Читаем без скачивания Некроманты (сборник) - Вячеслав Бакулин

– Ты совсем ничего не знаешь о некромантах? – спросил Брайан.

Я помотал головой.

– Женщина, вышедшая замуж за некроманта, обрекает на погибель всех своих детей. Ни один из них обычно не доживает до совершеннолетия. Некромант платит их жизнями за продление своих лет и вечной молодости. Женам тоже кое-что перепадает. Но они все же мрут. Лет через двести-триста. Этому, думаю, за тысячу перевалило.

– Черт, Брайан! Да я буду блевать на пару с Ноланом после такого.

– Ты прав, это не семья, а проклятие, – Брайан засмеялся с ноткой грусти. – Жалко… Дочка у них симпатичная…

Я покосился на девочку, севшую вместе с матерью рядом с Виардом. Длинные волосы, словно солнечные лучи, торчали во все стороны, скрученные в тугие золотисто-рыжие кудри-пружинки. Лицо было бледное, как молоко. И глаза – зеленые, словно листва окружавшей нас дубравы, обреченные и грустные настолько, что внутри меня всего передернуло.

– Да, она будет следующей… – продолжил шепотом Брайан. – Всегда погибает самый старший ребенок из имеющихся.

– И что? Его жена все эти двести-триста лет только и…

– Да.

– Слышать об этом больше ничего не хочу.

Я достал фляжку, глотнул «Джеймсона». Покосился на остальную компанию.

– Я бы на вашем месте ничего не ел с этого стола, – заметил я.

– Отравлено? – испуганно выдохнул кто-то.

– Ага, – опередил я Брайана.

Нолан с искаженным лицом уже отвернулся, выблевывая еду. Брайан посмотрел на меня с неодобрением.

– Да ладно. Тебе жаль этого мажора?

– Мы тут все мажоры, если уж на то пошло. Кроме тебя, Ри, – ответил он.

– Но остальные меня не оскорбляют.

– Всегда хотел спросить, почему слово «людоед» по отношению к себе вы считаете оскорблением? При том, что это, в общем-то, отражает суть вещей.

– Ничего ты не знаешь о нашей сути, – огрызнулся я, а Брайан опустил взгляд. – Что? Тоже начитался книжек про нас в вашей библиотеке?

Я отвернулся к Виарду, собираясь расспросить о празднике, и обнаружил на его месте дочь некроманта. Мальчишка незаметно сбежал от нас, пересев подальше. Я встретился с ним взглядом, поманил обратно. Он показал мне средний палец.

– Доприкидывался добреньким? – Брайан смеялся.

– Да ну к черту! – Я долгим глотком осушил фляжку, спрятал во внутренний карман. – Скучно.

– Скоро будет весело.

Мы оба воззрились на дочь некроманта. На ее лице и намека не было на грядущее веселье.

– Неужели?

– Праздник пляшущих костей – особый. Все гости приходят сюда с надеждой получить лишний год жизни. Их по очереди приглашают танцевать с мертвыми. Если продержаться хотя бы один танец, то желаемое будет получено.

– Год? – с недоумением протянул Брайан. – Какой смысл ради одного года?!

– В основном сюда приходят обреченные, кому поставлен диагноз – жить несколько месяцев. Или те, кто точно знает дату своей смерти, чтобы получить шанс и успеть доделать незавершенные дела…

– Хм… твой папаша крутой, если он действительно способен продлить кому-то жизнь даже на год, – заметил Брайан. – Ну а ты себе тоже лишних лет натанцевала?

– Нет.

– Почему?

– Партнера для танцев не нашлось.

– Для тебя не нашлось подходящего мертвеца? – прыснул Брайан.

– Живого.

– Потому что он после танца с тобой умирает?

– Конечно, нет. Надо лишь дотанцевать до конца. Просто мне не везло…

Я поднялся со скамьи, подтолкнул Брайана поближе к девочке на свое место, раз уж у них завязался такой милый разговор. Остальная наша компания тоже заскучала. Только Нолан все еще вытирал рот белым накрахмаленным платком. Мажор! Около его руки я заметил ползшего жука. Жук вдруг перевернулся, задрыгал лапками и затих. Я чуть толкнул его пальцем. Но жук однозначно сдох.

– Руари! – Нолан отшатнулся, заметив меня рядом. – Это еще что за мерзость?

Я достал из верхнего кармашка пиджака зубочистку, вонзил в брюшко жука, проткнув насквозь. Нолан едва сдержал очередной позыв.

– Какой ты чувствительный, Нол! – Я хлопнул парня по плечу и поднес жука к глазам.

Потянул носом. Потом огляделся, продолжая принюхиваться. Внизу на поляне было спокойно, но наверху на холмах ветер нещадно трепал кроны дубов, гнал по небу низкие серые тучи. То, что он принес, мне не понравилось. Есть запахи, которые почти не поддаются описанию. Но рождают определенные ощущения. Надвигалось что-то темное, сравнимое с тьмой сырых холодных подземелий древних замков. Только эта тьма не была застывшей, не была пленницей каменных стен склепов, давным-давно вырвавшись оттуда. Текучая, как черный туман, вязкая, как болотная грязь, и холодная до ожогов.

Некромант по-прежнему был увлечен гостями. Я скользнул к краю стола, а потом направился к менгиру. Тьма пробиралась под землей. Я почти ощущал ее под ногами. Она наполняла дыру, пробитую метеоритом в «Павшем воине», готовая выплеснуться наружу. Некромант неожиданно преградил мне путь.

– Не суй свой любопытный нос, куда не следует, Руари.

– Все это замечательно, мистер Салливан, вот только это не я пришел на чужую территорию.

– Ах, вот оно что. Маленький обиженный оборотень, я забыл спросить у тебя разрешения?

– То, что вы делаете, не понравится не только мне, – я пропустил издевку мимо ушей.

– Ну, конечно же. Родители этих мальчиков тоже не хотят пачкать свои руки. Они совсем забыли о своей магии, о своих возможностях.

– Не заговаривайте мне зубы. Та сила, которой вы служите, не имеет ничего общего с магией местных, и ее сюда никто не пустит.

– А кто меня остановит? Или, может быть, ты додумаешься позвонить в магическую полицию? Дружок, ты и твои товарищи станете моими соучастниками. Это, конечно, при условии, что меня поймают. Но хватит уже. Вернись за стол. Поговорим потом.

– Ее сюда не пустят, – повторил я.

– Твои парни так хорошо умеют колдовать? Ну, пусть попробуют.

Я вернулся к нашей компании. Брайан уже перестал разговаривать с дочерью некроманта, отодвинувшись обратно на свое место. Печальная девочка следила за мной взглядом. Я шлепнулся на скамью между ней и Брайаном, резко пододвинул к себе глубокую миску, вытряхнув из нее хлеб, полез за пазуху.

– Ри, о чем вы говорили? Ты что делаешь? – у Брай-ана, увидевшего выражение моего лица, глаза полезли на лоб.

– Перестраховываюсь. Оберег есть какой-нибудь?

– Конечно…

– Давай!

Я прочел три слова огня и бросил в миску сожженную деревянную руну-оберег Брайана. Добавил туда несколько щепоток травы, извлеченной из мешочка, что всегда носил с собой.

– А теперь, простите, надо добавить мочи оборотня.

С пустой кружкой я вылез из-за стола, повернулся спиной. Кустов поблизости все равно не наблюдалось.

– Руари! – На лице Брайана отразилось отвращение, когда я сел обратно и добавил определенное количество капель из кружки в миску.

– Соль… – я посмотрел на столе.

Соли, разумеется, не было. Меня легко тронули за плечо. Я повернулся к девочке. Она мне протягивала атласный мешочек.

– Это нюхательная, но должна сгодиться.

– Спасибо.

Я порвал зубами мешочек – возиться с бантиками и узелками времени не было. Заодно надышался так, что в висках пульс сорвался в галоп, а от выпитого «Джеймсона» не осталось и следа. Перемешал все ложкой и прочел еще одно короткое заклинание. На дне миски теперь лежал серо-пепельный песок.

– Ты где научился колдовать? – спросил Брайан.

– Нигде. Это магия «трех слов», известная всем магическим существам. Что, в книжках про это ничего не было? Ах, ну да, зачем обращать внимание на то, что пренебрежительно названо «низшей магией»?

Набрав полные горсти песка, я обошел наш стол, заключая его в охранный круг. Кругом выписанную фигуру, конечно, можно было назвать с натяжкой.

– Я теперь тебе руки не подам, – хмыкнул Брайан, посмотрев, как я отряхиваю ладони о брюки.

– Ты мне еще спасибо скажешь и десять раз пожмешь.

– Да что происходит-то?

Но тут заговорил некромант:

– Добро пожаловать, дорогие гости, на Праздник пляшущих костей! Занимайте свои места. Уже через несколько минут здесь будут мертвые и предложат вам свой танец.

– Кстати о танцах, – заметил Брайан. – Джил сказала, что будет танцевать с тобой.

– Кто?

– Джил Салливан, – Брайан кивнул за мою спину.

Я в изумлении обернулся к девочке.

– Ты единственный, кто не боится моего отца. С другими не выйдет.

– Да неужели. А если я не хочу?

Я увидел сверкнувшие в глазах слезы, вспомнил про незавидную судьбу детей некроманта.

– Не надо давить на жалость, – тихо прорычал я, склонившись к ней. – Я знаю, что будет с неудачниками после этих танцев. И ты знаешь.

– А если я тебе помогу? – прошептала она.

– Это как?