Опомнившись от пережитого страха и облегченно вздохнув, рабочие доложили, сколько пряности они успели взять. Улов оказался неплохим. Джесси начал подсчитывать в уме: если команды смогут выдерживать такой темп каждую секунду работы в течение всех двух лет и если не произойдет никакого непредвиденного несчастья, то у Дома Линкамов есть шанс побить Дом Хосканнеров.
Спустя несколько секунд в динамике линии связи раздался голос Вильяма Инглиша.
— Спутники связи серьезно повреждены!
В суете внезапной эвакуации Джесси совершенно забыл об озабоченности мастера.
— Говорит кавалер Линкам. Что случилось, Инглиш?
— Я перехватил сообщения разведчиков, а потом сам слетал на восток. Двенадцать видеозаписей подтверждают мою правоту, сэр: поблизости от нас начинается буря Кориолиса. Все признаки налицо — небо на востоке целиком затянуто похожей на наковальню тучей. Я не могу в точности сказать, каков будет маршрут бури, но, если меня не обманывают глаза, она движется прямо на нас.
Джесси взглянул на планетарного эколога, ожидая объяснений. Хайнес взял в руки передатчик.
— Если она так велика, Вильям, то почему ее не заметили спутники?
— Вот именно, они не могли ее не заметить. Но ошибки быть не может — буря надвигается. — В голосе мастера явно слышался едва сдерживаемый гнев. — Если бы мы положились на спутники, то продолжали бы добычу до того момента, когда стало бы слишком поздно спасаться.
Ответ на невысказанный вопрос взорвался в мозгу Джесси неожиданно и отчетливо, как вспышка молнии в ночном мраке. Диверсия Хосканнеров.
— Доставьте экипажи и разведчиков на основную базу. Там мы переждем бурю. Потом кто-нибудь даст мне ответ. Нам нужны эти спутники.
* * *
На защищенной от всех ветров и бурь базе Джесси держал военный совете Туэком, Хайнесом и Инглишем. Они сидели за длинным рабочим столом и говорили, стараясь перекричать воющий за окнами яростный ветер.
Барри, не отрываясь, смотрел в окно сквозь армированное стекло, стараясь хоть что-то разглядеть в наступившем среди белого дня мраке. Также как и мужчины, мальчик был одет в герметичный костюм, но клапаны маски были расстегнуты.
— Мы в безопасности? Ветер не может ворваться сюда?
— Убежище надежно, молодой человек, — сказал доктор Хайнес. — Но выходить нельзя. Эта буря в мгновение ока сдирает с человека кожу и мясо, оставляя одни кости, а потом разбивает и их.
Туэк вернул внимание всех к делу, разложив на столе документы.
— Насколько я могу судить, все погодные спутники оказались запрограммированы таким образом, чтобы заменять благоприятными прогнозами любые признаки надвигающейся бури или другого атмосферного возмущения. Полагаю, это еще один прощальный подарок Хосканнеров.
Доктор Хайнес с уважением взглянул на Инглиша.
— Если бы вы не почувствовали приближение бури, то мы все погибли бы, Вильям.
Мастер, напрягшись, сидел молча, поглаживая шрам и стараясь скрыть нарастающее беспокойство.
— Но все равно произошла катастрофа, — сказал Туэк. — Когда мы попытались стереть испорченную программу, то включили этим другую ловушку, и всю аппаратуру замкнуло. Сейчас мы в небе абсолютно слепы. — Ветеран посерел от недовольства. — Я искал орудия убийства, но это еще более коварная западня. Если бы я мог это предвидеть!
Джесси слушал, закипая гневом.
— Во сколько обойдется нам ремонт спутников? Ответил Инглиш:
— Повреждение слишком велико. Надо менять спутники. Джесси поставил локти на стол.
— Какие еще предложения?
— Прекратить добычу пряности до замены спутников, — страдальческим тоном произнес мастер.
— Неприемлемо. Замена может продлиться несколько месяцев.
— Мы можем утроить количество разведчиков, — предложил Туэк. — Они будут следить за погодой, и мы изо всех сил постараемся не пропустить опасность. Но увеличение числа полетов увеличит также и опасность. Мы наверняка начнем терять машины и пилотов.
Джесси оглядел присутствующих, ожидая следующего мнения.
— Кто еще хочет высказаться? Инглиш поднял руку.
— Вы чувствуете, что вам повезет, кавалер? Мы можем просто продолжить добычу меланжи и положиться на случай.
Планетарный эколог недовольно сложил губы.
— Возможно, я смогу исправить один или два спутника, и они смогут снабжать нас хотя бы скудной метеорологической информацией.
Все замолчали и взглянули на Джесси.
— Хорошо, доктор Хайнес. Подумайте, что можно сделать с наблюдением за погодой. Надо свести к минимуму риск для кораблей и экипажей, но добыча пряности ни в коем случае не должна падать, невзирая ни на что.
Песок, летевший за окнами станции, тер и царапал стены и стекла с противным скрежетом — нежные ласки Вальдемара Хосканнера. Джесси обернулся к шефу службы безопасности и сказал, понизив голос:
— Эсмар, я не знаю, чем мы будем платить за спутники.
— Посоветуйтесь с наложницей, милорд. Но, на мой взгляд, мы делаем то, что должны делать, и иного выбора у нас просто нет.
— Я скажу Дороти, чтобы она взяла еще один кредит и продала все имущество, которое осталось у нас на Каталане. Но я хочу, чтобы новые спутники были установлены на орбите как можно скорее. Найди людей, которые смогут сделать это.
Инстинкт подсказывал Джесси, что это не последний сюрприз Хосканнеров. Неожиданная песчаная буря и вышедшие из строя спутники делали смертельно опасной саму жизнь на Дюнном Мире. Именно сейчас он ощутил непреодолимое желание быть с Дороти, смотреть ей в глаза, говорить с ней, обнимать…
— Я хочу вернуться в Картаг как только закончится песчаная буря, Инглиш. И хочу, чтобы вы полетели со мной, и мы могли на месте обсудить, что делать с добычей, как соединить ресурсы и как с максимальной пользой употребить то, что у нас есть.
— Не совсем разумно пускаться сейчас в путь, сразу после бури Кориолиса, — заметил доктор Хайнес. — Они непредсказуемы и опасны.
Снедаемый гневом к Вальдемару Хосканнеру, Джесси напряг мышцы, превратившиеся в твердые канаты.
— Я тоже могу быть непредсказуемым и опасным.
* * *
Так как они возвращались в Картаг лишь втроем, то вместо вместительного корабля они воспользовались небольшим орниджетом базы. В воздухе продолжала висеть пыльная завеса, и в небе гулял ветер, но все же основной массив бури отклонился к югу.
Инглиш держал курс на север, к Картагу, расположенному в полутора тысячах километров отсюда. Внизу был еще виден оазис, с поразительной быстротой восстановивший свою форму ограненного бриллианта после песчаного ненастья. Но прошло несколько минут, и все внизу слилось в одно монотонное ничто. На горизонте впереди высилась изрезанная острыми зубцами гряда черных гор, похожая на атолл в океане песка. Внизу, на ограниченном скалами плоскогорье, были видны глубокие, никуда не ведущие ущелья. Эти ущелья не были следами давно высохших рек, возникли они на месте потоков лавы, тектонических разломов и были выветрены сильнейшими песчаными бурями. В течение следующего часа они перестали отличать друг от друга даже горы — во всем была какая-то схожесть и безрадостное однообразие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
