тебя — сказал я.
Услышав слова, которые, как я уверен, пронзили ее сердце, венка на ее лбу дрогнула. Она кивнула и вытерла щеки.
— Прощай, Уолтер — сказала она и, хлопнув дверью, ушла из моей жизни навсегда.
Я сижу в комнате в полной тишине. Слышно лишь тиканье часов.
Голова опущена, руки скрещены в замке.
Я проклинаю себя за то, как поступил с Ней, но у меня не было выбора. Я сделал так, как считаю это нужным.
Люблю ли я ее? — Чертовски.
Порой жизнь чересчур сложна, и не все идет так, как должно было идти по плану, который ты создал в своей голове.
Я видел ее в своём будущем так же отчетливо, как видела Она меня.
Я знаю, что сломал её. Сделал больно и разбил сердце на тысячу кусочков.
Я посмотрел в сторону и увидел ее белый платочек, что был на Ней в тот день, когда мы встретились в автомастерской. Он лежал в самом углу зеленого бархатного дивана. Я взял его в руки, приподнес к носу и почувствовал ЕЕ. Воспоминания ненароком всплыли в моем воображении. Всё помнилось слишком ярко. Каждая деталь.
Наш мозг ценит то, что поистине значимо для него. Значит вся наша история с Ней, каждый день, каждая ссора и радостный момент значимы для меня.
***
Где-то через год после нашего расставания у меня нашли опухоль мозга. Прогнозы были неутешительными — мне давали еще года два жизни. Болезнь прогрессировала с бешеной скоростью, и ничего нельзя было поделать. Я лишь молился. Молился Богу, чтобы пожить как можно дольше, увидеть Её еще раз. Хоть даже мельком. Моментами я бредил, особенно по ночам. Но в какой-то степени я любил эти моменты, ибо в них Она являлась мне как ангел, который присматривал за мной и говорил, что я достаточно сильный, чтобы выкарапкаться.
Какое-то время я жил в Швейцарии и проходил лечение в одном из санаториев. Именно там моё сознание и восприятие этого мира поделилось на до и после. Я стал больше ценить то, что имею и то, что имел ранее.
Сейчас спустя 7 лет после расставания болезнь спала и практически не тревожит меня. Доктор даже поговаривает о том, что опухоль исчезла совсем, но я в это не верю, как бы мне не хотелось. Ибо я знаю, что она может в любой момент начать снова развиваться. Поэтому я и не могу снова причинить Ей боль этим. Снова быть с Ней, зная, что если моя опухоль вновь начнет набирать обороты, то Она вновь будет страдать по моей же вине. Да и вряд ли Она до сих пор любит меня. Каждый нормальный человек спустя столь долгое время уже начинает жить дальше, забывая прошлое.
Я не жду от вас понимания, но я надеюсь хотя бы на то, что вы не осудите мен за моё решение моей молодости. В тот момент я считал, что так будет лучше для нас обоих. В первую очередь для Неё самой.
Можно бесконечно думать о всех вариантах развития нашей истории со словами «а если бы», но суть в том, что мы никогда не узнаем, как бы получилось, прими история другой оборот.
Лилиан и так потеряла ребенка. Я не хотел, чтобы ей пришлось оплакивать еще и смерть любимого мужчины.
[Но это не история моей болезни, и как я справлялся с ней. Эта история нашей любви. Вечной и всеобъемлющей.]
***
Дни проходили, но мне не становилось легче.
Я превратился в зомби, который лишь существует, но внутри он мертв. Работа ушла на последний план, как и всё в этом мире. Кроме Неё. Она завладела моим умом и разумом, и я был бессилен перед ее чарами.
Кошмары вновь обрели место в моих сновидениях. То, чего я так боялся, вернулось. Но лишь Она могла заставить их исчезнуть. В те моменты, когда Она была рядом со мной, я чувствовал себя в спокойствии и безопасности.
Практически каждый день я приходил к ее дому, чтобы уловить ее силуэт в окнах ее квартиры. Но все было тщетно. Каждый раз там была полная темнота. И это в сотый раз напоминало мне о том, что она исчезла для меня в этой темноте.
Однако спустя месяц после нашей последней встречи я вновь пришел к ее квартире, и на этот раз мне нескончаемо повезло. Тусклый, едва заметный свет горел в окне ее спальни. Я почувствовал, что этот тусклый огонек значит намного больше. Это значит, что девушка, которую я люблю больше всего на свете и которой я так безжалостно разбил сердце, вновь начинает оживать.
Я умолял Бога о том, чтобы хотя бы на долю секунды увидеть Её. И о Боже, произошло чудо! Я увидел Её. Увидел, как где-то вдали комнаты Она накинула на себя халат и вновь исчезла. Этого хватило, чтобы в груди вновь закололо так, будто пырнули ножом несколько сотен раз.
***
Сладкий чай еще никогда не был так пресен.
Мои попытки заглушить боль сигаретами увенчивались многочисленными провалами. Больше ничего не помогало мне убежать от той боли, которую я сам же породил.
Рука каждый удобный случай тянулась к телефону, но каждый раз я сдерживал себя и убирал телефон подальше от глаз.
Если я и мог не видеть Её в настоящем мире, то мысли о ней не покидали мою голову. Всё. Абсолютно всё напоминало мне о ней.
Иной раз, выйдя поздно вечером на балкон своей квартиры и посмотрев на звезды, в моем сознании снова вспыхнул яркий образ той самой ночи, когда мы [а если быть точнее Она] с замиранием сердца наблюдали за звездопадом. В тот день мое настроение было самым паршивым. Я не хотел никого видеть, но Её это не остановило. Она постучалась ко мне в ночи и встретила меня с самой широкой и яркой улыбкой, что только может быть. Еще я практически сразу же увидел на небе ту самую звезду, что отныне озаряла мою жизнь. Звезду, которая носила Её имя.
— Я заварю чай с мятой, и тебе сразу же полегчает. Вот увидишь — говорила Она, ставя чайник.
А я наблюдал за Ней. Просто и тихо наблюдал.
Позже мы вышли на балкон.
Она радовалась как ребенок. Её голова постоянно смотрела вверх. А она все радостно восклицала «еще одна. Еще одна. Ты успел загадать желание?»
Сказать честно. За все то время я
