Читаем без скачивания Странный мир - Сергей Калашников

Когда ход угря прекратился, собравшийся кворум сгоряча, по инерции, действуя с напором и агрессией, достроил сарай, докопал и перекрыл погреб и закончил обнесение плетнём будущего огорода. Уехали не все. Опять образовалась пара. А один из солдат, приехавших с Марковичем, перебрался в нимфаторий.

Еще одно увлечение накрыло поселения — лукостроение. Славка в своё время заготовил хороших прямых или правильно кривых ореховых, вязовых и акациевых сучьев, которые просушивались в тени. Часть из них израсходовали на лёгкие самострелы для Вики и Гаечки, и на серьезный рычажный арбалет для Зины, а остальные разобрали ребята, занявшиеся изготовлением собственного дальнобойного оружия. Акациевые заготовки, впрочем, как-то не пошли, а ореховые использовали на длинные, почти в рост, луки для девушек. Ну и разные другие породы народ перепробовал. Появились плетёные щиты-мишени, делались костяные наконечники и проводились состязания. Рыжая Зоя работала наставником, а Славка не вмешивался. Зима, людям надо чем-то заниматься. А владение оружием в их положении объективно необходимо. Любым. Тем более, что огнестрел и боеприпасы к нему были расписаны для осенней охоты на многие годы вперёд. Опять же за разведчиков спокойнее, если они не с одними копьями.

Палки, камни — любой кривой сучок может спасти жизнь, если нет ничего другого. Эти люди должны стать самыми опасными представителями здешней фауны — иначе станут пищей. Тут к ним павианы заходили, очень уж понравился им стожок, к которому стали подходить здешние копытные. Ребята поджидали кого-нибудь похожего на лошадку, сидя в шалаше неподалеку, а тут эти наглецы. Вышли и всыпали негодяям по первое число. Четверо против пятнадцати оказалось тяжеловато, но противнику не хватило организованности, бежал. Трупы, конечно, оттащили подальше и ободрали. Хватило на две безрукавки.

Больше всего хлопот оказалось у Рипы. Когда десятки парней и девушек начинают общаться, создаются мощные предпосылки для демографического взрыва, материальной готовности к которому в их сообществе пока нет. Можно, конечно, справиться и с этим, но лучше процесс слегка растянуть. В общем, просветительская работа отнимает у Славкиной жены массу времени. Нельзя ожидать, что эффект будет стопроцентным, однако стараться необходимо. Важно то, что благоверная заручилась поддержкой лейтенанта Миши и его охотницы Гаечки. Складывается впечатление, что идет массовая подготовка извращенцев, причем самыми циничными методами, с демонстрацией и тренировками. Хотя, методики отработаны, а контрацептивы почти недоступны. Есть некоторые приёмы, но, как говорит Рипа, оба партнёра должны чётко понимать, когда, как и каким образом.

С одной стороны очень хорошо, что отношения между полами переводятся в плоскость двустороннего сотрудничества, ведь практические аспекты достижения "вершины любви" изучаются предметно. Но, к сожалению, несколько теряется аура интимности.

— Понимаешь, Слава, на протяжении десятков тысячелетий люди в этой области вели себя, по современным меркам, довольно бесстыдно. Скажем, многие языческие культуры проводили учет родства только по материнской линии, молчаливо оставляя за женщиной право, зачать от любого, кто показался ей подходящим для этого. Там было много неосознанного, приобретённого с опытом, но человечество успешно воспроизводилось. Заметим, что даже в ограниченных по численности сообществах это не приводило к вырождению, видимо, возникающее таким образом разнообразие генетических комбинаций, оставляло достаточное количество жизнеспособных особей, после отсеяния неудачных.

Сексуальный туризм процветал веками — бесчисленное количество сказок о невестах выданных замуж за тридевять земель тому подтверждение.

Позднее, уже в период, когда сложились устойчивые имущественные отношения, в этой области начались изменения, появилась мораль, которую особенно строго закрепили монотеистические религии. Следы старой простоты, как их ни выкорчёвывали, всё-таки сохранились в некоторых первобытных племенах. До их ассимиляции нашей цивилизацией, антропологи успели немало вызнать. Например, то, чему я сейчас обучаю молодежь — это была целая культура. Культура здоровых прекрасно физически развитых людей, передававшаяся детям от родителей. Конечно, ритуалы, табу… антураж, в общем всякий. Возможно, ещё где-то сохранилось. Это ведь не напоказ.

Пока Рипа рассказывала, стихло всякое шевеление на соседних топчанах. Темнеет рано, с освещением неважно, так что в кроватку все забираются и… А людей в мазанке немало. Печка-камелёк невелика. Помещение согревает, при нужде на ней можно и готовить, дров потребляет умеренно, но всё время, так что подкидывать в топку нужно регулярно. Вместо дверки используется кирпич, вылепленный как раз нужного размера и формы. Его перемещение требует силы и навыка, чтобы не обжечься, так что подкармливает огонь обычно кто-то из мужчин.

— Получается, что мы не сохраним нашу культуру, а одичаем, — Славка подталкивает толстую хворостину, и добавляет пару палочек потоньше.

— Как бы тебе сказать, — вступает из темноты Маркович, — культура, она не чья-то, она вообще. Даже в дикой природе, начиная с всепоглощающего коллективизма муравьёв, кончая абсолютным индивидуализмом у кошачьих, можно проследить зачатки культуры. Вернее, культур. И у людей этих культур, или цивилизаций, было немало. Многие культурно подсекли основу своего существования, победив окончательно и бесповоротно матушку природу в местах своего существования. Сколько древних городов в пустынях находили!

Если верить Зойкиной гипотезе о Черном Море на юге, и прибавить найденные нами пересеявшийся сад и заросший вишнёвник — получается, что нас забросило на нашу Землю через очень много лет после всеобщего кирдыка, постигшего оплакиваемую тобой нашу замечательную культуру, накрывшую в этот раз весь шарик, а не его часть, как в прошлом. Это, конечно, тоже гипотеза, пока единственная. Однако тогда возникает версия о том, что некто перенёс в будущее некоторое количество людей. Заметь, не слишком беспомощных и даже, кое чем обеспеченных, типа стартового капитала. Да, не все прибыли удачно. Возможно, кто-то оказался под поверхностью, или грохнулся так, что уже не поднялся. Я не об этом.

Получается, что нам дали еще один шанс обжиться здесь. Неважно, каприз ли это могущественного чудака, шалость ребёнка, играющего непонятным пультом, или тщательно спланированное действие великого разума. Важно, чтобы мы повторили минимально возможное для нас количество ошибок наших предшественников. И сейчас вы с Рипой пытаетесь организовать здесь муравейник населённый тиграми. Тигравейник — вот подходящее слово. Хорошо организованное взаимодействие самодостаточных, по-сути, особей. Так еще никто на моей памяти не поступал. Прикольно. Я с вами.

Словно речь пошла по кругу, заговорила Вера.

— Мне тоже нравится эта задумка. Так что химией буду заниматься с девочками, мы уже до оснований добрались, но химикатов нет и посуды стеклянной, — поняв, что получается сбивчиво, будущая мать Славкиного старшенького замолчала.

— На ранчо бумагу сделали из камышовых колотушек. Серая, тридцать листов в сантиметровой стопке, зато неломкая, — Это Мишка из своего угла. То, что они с Гаечкой живут вместе, давно все знают, так что возлежат под одной шкурой. — Я распорядился, чтобы они написали классическую механику, пока отёл не начался. Вчера по радио спрашивали про момент вращения и рычаг второго рода. Пусть мозги-то потренируют. И этому засранцу пообещал, что не прибью, когда без костыля сможет ходить, если грамматику напишет.

В другом углу навзрыд вздохнул Денис.

— Ты не вздыхай, а вспоминай правила, через четыре дня придет арба с мясом и шкурами, там два полноценных сантиметра бумаги. И перья гусиные научись, наконец, чинить по человечески, а то наставишь клякс, стыдно будет перед потомками.

На этот раз вздоха не последовало, зато хихикнула Тамара. Вероятно, арсенал педагогических приёмов нашей армии вызвал в её душе некоторый отклик.

— Я вот о чем думаю, — заговорил Славка, — люди редко поступаются своими интересами ради других. Трудно составить команду из эгоистов. Вернее, из тех, кто жил в мире, где забота о собственном благополучии всегда на первом месте. Вот у нас до сих пор многое получалось потому, что все догадались — вылезать из передряги лучше сообща. Сбились вокруг места, из которого говорят, что нужно делать, откуда подкидывают курагу и хорошую глиняную утварь. Но это ведь закончится, как только обживёмся.

— Конечно, — откликнулся Мишка, — вокруг тебя сбились, потому что ты знал, что делать. Начитался, понимаешь, приключений, и действовал адекватно. Люди поступили разумно. И в дальнейшем будут думать, прежде всего, о себе. И если кто-то решит, что ему с нами не по пути…