Вскоре Шанкарачарье сообщили, что его мать тяжело больна и находится при смерти. Он знал, что она очень хочет увидеть его перед смертью, и направился домой.
Шанкарачарья старался обходить деревни, чтобы избежать встреч с людьми, так как хотел застать мать еще живой. Но люди сами останавливали и приветствовали его. Однажды, приблизившись к одной из деревень, он увидел ожидавшую его пожилую пару с единственным сыном. Молодой человек все время молчал, и все считали его умственно неполноценным. Бедные родители, беспокоясь о будущем сына, решили, что Шанкарачарья может излечить его. При встрече с ним они бросились к его ногам, умоляя о помощи. Шанкарачарья строго посмотрел на него: «Ты причиняешь боль своим родителям. Почему ты ни с кем не разговариваешь?»
Ко всеобщему удивлению, молодой человек вдруг заговорил: «Этот мир не стоит того, чтобы нарушать молчание, и поэтому я предпочитаю не говорить».
И тогда Шанкарачарья сказал родителям: «Не беспокойтесь. Он мудрый мальчик. Наступит время, когда он сможет раскрыть свои способности в полной мере. Пусть остается со мной. Вы дали миру уникальную душу. Не прячьте ее у себя. Мир ждет ее». Родители с благодарностью уступили, и молодой человек, приняв посвящение, получил духовное имя Хастамалака, что означает «Тот, кто видит истину как на ладони».
Когда Шанкарачарья наконец пришел к матери, минуты ее жизни были уже сочтены. При виде сына ее лицо просветлело, и она испустила дух. Смерть матери вынудила Шанкарачарью еще раз бросить вызов обществу, погрязшему в предрассудках.
Согласно обычаям того времени, если кто-то принял обет отречения, он не должен был встречаться с родными. Однако Шанкарачарья не только встретился со своей матерью, но даже собирался совершить обряд кремации. Это возмутило ортодоксальных браминов, которые не хотели, чтобы монах занимался не своим делом. Некоторые из них заявили, что поскольку женщина умерла в присутствии сына, давшего обет отречения от мира, обряд ее кремации предвещает беду. Многие отказались участвовать в обряде.
Но Шанкарачарья был невозмутим. Он разжег погребальный костер и кремировал тело матери перед домом. После этого он воздел руки к небу и произнес: «Пусть это будет моим проклятием или благословением. Отныне люди, которые отвергли мою мать и меня, будут кремировать своих мертвецов перед своими домами. Эта практика станет постоянной на протяжении нескольких поколений». Услышавшие это предсказание внезапно поняли, что все социальные и культурные нормы в конечном счете искусственны, и, если им следовать без учета места и обстоятельств, они удушают общество. Они попросили Шанкарачарью объяснить, почему он нарушил обет отречения.
Шанкарачарья ответил: «От семьи и родных отрекаются не просто ради отречения. Истинные санньяси отрекаются от небольшого и ограниченного круга своей семьи ради безграничного мира, семьи всего человечества, и в конечном счете ради высшей и всеобъемлющей духовной истины. Достичь этой великой цели можно, отрекаясь не от семьи, а от привязанности к ней, во имя обретения более сильной привязанности ко всем живым существам. На пути отречения вы не должны оставаться неблагодарными по отношению к тем, кто помогал вам. Женщина, тело которой я кремировал, была моей матерью. Что плохого в том, что я выразил ей мою любовь и благодарность? Я не могу лицемерить, заявляя, что ни с кем не имею никаких связей. Любовь — величайший закон. Никакой другой закон не может превзойти ее».
После этого люди признали в Шанкарачарье своего духовного наставника и стали совершать кремацию умерших около своих домов.
К этому времени Шанкарачарья уже основал четыре монастыря в четырех частях Индии и назначил там настоятелями четырех учеников. Один находится на юге Индии (монастырь в Канчи или в Шрингери), второй — на западном побережье в Двараке, третий — на восточном побережье в Пури и четвертый, известный как Джоши Матха, — в Гималаях. Руководитель каждого из этих монастырей носит имя «Шанкарачарья».
Согласно преданию, сам Шанкарачарья проводил большую часть своего времени в пятом монастыре, в городе Карвирпитхам в Центральной Индии. В этом центре он назначил Бхарати пятым представителем. С тех пор этот монастырь носит имя Бхарати, которое буквально означает «влюбленность в знание». Согласно одним источникам, этот центр получил свое название в честь истинного знания Брахмана; согласно другим, эту духовную традицию называют Бхарати в честь просветленной жены Манданы, первого преемника Шанкарачарьи.
В традиции Бхарати «знание» означает мокшакам джнянам, «знание, которое освобождает» — единственно подлинное знание. Если в других четырех монастырях преемником учителя обычно считается его старший ученик, в традиции Бхарати главным критерием знания является непосредственный духовный опыт человека. Были времена, когда это место в течение многих десятилетий оставалось свободным, так как никто не соответствовал данному критерию. Претенденты на пост ачарьи в Карвирпитхам должны продемонстрировать компетентность в дискуссиях с другими мудрецами, святыми и йогами. Они должны хорошо знать все философские системы, опираться на опыт и быть достаточно теоретически подготовленными; они должны быть квалифицированными наставниками и лично направлять учеников по наиболее подходящему для них пути. Они должны уважать различные традиции и легко устранять противоречия между ними. Они не привязаны ни к какой определенной касте, расе, обществу или нации; они бесстрашны и миролюбивы. В конечном счете только тот, кто достиг совершенной свободы, может занять этот пост (условия сохранения места настоятеля в Карвирпитхам описаны в тексте Матхамная). В отличие от других традиций, восходящих к Шанкарачарье, последователи традиции Бхарати много путешествуют. Большинство из них предпочитает оставаться инкогнито и никогда не вовлекаться в дела религии.
В начале двадцатого столетия настоятелем монастыря в Карвирпитхам был великий ученый, доктор Курткоти. Основатель Гималайского международного института Свами Рама Гималайский стал его преемником в 1949 году, но после нескольких лет отказался от этого поста ради жизни в горах рядом со своим духовным учителем.
Шанкарачарья передал послания мудрецов Вед и Упанишад грядущим поколениям. Высоко ставя знание, он также поддерживал гармоничный баланс между кармой (действием) и бхакти (любовью и преданностью). С одной стороны, он учил, как выйти за пределы царства майи и достичь чистого недвойственного знания абсолютного Брахмана. С другой — показывал, как приспособиться к идее Бога как личности, используя ее в качестве трамплина для дальнейшего продвижении к идее абсолютного Брахмана, не имеющего ни форм, ни имен.
С течением времени, однако, послания Шанкарачарьи Попали в руки академических ученых и философов, не связанных с его духовной традицией. Возникли различные интерпретации его учения, и со временем акцент стали делать исключительно на знание. Это способствовало развитию холодной рассудочности в среде «последователей» гималайской традиции. Появились философы и ученые, которые, опираясь на учение Шанкарачарьи, развивали свои собственные философские идеи. Они разработали свои теории, соотнеся их с теми частями Вед и Упанишад, которые представляли их идеи в выгодном свете. По существу, они подрывали подлинные основы учения Шанкарачарьи.
Последователи Шанкарачарьи разработали весьма изощренную систему логики, получившую название адвайта-веданта. Так завещанная Шанкарачарьей система философии постепенно пропиталась схоластикой. Те же, кто хорошо понимал и ценил учение Шанкарачарьи, время от времени напоминали людям о практической стороне его посланий, об утерянном совершенном равновесии между философией и практикой.
Глава 7. Видьяранья Яти
Великий мудрец Видьяранья Яти родился на юге Индии в начале четырнадцатого столетия в семье ученого и преуспевающего брамина. Получив самое лучшее образование, он стал специалистом в области грамматики, медицины, астрономии, математики, поэзии, политики и даже архитектуры. С раннего детства он настойчиво овладевал духовными знаниями, занимался духовной практикой и, в продолжение семейной традиции, стал шротрия брахманом (знатоком веданты). В таких семьях учения Вед и Упанишад, а также некоторые аскетические практики передаются из поколения в поколение. Интенсивно практикуя медитацию на гаятри-мантру, Видьяранья уже в одиннадцать лет получил яджнопавиту (священный шнур брахмана).
Видьяранья вместе с группой ученых собрали, восстановили, прокомментировали и перевели множество священных ведических текстов. Кроме того, он учил двух братьев-царей Харихара и Букка Раи, совместно правивших страной. О мудрости Видьяраньи можно судить не только по написанным книгам, но также и по учению, переданному этим братьям.
