если что.
Соня закивала. В своего енота она верила твердо – не нагадит.
Евгений проследил за закрывающимися дверями и ещё раз поклонился. Вспрыгнул к Соне на коленки и прижался покрепче.
А что? Очень даже аппетитные округлости.
– Мама!
– Софья Алексеевна, вы куда?! С диким зверем?!
– Он не дикий! – Соня задрала нос. – И вообще, вот его ветпаспорт! Это, скорее, он на территории садика может что-то подцепить!
Сторож пожал плечами.
– Если что – я вас предупредил. Может, оставите его здесь?
– Нет, – отказалась Соня.
– Вирррр! – Евгению тоже не понравился взгляд сторожа. Такой что хочешь сделает за бутылку, сразу видно, ещё и на живодерню сдаст. А Соне и наврёт потом, не постесняется.
В детских садиках Евгений раньше не был и смотрел по сторонам с немалым интересом.
Все яркое, красочное, дети… да, дети – это самое страшное. И почему им всем нравятся еноты?
Евгений дисциплинированно шёл рядом с Соней и не отставал ни на шаг. Было подозрение, что детки его могут на части разобрать.
Вот и Марта. Вылетела навстречу с радостным визгом, повисла на маме, поцеловала Еню в нос.
– Можно домой?
– Иди, зайка, – воспитательница посмотрела на енота. – Софья Алексеевна, это ваш?
– Да.
– Ручной?
– Абсолютно.
– Надо же… можно его погладить?
– Еня?
Евгений со вздохом подошёл к воспитательнице и протянул ей лапу.
– Ой! Он дрессированный?
– Да.
– И такой умница…
Из садика они сегодня ушли чуть позже. Евгений впервые задумался, что у енотов тоже бывает нервный тик. Наверное.
А дети были в диком восторге. Енота они натискали так, что он аж искрил!
Енот же!
А енот – это счастье!
Рамира
– Магия! Только не это!
Литта Яна не знала, за что хвататься, за сердце или за голову.
Несносный мальчишка!
Болван!!!
Она же говорила, она предупреждала… ну почему он её не послушался? Зачем ему вообще понадобилась эта Марина?
Посланный на разведку доверенный человек потратил несколько дней на сбор фактов, а потом явился пред очи литты Яны с докладом.
Всё было не просто плохо, а очень плохо. Понятно, почему её магия последнее время не слишком стабильна… ладно, в этом возрасте у неё магии практически и нет, всё уходит на поддержание здоровья. И что получается?
Ей плохо…
И правильно!
Она обещала позаботиться о Марине Линдли. А эта самая Марина беременна! И похоже, от Евгения, во всяком случае, последние пару месяцев она встречалась именно с ним, а Евгений не из тех, кто будет делить любовницу с другими.
И что у нас получается?
Литта Яна ещё не нарушила ничего. Но… кое-что она обещала.
Евгений ей просто как родной. Марина… тут свои договора и расчёты, о которых не хотелось вспоминать, но и забыть не получалось. Вроде как на ней и нет этого обещания, но себе-то не соврёшь. И тем более не соврёшь родовому алтарю.
Родовой алтарь – это вам не просто так себе камешек, это практически сердце рода, в постоянном движении. Рядом с ним заключаются браки, рядом с ним рожают детей, на алтаре им дают имена и принимают в род, на алтарь они проливают кровь по достижении совершеннолетия, более того, на алтаре надо проводить обряды, чтобы разгонять силу по лей-линиям.
Не будете этого делать?
Род в итоге вымрет.
Или уступит своё место другим, тем, кого примет алтарь… застывшая магия. Концентрированная сила. Полуразумная, стихийная и соблюдающая равновесие.
Литта Яна его нарушила. Она ещё не виновата, она ещё не клятвопреступница, но она перешла грань.
Условно – что она могла сделать? Евгений взрослый, Марина тоже, они прекрасно могли договориться и без неё.
Но познакомились они на её территории. Именно она, вместо того чтобы отговорить и остановить молодежь, как-то подействовать… да, она поговорила с обоими, она нашла для Евгения любовницу, но этого, видимо, было слишком мало?
Или…
Речь о действии или о его последствиях?
Вот тут литта Яна задумалась серьёзно.
Остановить двух взрослых людей нереально. Она не успела. А вот что реально? Что зависит от неё?
Найти Евгения, который сейчас неизвестно где?
Помочь беременной Марине?
Яна потёрла лицо руками.
Надо бы узнать всё поточнее, а уж потом она будет предпринимать какие-то шаги. Не то наворотит она такого, что век не расхлебать и ей, и всему роду. В том-то и беда, она старая, она умрёт – не жалко. Но по кому ударит откат за её дела?
Это ведь только так говорится, что ребёнок не в ответе за родителей. А на деле – шалишь!
Ещё как в ответе, и спрашивают строго, и увильнуть не удаётся. Если ты в роду, ты в ответе за все родовые дела. И за собой тоже следи, потому что и твой грех упадёт на всех. Глава рода за всех может отречься, отказаться от того, кто нарушил клятву… как правило, это влечет за собой смерть клятвопреступника. Если дело будет более серьёзным, литта Яна и на это была готова. Она пойдёт к алтарю и откажется от рода, чтобы никто не пострадал, она уже согласна.
А все остальные Рейнарды?
Увы, литта Яна знала ответ. Они никогда не позволят ей отказаться от рода и никогда не выгонят, еще и упираться будут, и ответственность на себя перекинуть попробуют. Её любят. Но ведь и она их любит? Значит, она должна сделать всё, чтобы её родные не пострадали. Фелиция ей поможет, обязательно. А пока – литта Яна позвала секретаря и принялась диктовать всё, что могло понадобиться в ближайшее время.
Слуги забегали, а литта Яна сидела, держалась за виски – голова разламывалась – и думала, думала…
Она просто пообещала позаботиться. За это может быть такой откат? Или нет?
Пока она не узнает всех подробностей, она не сможет дать ответа.
Магия! Хоть бы совершенная ей в юности глупость не отозвалась на её семье!
Россия
– Ой, Инна, еноты – это сокровище!
– Серьёзно?
– Да. У меня Марта с ним читать учится! Ты представляешь? Сидит рядом с ней, серьёзный, в азбуку смотрит, будто понимает что-то, а если Марта начинает отвлекаться – фырчит, ворчит, ругается на неё так забавно… мультфильмы с ней обучающие смотрит. Даже книги листает!
– А ничего не сломал? Не погрыз?
– Вообще ничего! Даже не нагадил нигде! Или пользуется унитазом, или ждёт нас и гуляет рядом с Мартой. От нас ни на шаг! Представляешь?
– Слушай, ты так о нём рассказываешь! Я даже завидовать начинаю!
– Ой, Инна, я сама себе
