когда я скажу, — с нажимом произнёс я. — У меня дела тут посерьёзнее намечаются.
— Готовишься забрать груз?
— Не угадала. Пойду в храм, надо освятить маленькое чудовище, — только вспомнил Эйко, как в небольшой рации тут же раздался её недовольный крик. — Вон, видишь, как беснуется? Наверное, демон вселился.
— Я не хочу лезть со своими советами, но может стоит сначала заняться делами? Например, договориться с главой департамента полиции? — мягко поинтересовалась Фея.
— Подождёт, — вздохнул я, вставая. — Надо было уже давно это сделать. Но постоянно какие-то проблемы: то с грузом, то с дилерами, то с бандами, то съезди по каждой точке, чтоб поставить её работу на поток. Так вечно можно тянуть.
— И всё же это может подождать, пока…
— Не может, — чуть громче, чем надо, ответил я. Сделал глубокий вдох, выдох, и уже спокойнее продолжил. — Не может. Я сделаю это завтра, так что завтра ты с Джеком на подхвате, ясно?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Для меня это почему-то было важно. Эта мысль, как заноза, с самой ночи не давала мне думать ни о чём другом. Словно какое-то дело, которое не сильно важное, но о котором ты не можешь забыть. Такое не сводит с ума, но здорово отвлекает.
