долги она явно не станет. Спустит их где-нибудь. Ну и ладно это не моё дело.
Второй минус, это…
— Ох, Ками, — вздыхает читающая мои записи Шизуне, смотрит на меня огромными глазами и спрашивает. — Джирайя, это… Что могло послужить вдохновением для такого?
— Конкретнее?
— Ну, — краснея мнётся Като. — Монстр и девушки.
— А-а-а-а-а, так это. Был я как-то в одной рыбацкой деревушке. Там и видел.
— Что правда?! Такие монстры существуют? Мама… Я никогда больше не буду купаться в море.
— Нет, Шизуне, не существуют. По крайней мере я таких не видел. Просто тогда, рыбаки вытягивали на корабль сеть. Ну вот, а там с рыбой был здоровенный осьминог. Ему не особо понравилось такое хамское обращение и он начал сопротивляться. Схватил рыбаков щупальцами, ну а дальше… Дальше моё воображение. В книге я просто увеличил осьминога, сделал его страшнее, а незадачливых рыбаков заменил на девушек. Всё.
— Так просто? — восхищённо глядя на меня выдыхает Като.
— Да, — резковато отвечаю ей и возвращаюсь к записям, потому что этот взгляд, мне ну совсем не нравится.
Шизуне, видимо, не понимает намёка на то, что разговор закончен. Догоняет меня, останавливает, вкладывает в руки блокнот и глядя в глаза вздыхает: — Джирайя, а может мы…
Договорить она не успевает. С треском из кустов растущих у дороги, вываливается Цунаде. От увиденного выкатывает глаза, наклоняет голову на бок и стремительно краснеет, но явно не от стеснения.
Так и стоим. Я, подозревающий ещё один скандал. Шизуне, так и держащая блокнот. И злая Цунаде, вид которой ничего хорошего не обещает. Свиньи нет, она видя разгневанную хозяйку предусмотрительно свалила подальше.
Во избежание, так сказать, активируем режим Жабьего Дурака. Хотя я вообще не понимаю, что именно ей сейчас не нравится?
— Вы чем тут занимаетесь? — уперев руки в бока подозрительно спокойно спрашивает Сенджу.
— Книгу читаем. Хочешь посмотреть? Шизуне говорит интересно получилось.
— Это я понимаю, — продолжает Цунаде. — Мне интересно какого хрена вы за руки держитесь?
— Так это… Да мы же не за руки. Мы…
— Старый ты кобель. На минуту отошла, а ты уже к Като свои шары подкатываешь.
— Я?
— Отвали от неё. Ещё раз увижу, что ты к ней пристаёшь, тебе никакие фуин печати не помогут. Убью, как собаку.
— Но Цунаде! — так и не отпуская блокнот пищит Шизуне. — Он не приставал…
— Я всё сказала, — отметает все объяснения Сенджу. Подходит схватив Като за руку утаскивает её вперёд, оборачивается и сквозь зубы шипит: — Кобель. Пойдём Шизуне. И не беспокойся, он тебя больше не побеспокоит.
— Но я…
— Я сказала он тебя не побеспокоит! — рычит Сенджу и грубо тащит Като за собой.
Это что мать вашу сейчас было? Какого чёрта здесь происходит? Как… Хотя, ладно. Это даже полезно. Сама Цунаде ко мне не подойдёт, а теперь и Шизуне приблизиться не даст. Одна сплошная выгода. Нда…
(Несколько часов спустя. У ворот Конохи. Сенджу Цунаде.)
Поверить не могу, что они вот так смогут. Ну я же совсем недолго отсутствовала. А они… Встали, за руки держатся. Улыбаются. Ну ладно Джирайя, но Шизуне как могла? Я же… Чёрт с вами! Сейчас увижусь с учителем, займу у него денег и уже утром мы будем далеко. Там где не будет этого слишком умного и правильного извращенца. Понесло же меня за ним. Хотя, проверить всё же надо. Лишним это не будет. Тем более мы пришли и сейчас…
— Коноха, — останавливаясь у ворот вздыхает Джирайя. — Ну, здесь наши пути расходятся. Вы сейчас куда? В резиденцию? А я пойду… На источники загляну. Да.
Подозрительно. Очень подозрительно. Не хочет заходить. Конечно, если он на самом деле не он, барьер его не пропустит. Поднимется шум, Анбу сбегутся.
— А мы как раз на источники и идём. Так что нам по пути.
— Да ладно, — пытаясь скрыть волнение удивляется Джирайя. — Я же подглядывать буду.
— Ну и что. Ты давно уже всё видел. Да и потом, ещё раз отделать тебя, явно не помешает.
— Эм…
— Заходи, — схватив его за руку рычу и тащу в открытые ворота.
— Цунаде, нет! — кричит Джирайя и пытается вырваться.
Собираюсь, хватаю его за хаори и закидываю на территорию деревни. От чего он резко вскакивает на ноги. Хватается за горло и хрипя падает. Бьётся в конвульсиях, кричит, переворачивается на спину и вдруг вывалив язык затихает.
— Цунаде-сама… — испуганно хлопая ресницами шепчет Като. — Кажется, ему плохо… Или…
— Да Шизуне, это не Джирайя. Самозванец! Я всегда говорила…
— Аха-ха-ха! От самозванца слышу, — вставая и отряхиваясь ржёт Джирайя, смотрит на нас и от смеха складывается пополам. — Цунаде, ты бы себя видела. Лицо такое, серьёзное. А потом начала рыбу изображать. Глаза на выкате, рот то откроешь, то закроешь. Пойдём уже, я тоже к наставнику заглянуть хочу.
— Вот сволочь! — кричит ему Шизуне. — Разве можно так людей пугать?
— Можно, — не поворачиваясь отвечает он.
Скотина… Больше тут никаких ассоциаций. Ну вот скотина! И кобель. Нет, даже не так. Кобелина.
— Не обращайте внимания, — обращаюсь к бледным охранникам. — Это Джирайя, он слабоумный. Мы пойдём.
Хех! Кхым… И ничего это не смешно. Зато… Эх, он настоящий.
****
— Хорошо здесь, — вышагивая рядом улыбается Джирайя. — Красиво. И столько воспоминаний.
— Хороших? — спрашивает его подозрительно довольная Шизуне, которая как я замечаю старается держаться к нему ближе.
— Не без этого. Но в основном… Вон там на углу Цунаде сломала мне челюсть. Как врезала кулаком. Я долго летел. А потом как брякнулся. Ещё и ключица сломалась.
— Ты наверное к ней приставал?
— Нет, я ей мороженное принёс. Предложил съесть его вместе. За это и отхватил. О, смотри Шизуне, вон то здание. Раньше там цветы продавали. Мне тогда пятнадцать стукнуло. Я стоял, смотрел на них, никого не трогал.
— И что
