— Ладно, спорить не буду. Все равно у тебя ничего не выйдет.
— Это еще почему?
— Потому что ни Сонька, на Артемон друг на друга особого внимания не обратили. К тому же, нашей подруге всегда нравились невысокие брюнеты с мощным интеллектом, а этот белобрысый громила даже родным языком не владеет — только блатным и матерным.
— Внешность не главное, — изрекла Ксюша уверенно. — А насчет ума… Вот мой Педик, например, считает, что столица Кубы — Мексика, что Марс и Сникерс — планеты Солнечной системы, а «Ромео и Джульетту» сочинил тот же мужик, что и «Санта-Барбару». Но при этом так умно заколачивает бабки, что плевать мне на то, что в кроссворде слово «троллейбус» он написал с двумя «о» и с одной «л».
— Все. Больше спорить не буду. Но не надейся, что я стану тебе помогать.
— Главное — не мешай, — закончила спор подруга, после чего начала гипнотизировать Артемона. Видимо, примериваясь, с какого бока лучше к нему подъехать.
9.
В столовую мы вернулись только через час. Бездна времени ушла на то, чтобы привести в чувства пострадавших — Галину Ивановну и Куку (причем, телохранитель пришел в себя довольно быстро, хоть и шмякнулся головой о корягу). К тому же бедному Артменону пришлось всю дорогу тащить на руках Изольду, а это тоже не способствовало быстроте передвижения.
Короче, когда мы ввалились в музыкальный зал, Сонька вся извелась.
— Где вы застряли, черти? — накинулась она на нас с Ксюшей. — Я же волнуюсь.
— О! — Ксюша восторженно закатила глаз. — Мы наблюдали за тем, как доблестный рыцарь Артемон спасал неуклюжую старую деву, как бишь ее…Матильду что ли.
— От кого спасал?
— От самой себя. Софья, а ты не находишь его симпатичным?
— Артемона? — очень удивилась подружка.
— Ясно, что Артемона. Не тормози — отвечай.
— Ну… Не знаю… — Сонька прокашлялась. — Не нахожу.
— Это говорит только о твоем дурном вкусе, — процедила Ксюша. — Вот Матильда, например, находит его обворожительным. Глянь сама.
Сонька глянула. Я тоже. Оказалось, Ксюха была права — Изольда не сводила с банкира глупо-влюбленных глаз.
— Ха! Эта кочерыжка может кого угодно находить обворожительным, но я то вижу, что он урод.
— А я считаю, что он очень симпатичный, — продолжала упорствовать Ксюша.
— Тоже мне, удивила! Все знают, что для тебя красота мужчины прямо пропорциональна его счету в банке.
— И Леле он нравится, — выдала Ксюша свой последний аргумент.
Я закашлялась, но возразить не решилась — обещала же не мешать. Сонька недоверчиво скосила на меня свои зеленые глаза, спросила:
— Правда?
— Да! — выпалила я. В конце концов, Артем был и вправду неплохим мужиком.
— Ну я тогда не знаю…
Сонька так и не закончила начатой фразы, но, как мы заметили, призадумалась. Думы ее сопровождались пронзительными взглядами в сторону банкира, вздохами, рассеянными вопросами ни о чем. На исходе 5 минут Сонька, видимо, приняла какое-то решение. Она встряхнулась, пригладила волосы, стерла с щек осыпавшуюся туш, подтянула лосины и передислоцировалась поближе к Артемону. Оказавшись в поле его видимости, Сонька грациозно села на кресло, закинула ногу на ногу, нацепила на мордочку скучающе-приглащающее выражение и стала ждать.
Я похихикала. Ксюша довольно крякнула. И мы обе замерли в ожидании. Уж очень хотелось посмотреть, как Сонька будет Артемона очаровывать.
Однако ее маневры были замечены не только нами, но и влюбленным Зориным. И его они привели в крайнее волнение.
— Леля, — громким шепотом позвал он. — Тебе не кажется, что Сонечка неадекватно себя ведет?
— Нет. Не кажется. По-моему, она нормальнее, чем обычно.
— Но она предлагает себя, — всплеснул руками Юрка. — Это так не красиво… И так ей не свойственно…
— Юрок, откуда ты знаешь, что ей свойственно?
— Леля! — возопил он. — Я не понимаю, что вы нашли в этом тупом нуворише?
— Он очень мил, — промурлыкала Ксюша.
— Леля, — Юрка проигнорировал Ксюшину реплику и затряс меня за руку. — Подействуй на нее. Ты можешь. Растолкуй, что здесь есть более достойный кандидаты…
— Что-то ни одного не вижу, — продолжала бухтеть Ксюша.
— Она же тонкая натура. Учительница. Она должна понимать, что деньги — не главное, — гнул свое Юрка.
Я закатила глаза и, возмущенно сопя, потопала от Зорина подальше. Мне он до смерти надоел. А уж Соньке, наверное, подавно!
— Леля! — не унимался Зорин. — Леля! Постой!
— Отстань.
— Помоги мне. Я сгораю от страсти, неужели ты не видишь!
— Быстрей бы уж сгорел. Хоть замолкнешь, наконец.
— Леля! Она должна быть моей. Я мечтаю о ней уже целый год! — все громче умолял Зорин. — Посодействуй, ты же мой друг!
— Юра, отвали.
— Проси чего хочешь!
— Мне ничего не надо. От тебя особенно.
— Хочешь «винт»? Новый. На 40 гигабайт?
Я махнула на него рукой и унеслась подальше. Отбежав на безопасное расстояние, села, оказавшись между Сонькой и Артемоном. Что ж, это не плохо. Глядишь, прослежу за развитием сюжета из портера.
Как только моя пятая точка опустилась на холодный дерматин кресла, ко мне тут же придвинулся Артемон.
— Подруга, я че-то не понял, ты чем торгуешь? Стройматериалами что ли?
— Чем? — опешила я.
— Вон толстый тебе винты какие-то предлагает. У тебя точка со строительной фурнитурой что ли?
Я засмеялась. Вот ведь темный парень, даром, что миллионер.
— Артем, «винт» это «винчестер», понимаешь? Он мне винчестер предлагает.
— Да ты че! — округлил он свои по-детски распахнутые глаза. — Оружием торгуешь!? Ну ты даешь. Обалдеть. — Артем аж привстал от переполняемых его чувств. — Никогда бы не подумал. Тока ты это… — он понизил голос до шепота. — Не в обиду… А так совет. 40 винчестеров не бери. Это ж товар не ходовой, стока не реализуешь. Ты лучше «тетешник» возьми или «АК», ну на худой конец «Узи»…
— Артем, — я постаралась говорить серьезно, без смеха. — Винчестер — это не оружие, это диск.
— Какой? Метательный что ли?
— Нет, компьютерный.
— А-а, — протянул он, все еще не до конца поняв, о чем я.
— Винт. Жесткий диск.
— А че, еще мягкие есть? — совсем обалдел он.
— Нет, конечно. Но просто так говорят…
Я немного опешила. Дело в том, что мы — операторы, программисты, электроники — просто не можем взять в толк, что есть люди, которые не только не знают, из каких штучек-дручек состоит компьютер, но даже никогда не касались его клавиш. Я, например, очень хорошо помню свое удивление, когда из уст Ксюхи услышала вопрос «Почему из чемодана (это она так системный блок назвала) дует ветер?». Но еще больше я удивилась потом, когда на мое объяснение о том, что в «чемодане» есть «кулер» или вентилятор, она засмеялся и обозвал меня вруньей. Ты бы, говорит, еще сказала, что у него «пропеллер» есть, как у Карлсона.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
