Интересно, почему она предпочла принять Айви у себя дома, а не в офисе, где они виделись в последний раз? Вероятно, Трикси считает ее достойной подобного обхождения. А может, просто хочет показать, насколько успешна.
Бутылка шампанского охлаждалась в серебряном ведерке на журнальном столике с тонированным стеклом. Рядом стояли два узких бокала. Трикси вынула бутылку с помощью льняного чайного полотенца и ловко откупорила пробку без такой неприличной штуки, как хлопок. Шампанское забурлило в бокалах. Такси подождала, пока осядет пена, и долила, прежде чем протянуть Айви бокал.
– Дорогая, давно не виделись. Ваше здоровье!
– Спасибо.
Они улыбнулись друг другу, и Айви уловила свое отражение в глазах Трикси.
– Прежде чем мы взглянем на ваше портфолио, просветите меня, дорогая. Расскажите последние сплетни «Грин». Насколько я поняла, Нил уходит?
– Да.
Айви пригубила шампанское.
– Как вы к этому относитесь? – участливо улыбнулась Трикси.
Айви пожала плечами.
– Мне как-то все равно.
– Не могу представить, чтобы он был способен многому вас научить.
– Верно.
Трикси сделала крошечный глоток шампанского.
– Простите мою прямоту, дорогая, но, думаю, вам нужен тот, который мог бы стать вровень с вашим умом, интеллектом, остроумием, блестящими способностями.
Айви понимала, что ею манипулируют, однако наслаждалась комплиментами.
– Неужели?
– Не уверена, что Нил был тем самым креативным директором, кто вам нужен. Работа копирайтера никогда не была его сильной стороной, не так ли?
– Именно.
Айви часто думала, что он мало ценит ее способности, и хорошо, что это подтвердила та, которую она уважала.
– Я бы хотела, чтобы вы трудились в более крупной фирме. Летали выше.
– Да!
– Там, где копирайтерство считается видом искусства.
Трикси чуть раздвинула ноги, но тут же снова скрестила.
«Она просто шикарная», – подумала Айви, с завистью разглядывая клетчатую твидовую юбку.
– Думаю… – Трикси помедлила для пущего эффекта. Айви села прямее. – «Бразерс энд систерс» или даже «АМВ».
– Чудесно! – воскликнула Айви.
– Поскольку в данный момент дела идут неважно, многие фирмы вообще никого не нанимают, но для вашего калибра, уверена, мы что-нибудь найдем. Например, прямая почтовая рассылка рекламных материалов. А с вашим опытом отдел прямой почтовой рассылки в больших агентствах станет самым необходимым. Уверена.
Айви, оценивая ситуацию, предположила, что Трикси имела в виду непосредственно рекламу. Работа вряд ли будет намного отличаться от той, какую она делала сейчас.
– А если ничего не получится, – продолжила Трикси, – есть другие маленькие, но поразительно креативные агентства, получающие неплохие доходы. Несмотря на кризис.
Айви поняла, что Трикси имела в виду потогонные фирмочки, но вслух обронила только:
– В самом деле?
Поразительно, как Трикси перешла от лучших к самым ничтожным агентствам и за меньшее время, чем требуется на прогон рекламного ролика. А ведь даже не попросила открыть портфолио, не обсудила жалованье. Блестящий ум!
Айви решила послушать, что Трикси скажет еще.
– В конце концов… Возможно, сейчас самое время уйти от Орианны.
– Вот как?
– Вряд ли вам следует оставаться там, – заявила Трикси. – Я хотела сказать, что, если вы ничему не учитесь у Нила, вряд ли сможете чему-то научиться у Орианны, не так ли?
– Верно.
С этим, по крайней мере, она могла полностью согласиться.
– Я бы не возражала против полного разрыва с агентством. Например, уехать за границу.
– Не самая плохая идея. В некоторых странах существует большой спрос на англоговорящих копирайтеров. В Нидерландах, например.
Айви кивнула. Бесконтрольный секс и наркотики – Амстердам может оказаться как раз тем местом…
– И неплохо бы порвать с прошлым. Иногда оно подступает слишком близко, и начинается клаустрофобия. – Трикси откинулась назад, расслабившись.
– Собственно говоря, у меня на сей счет существует маленькая теория, которой я готова с вами поделиться.
– Правда?
– Насчет арт-директоров и копирайтеров.
– Неужели?
– Видите ли, когда-то я сама была арт-директором.
– Не может быть! – воскликнула Айви, удивившись. Трикси выглядела куда более значительной, чем большинство знакомых ей арт-директоров.
– Много лет назад, – улыбнулась Трикси, – я сама работала с копирайтером. Звали ее Шери.
Шери и Трикси. Как имена для набора кукол. Айви так и видела их, лежавших в коробке, вместе с миниатюрными дизайнерскими одежками.
– Наверное, это было очень необычно! – восхитилась она. – Две креативные женщины в те времена.
– Да, так и было. Мы работали вместе во всех больших агентствах, в семидесятых и восьмидесятых: «Бейтс», «Саачис»… Тогда у нас были совершенно фантастические креативные директора, говорю я вам. Поэтому, верьте мне, когда я советую учиться у лучших. – Неожиданно ее лицо стало строгим. – Но все хорошее когда-нибудь кончается.
– Что случилось? – нетерпеливо спросила Айви.
Трикси понизила голос до шепота:
– Она предала меня.
– Боже! Как?
– Ушла из отрасли.
– Ушла?! – изумилась Айви. Каким бы двойственным ни было ее отношение к рекламе, лучшей альтернативы все равно не найти.
– Не сказав мне! – поморщилась Трикси.
Надо же, какое совпадение!
Но она не проговорилась о ситуации с Орианной, просто ждала продолжения истории.
– Да. Ни с того ни с сего. Однажды утром в понедельник объявила об этом.
– О чем?!
– Что собирается заняться издательским делом.
Слово «издательским» Трикси выговорила так брезгливо, словно речь шла о чем-то неприличном.
– Издатель?
– Я знаю, это необычно.
– Но издателям платят…
– Жалкие гроши? – усмехнулась Трикси.
– Да.
– Знаю, – вздохнула Трикси. – У Шери был приступ больной совести. Впуталась в этот феминистский бред, работала в какой-то жуткой воскресной мастерской, где трудились только женщины, и обнаружила свое истинное «я» и духовное призвание. Вернулась она уже другой. – Она словно сожалела о бывшей подруге. – Заявила, что реклама компрометирует ее. Слишком много конкурентов, слишком много зависти и побудительные мотивы в рекламе – нарциссизм и жадность. Решила издавать книги. Хотела работать с настоящими людьми, подлинными писателями, сделать ценный вклад в этот мир. Абсурд! Но так и было.
– Вот это да! – ахнула Айви.
– Все это правда, говорю я вам.
Айви глотнула шампанского и вспомнила, что Трикси иногда позволяла себе… Она подалась вперед, открыла сумку и вынула пачку ментоловых сигарет.
– Не станете возражать, если я закурю?
– Пожалуйста, – улыбнулась Трикси, пододвинув ей хрустальную пепельницу.
– Собственно, вы меня соблазнили. Могу я к вам присоединиться?
– Конечно. – Айви протянула Трикси пачку. Та взяла сигарету, прикурила и затянулась.
– Я позволяю себе одну в неделю, – призналась она. – Понимаю, в наши дни это кажется ужасно старомодным, но мне нравится курить!
– Понимаю, – кивнула Айви.
– Я считаю, – продолжила Трикси, – что не следует дружить с коллегами, как бы вы их ни любили или как бы хорошо вы ни работали вместе. Никогда не знаешь, что может случиться. Они могут выйти замуж, заболеть, их повысят или, как Шери, могут на чем-то помешаться. В общем, что если привяжетесь к кому-то, то подвергнете себя опасности быть брошенной.
Айви кивнула.
– И в конце дня мы все умираем в одиночестве. – Трикси вздохнула и глубоко затянулась. – Я была ужасно расстроена тем, что Шери со мной сделала. Так и не оправилась от удара. Но это меня многому научило. Когда я узнала, что она уходит, просто помешалась. Оглядываясь назад, я понимаю, что каким-то образом предала собственные чувства.
– Вы так считаете?
– Я не хотела бы, чтобы с вами случилось нечто подобное. – Трикси заерзала, очевидно, уже пожалев об исповеди. – Но я заработала репутацию женщины с трудным, даже свирепым характером. А когда такая женщина служит в рекламе… Это достаточно скверно или считалось скверным тогда. Поскольку приходится постоянно бороться со сплетнями и предрассудками. И, в конце концов, ее уход повлиял на мою карьеру. Мне тоже не захотелось работать в рекламе после того, как я осталась одна.
