Арман зло сверкал глазами на графа, но прежде чем он сумел вымолвить хоть слово, дверь отворилась и в комнату вошла очаровательная девушка в белом муслине с пестрым узором. Леди Каро скользнула взглядом по лицу брата и переключила свое внимание на его собеседника.
Арман поднялся и поприветствовал юную леди легким поклоном головы. Не было произнесено ни слова, но это молчание было красноречивее любых слов.
Рэтборн почувствовал это и переменил позу.
– Тебе что-нибудь нужно, Каро? – спросил он нежно. Девушка медленно перевела взгляд на графа и, казалось, пришла в себя.
– Это мама, Гарет. Ты ей срочно понадобился, – ответила она, стараясь не выдать волнения.
Рэтборн с трудом воздержался от резкого ответа.
– Может быть, ты будешь так добра, что проводишь мистера Сен-Жана до двери?
Граф неохотно оставил молодых людей в коридоре и быстро направился по лестнице в апартаменты матери.
Арман явно мешкал, не спеша расправляя на длинных пальцах йоркские перчатки цвета загара. Внимательно посмотрев на Каро, он заметил:
– Вы выглядите несколько бледной.
– Хотите сказать, что я выгляжу ужасно? – спросила девушка напрямую. – Мне пришлось больше часа провести взаперти с мамой в ее гардеробной. Кажется, я совсем не умею вести себя так, как подобает леди. У меня всегда начинается головная боль, как только мама принимается меня бранить. У меня в голове будто звон колокола.
При виде лукавой улыбки Армана сердце Каро учащенно забилось.
– Вы нуждаетесь в глотке свежего воздуха.
– Да. А парк через дорогу, – ответила она.
– Я был бы счастлив составить вам компанию.
– Неужели?
Каро затаила дыхание.
– Вы знаете, что это так.
– Мне надо захватить пелерину.
– Я подожду.
– И готовы быть моей горничной?
– Именно так! И не забудьте сказать, куда идете. Каро ослепительно улыбнулась Арману:
– Никто не хватится меня целую вечность.
– И все же я бы на вашем месте сделал как положено.
– Вот как? А я думала, что вы ни в грош не ставите условности.
– Я – да, если речь идет обо мне. Но вы совсем другое дело.
Несколькими минутами позже Дейрдре заметила Армана и Каро гуляющими по Грин-парку. Они были недалеко и могли ее услышать, когда она их окликнула, но не услышали и не обратили на нее никакого внимания, настолько заняты были друг другом и не замечали ничего вокруг.
Дейрдре почувствовала болезненный укол в сердце и невольно обратила взгляд на дом Рэтборна на другой стороне улицы.
Лакей в ливрее как раз спускался по ступенькам парадного крыльца. Он заметил Дейрдре, и она поспешила отвернуться. Ей в голову пришла нелепая мысль, которую она тотчас же попыталась прогнать: лакей Рэтборна был послан шпионить за ней. Дейрдре окликнула свою горничную, опустила голову и поспешила скрыться в книжной лавке Хэтчарда, смешавшись с толпой покупателей, запрудивших Пиккадилли.
Спустя полчаса, уступив искушению купить «Мэнсфилд-Парк»[4], автором которого была леди, чьи романы снискали одобрение самого принца-регента, Дейрдре вышла из лавки. Она досадовала на себя за то, что потратила деньги, отложенные на новую пару шелковых чулок. Это напомнило ей о том, в сколь стесненных обстоятельствах она оказалась из-за Армана, и настроение ее еще больше испортилось.
Однако оно слегка улучшилось, когда Дейрдре, подняв глаза, увидела роскошный экипаж, стоявший у дверей лавки Хэтчарда. Она скосила глаза на грума, державшего под уздцы двух коренников, и тотчас же узнала лошадей. Дейрдре поспешила сделать несколько шагов влево от экипажа в надежде избежать встречи и чуть не упала в объятия графа Рэтборна.
– Вы долго собирались, – прокомментировал Рэтборн и помог Дейрдре сесть в двухместный экипаж.
Она поняла, что было бесполезно протестовать или сопротивляться. Граф был не в том настроении, чтобы это возымело какие-нибудь последствия. Дейрдре поправила съехавшую набок шляпку, не обращая внимания на откровенно многозначительный взгляд ирландского грума, и попыталась найти убежище в молчании.
Грума отпустили, что Дейрдре предвидела, отпустили и ее горничную, и граф дернул поводья. Экипаж покатил по Пиккадилли.
Рэтборн сделал какие-то замечания, на которые Дейрдре предпочла не отвечать. Однако когда экипаж проехал несколько ворот Гайд-парка, она все-таки поинтересовалась, куда граф намерен ее отвезти.
– Только в Челси, – с серьезным видом ответил Рэтборн. – Видите ли, моим гнедым требуется разминка. А мне надо сказать вам кое-что особенное.
– Вот как! И что же это такое?
– То, что ухаживание я считаю ненужным делом. В этом я не мастак. Вы должны выйти за меня, Дейрдре, и как можно скорее. Вы ведь это понимаете. Или нет?
Дейрдре издала возглас недоумения. Это было так, будто она оказалась в мире фантазий, во сне, который преследовал ее и изгонял из ее сознания последние здравые мысли, и она была вынуждена погрузиться в этот сон.
– Думаю, лорд Рэтборн, что я объяснила вам свое отношение к браку. Мое мнение на этот счет не изменилось, и я не собираюсь его менять. Вы оказали мне честь своим предложением, но мой ответ – «нет».
– Иными словами, вы не верите в мое доброе отношение к вам? Я не забыл всю ту чепуху, что вы выплюнули мне в лицо. И несмотря на то что вы, Дейрдре, считаете, женщина нуждается в мужчине. От брака со мной вы выиграете больше, чем проиграете.
– Меня не интересуют ни ваш титул, ни ваше богатство.
– Как раз это мне в вас и нравится. Но вы обретете мое покровительство. А к этому не стоит относиться пренебрежительно.
– У меня есть брат, и другого покровителя мне не нужно. Резкий смех графа резанул Дейрдре по уху. Она стиснула зубы и сдержанно произнесла:
– Уверяю вас, что в моем отказе нет ничего личного. Первая задача жены должна заключаться в том, чтобы всегда быть приятной мужу. А такая задача свыше моих сил.
– А я-то думал, что в вашем отказе выйти за меня действительно нет ничего личного!
– У нас нет будущего, – решительным голосом заявила Дейрдре. – Я никогда не выйду замуж.
Дейрдре видела по глазам графа, что он над ней потешается.
– Моя дорогая мисс Фентон, это всего лишь ваша фантазия. А настоящая битва за вас еще впереди. – С этими словами Рэтборн взмахнул кнутом, и лошади резко рванули вперед по Челси-роуд. Дейрдре пришлось вцепиться в бортики экипажа, потому что ее нещадно трясло и вид у нее был при этом не самый лучший. Ее ярость не умерило то, что граф так ловко управлял лошадьми. Для отвергнутого искателя он выглядел на редкость безмятежным. В следующий раз она нанесет ему достойный удар.
Глава 12
