Читаем без скачивания Там, где тепло - Павел Корнев

- И долго ехать придётся? – пробормотала Марина.

- Как поворот на Октябрьский будет, привал сделаем. Горячего похлебаем, - сообщил правивший санями дядька, в бороде которого серебрился иней. – А до Песчаного уже вечером доберёмся…

- Караул! - прошептала девушка. – Я совсем закоченела!

- Селин бы тебе посоветовал за санями пробежаться, - ухмыльнулся Напалм, которому мороз был нипочём.

- Сам, Константин, пробегись, - сделав акцент на имени, огрызнулась наша рыжая – или уже не совсем рыжая? – спутница и достала небольшую фляжку. – Евгений, будешь?

- Коньяк?

- Коньяк.

- На работе не пью, - покачал я головой, и возница подавился смешком.

- Как хочешь, - Марина сделала небольшой глоток и спрятала фляжку обратно под шубу. – Тебе, Константин, не предлагаю, у тебя ружьё. Заряженное.

- Можно подумать, можно подумать! - пробурчал пиромант. – Я непьющий, между прочим.

- Замечательно, мне больше останется. Ещё кофе остался, никто не хочет?

- Нет, спасибо.

В этот момент сзади послышался требовательный автомобильный сигнал и, выбрасывая из-под шипованных колёс снег, на обгон обоза пошёл серебристый пикап, кузов которого закрывала самодельная брезентовая палатка со вставками из оргстекла. Водителя габаритного внедорожника с наглухо тонированными окнами нисколько не волновало, не создаст ли он таким маневром аварийную ситуацию, и на приличной скорости пикап промчался мимо. В одном месте его мотануло, но, едва не зацепив бортом ближайшие сани, массивная машина выровнялась и вскоре скрылась из виду.

- Уроды, - коротко, но ёмко прокомментировал возница манеру вождения обогнавших нас отморозков. – Что хотят, то и творят!

- И не боятся ведь отхватить! – фыркнул Напалм.

- Все ж крутые, - пробурчал нахмурившийся дядька. – Сколько таких по кюветам закопано…

Дальше разговор затих как-то сам собой, и я обернулся посмотреть на оставшиеся позади развалины, тёмными громадами маячившие на фоне посветлевшего неба. Солнце только-только начало подниматься над горизонтом и потихоньку подкрашивало розовым светом половину мира, лежавшую слева от нас. Справа по-прежнему царствовал мрак ночи. Небо там казалось бездонно-чёрным.

Холод к этому времени стал беспокоить несколько меньше – потеплело или просто свыкнуться успел? - и, откинувшись спиной на деревянный ящик, я завертел головой по сторонам. Поля, поля, поля. Кругом одни заснеженные поля. Лишь на обочинах дорог рос редкий кустарник, да несуразные ветви бархатников – длинные, шипастые и лишённые листьев – скребли под порывами ветра снег.

Оно и понятно: обычные деревья в окрестностях Форта давным-давно на дрова пустили, остались только кусты да ядовитые бархатники. Вид донельзя однообразный, зато засады можно не опасаться - обзор неплохой, незаметно не подберешься. Другое дело в лесу!

Внезапно над полем разнёсся странный вой, и по спине у меня побежали мурашки. Лошади испуганно заржали и, запрядав ушами, сбились с размеренного шага. Вознице не без труда удалось их успокоить, а Марина передвинулась поближе ко мне:

- Это что ещё такое?

- Не знаю. – Я ослабил контроль над даром, и ясновиденье немедленно охватило растянувшийся по дороге обоз, но ничего опасного уловить не удалось. – Что бы это ни было, оно находится очень не близко.

- Километра два, не меньше, - с уверенным видом подтвердил моё предположение возница. – В любом случае бояться нечего, у нас с охраной порядок.

- Понятно, - поёжилась девушка.

- Слушай, тебе таблетки не пора пить? – напомнил я ей.

- Да уж не помешает, - вздохнула Марина и принялась искать экомаг, - а то знобит чего-то.

Она запила таблетку парой глотков кофе, я забрал у неё термос и налил себе. От горячей жидкости моментально начал подниматься пар, но остыть кофе, разумеется, не успело.

Ух! Хорошо!

- Нап… - Я едва не назвал пироманта прозвищем, но вовремя вспомнил, что этого делать не стоит. - Костя, кофе будешь?

- Не, спасибо, - отказался парень и закурил. – Оно на сердце плохо влияет, и печень от него увеличивается.

- А курение постоянное как на сердце влияет? – не смогла промолчать Марина.

- Не очень хорошо – факт. Но я лучше вместо кружки кофе, сигаретку лишнюю выкурю.

- Уважаемый, - окликнул я возницу, – вам кофе плеснуть?

- Пожалуй, не стоит, - отказался дядька. – Может, позже. Позавтракал плотно.

- Если что, говорите. – Я привстал, оглядел пустынную дорогу и уселся обратно. – А чего это никто нам навстречу не едет?

- Рано ещё. Те, кто из Песчаного или Лисьих выселок с утра выехал, сейчас только к Рудному подъезжают, - пояснил возница. – Позже повалят…

- Ты как себя чувствуешь? - толкнул я скукожившуюся Марину. – Нормально всё?

- Да холодно просто. Ты сам не мёрзнешь разве?

- Привык уже, вроде, - прислушался я к своим ощущениям. – Не уверен, правда, что ходить смогу, когда из саней выберусь.

- Нормально всё будет, - решил поддержать нас пиромант. – Скоро привал.

- Ты откуда знаешь? – удивилась девушка. Пусть уже рассвело, но делать остановку, скорее всего, было слишком рано.

- Сейчас поворот на Октябрьский должен быть, - пояснил Напалм. – Я как-то раз в Рудный мотался, на местности чуток ориентируюсь.

- Твоими бы устами. - Я пошевелил ногами, пытаясь хоть немного разогнать по жилам кровь. Мороз хоть особо и не беспокоил, но подкрался исподтишка и потихоньку сделал своё чёрное дело.

Какое-то время мы молча катили дальше, потом обоз начал замедлять ход и жаться к правой обочине.

- Чего ещё? – встрепенулся Напалм.

- Грузовики пропускаем.

Ехавшие в санях позади нас охранники рассредоточились по обочине и взяли на изготовку жезлы «свинцовых ос» и дробовики, а один с крупнокалиберной винтовкой и вовсе забрался в сугроб.

- Не опасно это? – забеспокоился я.

- Не, - легкомысленно отмахнулся возница. – Тут до Октябрьского недалеко, шалить не должны.

- А эти чего? – указала Марина на настороженных охранников.

- Работа у них такая, - ответил и не подумавший взять двустволку дядька. – И подстраховываются, конечно, не без этого.

Поравнявшийся с головными санями тентованный «КАМАЗ» с прицепом замедлил ход и из приоткрывшейся двери высунулся водитель. Перекинувшись парой фраз с Михаилом Григорьевичем, он спрятался в кабине, и вскоре фырчавший грузовик проехал мимо нас. Следом прокатил тяжелогруженый «бычок».

- Фу! Ну и вонища! – сморщился Напалм и демонстративно зажал варежкой нос. – Какой тухлятиной они заправляются?

- Бывает и хуже, - усмехнулся возница. – Как газанут, аж глаза лопаются.

- Это ты не про своих лошадей часом? – подколол его пиромант. – Они уже газовали, я видел.

- А что коняги? – хмыкнул дядька. – Конягам сена со снежными ягодами намешаешь, и проблем не знаешь. А с автомобилями одна морока. То сломается что-нибудь, то бензин кончится.

- Тоже верно, - согласился с ним я. – Но на машинах быстрее.

- И теплее, - поёжилась Марина и вновь достала термос.

- За день до Северореченска один чёрт не добраться. Если только впотьмах ехать. - Возница взмахнул вожжами, подгоняя лошадей. - А значит, за постой так и так столько же, если не больше, платить придётся. А вот если между соседними сёлами чартером или по городу мотаться, тогда – да, тогда – экономия выходит.

Мы допили кофе и, позёвывая, какое-то время болтали о всякой ерунде. Солнце уже поднялось над горизонтом, и теперь от его сверкавших на снежном насте лучей у меня начали слезиться глаза. Пришлось отвернуться, и вскоре я на другой стороне поля заметил тянувшиеся к небу струйки печного дыма, а мгновенье спустя там блеснула крытая оцинкованным профнастилом крыша какого-то здания.

- Это не Октябрьский случаем? – повернулся я к пироманту.

- Октябрьский дальше, - покачал головой Напалм и вслед за Мариной достал тёмные очки. - Это Боровая.

- А мне не могли очки взять? - не сдержался я. – Не вижу из-за солнца ни фига!

- Посмотри в сумке, - посоветовал пиромант, - тебе тоже положить должны были.

Расстегнув молнию, я пошарил внутри и действительно обнаружил запечатанные в пластик очки с поляризационными стёклами. Очень кстати для такого солнечного дня.

- Баловство это, - не оценил очков возница. – Сколько не брал, на морозе ломаются.

- Это у вас неправильные пчёлы какие-то были, - усмехнулся Напалм.

- Да уж куда нам, деревне!

- Точно-точно!

Дядька только хмыкнул и ввязываться в лишённый всякого смысла спор не стал.

Я поёрзал, устраиваясь поудобней, поднял воротник дублёнки и попытался задремать. Не получилось. И на неровной дороге, нет-нет, да и потряхивало, и холодно слишком. Марина тоже никак не могла найти себе места, а вот Напалм беззаботно смолил сигаретку за сигареткой и не без интереса посматривал по сторонам.

- Тут всегда так спокойно? – не выдержала Марина. – А то рассказы обозников послушать, так за стены только на бронетехнике и можно выбираться.