ладонью по незримой доске и не без удовлетворения принялся наблюдать за тем, как расходящиеся от него, точно круги на воде, вибрации сначала лишают воронов ориентации в пространстве — из-за чего «бедные птицы» тотчас стали набрасываться друг на друга, — а затем сбивают настройки портала и тем самым перекрывают кажущийся непрерывным поток крылатых монстров.
Всё, враг лишён части имеющихся у него преимуществ, ослаблен и уже вполовину не так опасен! Теперь его могут добить даже простые смертные…
«А ведь надо было всего лишь изучить отчёты разведки и запомнить уязвимое место!» — не без удовлетворения отметил Кайфат, то полосуя воздух вокруг своего защитного кокона бичом Нергала, то делая выпады резко удлинившимися шипами.
Да, выглядело это всё не так уж чтобы и зрелищно, но ведь эффективно!
Однако присутствующие здесь смертные имели на всё своё собственное мнение, и там, где К’ирсан радовался своему мастерству, они жаждали чего-то гораздо более яркого и эмоционального.
— Яви свою ярость, Владыка! Излей свой гнев!!! — затянули общий мотив ещё держащиеся на ногах охранники и в этот момент стало страшно заглядывать в их глаза. От плещущегося там запредельного фанатизма пополам со свирепым безумием мороз бежал по коже, ведь им не нужны были полумеры — они хотели быть свидетелями могущества своего бога.
И ведь в чём-то они были правы. Кайфат действительно мог сотворить что-нибудь этакое, достаточно было обратиться к Двойнику, чтобы потоки чудовищной мощи раздавили тварей как клопов.
Вот только как раз чего-то подобного К’ирсан и хотел избежать. Причём по двум причинам. Во-первых, потому что не с его пока ещё слабо развитой волей было тягаться с изрядно окрепшим искусственным богом. И во-вторых, потому как именно к этому К’ирсана и подталкивал тот неизвестный ублюдок, что так ловко натравил на него Стальных воронов.
В общем разум требовал осторожности, но как это сочетать с желанием «масс», Кайфат не понимал. И хфург его знает, чем бы всё в итоге закончилось, если бы на подмогу к своему императору не прибыла «кавалерия» — десяток магов во главе с Верховным шаманом. И уж эти точно не стеснялись в средствах. Гоблин тот сходу призвал какую-то полупрозрачную, незнакомую даже К’ирсану, страховидлу, которая тотчас принялась доламывать портал. Маги же сосредоточились на манипулировании разного рода боевыми плетениями, которые с ювелирной точностью принялись добивать всё ещё пытающихся трепыхаться воронов.
И через считанные минуты всё было закончено…
— Рырга, ты цел⁈ — возопил гоблин, подлетая к К’ирсану и осматривая его цепким взглядом опытного лекаря.
«Слишком быстро и слишком внимательно!» — на мгновение подумалось Кайфату, но он отогнал её прочь.
Для его текущей личности слишком сильно поддаваться напору паранойи было категорически противопоказано. Так что какие бы идеи на счёт незримого врага ему в голову ни приходили, о том, что перед ним всё-таки стоит старый друг, он не забывал.
— Обижаешь! — протянул Кайфат немного недовольно и почти не играя, благо такая реакция полностью соответствовала его нынешнему «взрослому» состоянию.
И видимо всё сделал правильно, раз Гхол сперва ответил радостной улыбкой, но стоило К’ирсану чуть отвернуться, тут же погрустнел и принялся смотреть в его сторону с теперь уже искренним сочувствием.
«Или всё-таки не он?» — задался молчаливым вопросом К’ирсан, развеивая большую часть своих чар… И едва не поддался напору вдруг возникшего желания поговорить с гоблинов по душам.
Играть в контрразведчика было не менее утомительно, чем удерживать внутренний мир в новом изменённом состоянии. Однако К’ирсан держался и держался неплохо. Хотя бы просто потому, что какие бы сейчас трудности он ни испытывал, ценность стоящего на кону приза был слишком велика. Слишком!
И К’ирсан, сцепив зубы, вновь позволил «взрослой» маске полностью перехватить контроль над телом…
«Проклятье, надо терпеть! Надо терпеть и ждать!! До конца, до победы!!!»
Глава пятая
Просыпался Бу тяжело, как с жуткого похмелья или может даже хуже. Он, правда, не очень понимал, откуда теперь знает каково это — быть пьяным, — но в том, что сравнение верное, не сомневался ни капли. Голова раскалывалась от боли, кожу лица стянуло, руки-ноги по ощущениями распухли точно колоды, а желудок содрогался от желания выплеснуть своё содержимое Порченному на грудь.
— Бу — голова, чтоб я сдох!! — простонал он и в ту же секунду замер от звучания собственного голоса.
Что-то определённо было не так. От новизны происходящего даже отступила тошнота, а под черепной коробкой перестали неистовствовать те мелкие ублюдки, что доселе с такой яростью долбили молотками в височные кости.
Бу разлепил слипшиеся из-за какой-то дряни глаза и подозрительно уставился на дно полуразвалившейся телеги, служившей крышей для его «дома».
— Какой ещё, к хфургу, Бу?!! — медленно проговорил он, и с каждый сказанным словом, его голос менялся всё сильнее, а эмоции становились ярче. — Айрунг, сын трахнутой хаффом шуши, тебе что было поручено сделать⁈ Ты куда меня засунул?!!
Бу — точнее уже явно не Бу, но кто именно пока не удавалось вспомнить — попробовал встать, однако с координацией возникли определённые сложности. Он со всего маху бахнулся головой о гнилые доски, вскрикнул и снова рухнул обратно на спину.
— Да чтоб тебя!!! — выругался Бу, пытаясь волевым усилием унять мельтешение жёлтых точек перед глазами.
Как ни странно, попытка увенчалась успехом. Мало того, с возвращением нормального зрения начала отступать ещё и головная боль, так что уже через минуту-другу «Бу» уже мог достаточно ясно соображать и адекватно воспринимать реальность… к большому своему сожалению.
— И почему здесь так воняет??? — прохрипел теперь уже окончательно чужим голосом Бу и медленно провёл ладонью по странно незнакомому лицу.
Появилось ощущение чего-то липкого и противного. «Порченный» медленно поднёс руку глазам и… увидел размазанные по коже зелёные сопли.
— А-ааа!! Айрунг, ненавижу!!! — простонал он, спешно переворачиваясь на бок и всё-таки выплёскивая наружу содержимое желудка.
Впрочем приступ продолжался недолго. Уже через несколько минут спазмы закончились, и «Бу», с отвращением вытерев ладонь о пучок соломы, принялся приводить в порядок лицо.
— Бу — голова! — сложились сами собой чудные слова. И в тот же миг «Порченный» взорвался. — Тьфу!!! Какой ещё к мархузу Бу⁈ Я… я… — Он натужно пытался вспомнить своё имя. И хотя каждая попытка достучаться до находившейся в хаосе памяти отдавалась болью не то что в голове, а во всём теле, «Бу» продолжал стараться. Причём делал это настолько упорно, что не мог не
