внутрь корабля.
Панель управления оказалось достаточно понятной. Егор включил пропускное поле, прежде чем военные успели повредить корпус.
– Как же стрелять?
Ссади в круглую большую чашу, посреди корабля, падали телепортированные пули. Не разобравшись до конца с управлением, Егор палил во все вокруг. Юра едва успел отскочить и проделал все, что и перед этим Егор, за одним исключением, не врезался в стекло раля. Раздался грохот и рядом с чашей упал Юра – телепортированные живые клетки приземлялись в другое место.
– Я рад, что ты жив, – сказал Егор, – возьми управление на себя.
Когда меня увидел начальник, у него в глазах явно мелькнуло удивление и растерянность. Он знал, что я пришла в себя, но что его так удивило?
– Ты решила вернуться? – спросил седоволосый, плотный мужчина, пропуская Алису в свой кабинет.
– Я бы хотела, – неуверенно, сказала я.
После аварии, у меня не осталось никого. Может работа, которую я так любила, вернёт меня к жизни.
– Хорошо, – немного протянуто сказал Виктор Юрьевич. – На твоём месте работает Лиза, она перевелась к нам с другого отделения, ей скоро в декрет, пока этот месяц поработаешь с ней, а дальше посмотрим, – помолчав немного, добавил. – Завтра можешь приступать.
В кабинет начальника ворвалась секретарша.
– Извините, к Вам звонок сверху.
Виктор Юрьевич схватил телефон. Я не слышала, что говорил его собеседник, но заметила изменения на лице начальника.
– Хорошо, я понял. Завтра отправим наших людей, – начальник положил трубку и внимательно посмотрел на меня.
– Я не могу выдать тебе в этом месяце полную зарплату, но у меня есть предложение. В Египте образовался странный туннель. Со всех стран съезжаются агенты. Дорога, жилье и питание за счет государства. Для тебя отличный вариант, сменишь обстановку и отвлечешься.
– Я поеду, – без раздумий выпалила я.
– От и хорошо. Ты была когда-нибудь за границей? – тон разговора сменился на более мягкий.
– Нет.
Через десять часов я и еще один парень, по имени Натан, с нашего отдела, сидели в самолете. Мой напарник очень нервничал. Ему было сорок лет, и он впервые летел. При взлёте он так держался за поручни, что у него побелели пальцы. У него уже были седые волосы, но выглядел молодо, хоть и далеко не привлекательно. Большой нос, немного выделялся на фоне тоненьких губ. А еще, он очень много говорил, а мне хотелось тишины. Я не переставала погружаться в себя. Наверное, правду говорят, что вся человеческая сущность – это желание страдать и жалеть себя, вспоминая моменты, приносящие боль.
– Вы, Алиса, не боитесь летать!? – болтал Натан. – А я вот очень. Говорят, что самолёты самый безопасный транспорт, но я слабо в это верю. И вообще, не понимаю, как такая громадина держится в воздухе.
Я слушала его в пол уха, а он не переставал гомонить всю дорогу. Через четыре часа, я вдыхала полной грудью легкий воздух и наслаждалась тишиной без назойливого Натана. С аэропорта мы направились в отель, в котором должны были собраться все агенты. Ждали еще французов, их рейс задерживался на два часа.
– Может, поужинаем? – предложил Натан.
Я согласилась, но через десять минут снова пожалела. Разговоры о скучных вещах продолжались, и, кажется, Натан совсем не утомился с дороги.
На следующий день, все агенты погрузились в автобус и направились в пустыню. Каждый представитель государства – профессионалы разных отраслей, кто-то химик, кто-то аналитик, кто-то врач. Группа следователей сложилась с украинских и американских представителей. Причиной такого массового съезда, стало открытие Египетскими органами следов чужеродной цивилизации.
Среди пустыни был разбит лагерь. Каждому с присутствующих выдали палатку, портативный душ и комплект питания на день. Первыми за дело взялись немцы, они спустились вниз сферы. На определённом участке туннель просто исчезал, а дном было ничем неразрушимое стекло.
Я обошла окрестности, но ничего странного не обнаружила. Кроме одного назойливого чувства – слежки за мной. Я отошла, как можно дальше от нашего городка, села на песчаный намет и закрыла глаза. Дальше происходили странные вещи: я слышала шелест песка, обрывки фраз в лагере, хотя находилась довольно далеко, и шаги возле себя. Быстро открыв глаза, обнаружила, что рядом никого нет, но зато на песке появлялись странные, едва заметные ручейки. Я встала, и увидела вдали на земле, клубы разметающей пыли, под воздействием невидимых сил. Не раздумывая, побежала в лагерь и сев на квадроцикл, поехала по еле заметному следу. Чем быстрее двигалась я, тем быстрее отдалялся след, и вздымалась пыль. Ручеек повернул на каменно-песчаный горб, руль квадроцикла наклонился и я потеряв равновесие, кубарем полетела с горки. Когда я открыла глаза, солнце явно было намного ниже. В горле пересохло, а глаза слезились от песка. Мне повезло, следы от квадроцикла сохранились, еще не успели затянуться от вздоха лёгкого ветра, и я благополучно вернулась на базу. Как только я появилась в поле зрения, ко мне подбежал Натан.
– Ты куда пропала, я волновался.
– Осматривала окрестности, все нормально.
Солнце уже почти село, и я направилась к своей палатке, что бы съесть невкусный ужин – суп-пюре, напоминавший сырую картошку. Вокруг царила долгожданная тишина, никто не бубнил над ухом. Рукой нащупав медальон в форме сердца, я снова вспомнила Арину, ведь это был ее подарок. Сняв его, открыла и обнаружила внутри записку – явно вырванный листочек с маленькой книжечки: «Я слишком долго знаю тебя».
Этот кулон я открывала миллион раз, особенно когда нервничала, и записки там не было. После выхода с больницы, меня не покидало ощущение забвения, и эта находка встревожила чувства еще больше. Может это дала мне Арина? Ведь я не помню событий перед аварией.
Заснуть не получалось, в голову лезли дурные мысли. Встав и расстегнув палатку, я посмотрела на небо. Такое безоблачно, чистое и сияющее, кажется, на него можно смотреть вечно. Я услышала странный гул, доносившийся со стороны туннеля. Схватив фонарик, быстро направилась к источнику шума. Туннель уходил в землю перпендикулярно. Подсветив фонариком, я не увидела ничего странного, а звук исчез. Разбудив Натана, я попросила его помочь. Закрепив верёвку за столб и оставив напарника наверху, я начала спускаться. Под ногами было стекло и нож не оставил на нем даже царапины. Я внимательно осмотрела все вокруг.
– Все в порядке, Алиса, – услышала я голос Натана, – нашла что-то?
– Да в порядке, – ответила я, игнорируя второй вопрос.
Чем сделан этот
