До Тишинской площади по Большой Грузинской улице нет особенно интересных построек. Имя площади дало урочище "Тишина", названное так, вероятно, по удаленности его от шумных проезжих улиц. В XVIII - XIX вв. здесь продавали сено и она называлась Тишинской сенной. На углу площади, примерно на территории рынка, в XIX веке находились известные в этом районе "вольноторговые народные" Ламакинские бани у прудов на Кабанихином ручье. Самое заметное сооружение на площади - памятник русско-грузинской дружбе. Он весьма необычен: огромная и какая-то корявая колонна, заканчивающаяся нелепым венком, составлена из трудно различимых орнаментов, оказывающихся буквами грузинского и русского алфавитов, которые, как говорят, образуют слова "Мир", "Труд", "Единство", "Братство". Колонна стоит на широком плоском постаменте со свитками, на одном из которых начертаны слова из Георгиевского трактата, по которому Грузия вошла в состав Российской империи, а на остальных помещены цитаты из сочинений многих авторов, посвященных дружбе между Россией и Грузией.
Это экзотическое сооружение (скульптор 3. Церетели и архитектор-поэт А. Вознесенский), прозванное "шампур с шашлыком", было открыто в 1983 г., в год празднования 200-летия заключения Георгиевского трактата.
Другое сооружение на площади, обращающее на себя внимание, правда, не столь экзотичное - большой жилой дом, занимающий весь квартал между Малым и Средним Тишинскими переулками (1979 - 1983 гг., архитекторы А. М. Половинкин, Ю. С. Хлебников. В. В. Агапов).
От Тишинской площади к Садовому кольцу ведет так и не переименованная улица, названная по фамилии одного из известных большевиков, стоявшего за многими секретными операциями, технического "мозга" партии. Красина. В 1918-1931 гг. она носила имя австрийского социал-демократа Фридриха Адлера, а до большевистского переворота - Владимиро-Долгоруковской. Это имя ей было дано вместо неблагозвучной Живодерки (да еще Старой). по имени и фамилии любимого москвичами генерал-губернатора Владимира Андреевича Долгорукова, возглавлявшего московскую администрацию с 1865 по 1891 г.
На Живодерке, выходя и на Садовое, находилась большая усадьба, которую посетил А. С. Пушкин в первые дни после приезда в Москву из Михайловского в 1826 г. Он виделся здесь со своим другом поэтом Петром Андреевичем Вяземским. Как вспоминал Ф. Ф. Вигель, Вяземские "жили в таком квартале, в котором ныне едва ли сыщется порядочный человек... Тут находился длинный, деревянный, одноэтажный несгоревший дом. принадлежавший Г. Кологривову, вотчиму княгини (Веры Федоровны Вяземской, жены Петра Андреевича - Авт.). с множеством служб, с обширным садом, огородами и прочим, одним словом - господская усадьба среди столичного города".
С Тишинской площади можно пройти в Соколовский переулок. Название его напоминает строфу из песни "Соколовский хор у Яра...", считается, что цыгане из знаменитого хора Ильи Соколова жили здесь. Однако значительно более вероятно, что название произошло, как это обычно бывало в Москве, от фамилии владельца: в 1818 г. ямщики Тверской ямской слободы продали большой участок незастроенной земли коллежской асессорше Соколовой, устроившей по левой стороне переулка бани около реки Пресни. В 1926 г. переулок переименовали в Электрический. В нем, как сказано в справочнике "Имена московских улиц", находилась некая "электросиловая установка" - согласно "логике" переименователей. Так можно было бы назвать почти любую улицу и переулок в Москве...
В переулке доминирует длинное когда-то трехэтажное (теперь с двумя надстроенными этажами) здание (N 3), щедро украшенное деталями русского орнамента. Оно было построено в 1880 г. на участке у пересечения переулка с Грузинским валом. Владелец его, богатый лесопромышленник И. Г. Фирсанов, возвел здание по проекту архитектора М. А. Арсеньева и передал его "Братолюбивому обществу снабжения неимущих квартирами". Дом для вдов и сирот так и назывался - "Фирсановский". Напротив него - небольшой особнячок (N 10), стоящий немного в глубине от линии переулка. Его построил для себя в 1884 г. "художник-архитектор" С. В. Соколов. Над входом - картуш с изображением обвитых ветвями циркуля и линейки - символ строительной и архитектурной профессий.
Западнее главной улицы слободы - Большой Грузинской - проходит Малая Грузинская, короче ее примерно на сотню метров. На этой улице два очень заметных здания: одно в готическом стиле, а другое - в русском
На углу Курбатовского переулка среди одноэтажных деревянных домиков в начале века выросло необыкновенное для Москвы строение (N 27): все в готических башенках, с выразительным порталом и резным переплетом круглого окна, которое выходит к Малой Грузинской улице. Это римско-католическая церковь Непорочного зачатия св. Девы, выстроенная архитектором Ф. О. Богдановичем и освященная 8 декабря 1911 г. По наблюдению исследователя московской готики А. Васильевой, башня над средокрестием церкви напоминает башню знаменитого Миланского собора: "церковь в Грузинах создавалась вскоре после проведения конкурса на проект реконструкции собора. По-видимому, некоторые черты этого известного памятника, и в частности схема композиции западного фасада, отразились в решении церкви Рождества Богородицы". Она же считает, что "...тонкая прорисовка западного фасада с ажурным резным порталом, впечатление необычайной легкости, которое производила эта краснокирпичная церковь на расстоянии, делали ее одной из лучших построек такого рода в России". Церковь хотя и уцелела, но потеряла многое из своего декоративного убранства. Теперь она передана московской польской общине.
Другое приметное здание (N 15) на Малой Грузинской - яркий терем, похожий на расписной ларец. В нем находится Биологический музей; конечно, неплохо, что это здание занято музеем, а не, скажем, конторой или складом, но надо признаться, что биология ничего общего не имеет с этим колоритным теремом.
В 1891 г. богатый купец Петр Иванович Щукин купил на Малой Грузинской земельный участок, когда-то входивший в большую усадьбу князя Леона Грузинского, и стал строить специально для хранения своих коллекций дом в традициях древнерусской архитектуры. П. И. Щукин собирал все, что относилось к русской истории: различные предметы быта, рукописи и документы, старинные грамоты и акты, архивы декабристов, письма, целый комплекс документов, относившихся к истории Отечественной войны 1812 года и еще многое другое, и, конечно, пришлось строить отдельное здание для всего собранного.
К проектированию и строительству здания Щукин подошел очень скрупулезно, внимательно знакомясь с образцами русской архитектуры XVII в., просматривая старинные рукописи, орнаменты. С известным тогда архитектором Б. В. Фрейденбергом они ездили в Ярославль, осматривали старинные постройки, зарисовывали детали декоративного убранства. Проект дома выставлялся в Петербурге и привлек внимание императора Александра III. Строительство началось в мае 1892 г., а в сентябре 1893 г. музейное здание, стоявшее в глубине участка, уже было готово - оригинальный дом с острыми щипцами на кровлях, расписанных "в шахмат", украшенный резьбой и поливной керамикой (производства заводов М. С. Кузнецова). Внутри же были роспись на стенах и потолках, скопированная из подлинных документов, красочные изразцовые печи, скобяные изделия, сделанные вручную по аналогам различных построек второй половины XVII столетия - все соответствовало назначению здания.
В новом музее с конца 1893 г. стали размещать щукинские коллекции, однако места все равно не хватало, и Щукин решил строить еще один дом, проект которого он заказал архитектору А. Э. Эрихсону. По красной линии Малой Грузинской улицы в 1898 г. возвели еще один "терем", но более строгий и не так связанный с русскими образцами XVII в. Оба здания соединялись тридцатиметровым подземным туннелем, а во дворе, слева от основных музейных зданий, осенью 1905 г. построили одноэтажное помещение для архива по проекту архитектора Ф. Н. Кольбе.
В 1905 г. Щукин подарил свое собрание вместе с домами и земельным участком государству. Сам же остался хранителем музея, оплачивая в то же время его содержание и Пополнение.
Москвичи по достоинству оценили деятельность мецената: "Владелец музея с просвещенной любезностью допускает в него любителей древности... Скромно, без всякой шумихи, в отдаленной части города возникло и множится это достопочтенное хранилище для новых успехов Русского самосознания, на славу родной Москве". В музее Щукина работали Аполлинарий Васнецов, Василий Суриков, Валентин Серов, многие историки.
При коммунистах о сохранении цельности коллекции и уважении прав собирателя даже и не думали - коллекции были расформированы и переданы в Исторический музей, а здесь в 20-е и 30-е гг. находился музей Центрально-промышленной области, потом областной Музей Московского края и с конца 30-х гг. - Биологический музей.
