— Да, конечно, заедем, — подняла уголки губ. — Кстати, услуга за услугу. Не будешь против, если я с тобой поднимусь и взгляну на Вику? Ты говорил у младшей проблемы? У меня подруга — хороший психолог, она обязательно поможет.
— Я не против, но имей в виду, Вика может повести себя странно, — грустно ухмыльнулся Егор. — Я переживаю, как бы няня от них уже не сбежала. Лены нет два года, а Вика до сих пор спрашивает меня, когда придет мама, — его голос приобрел ледяную отстраненность. — Думаю, без психолога нам и в самом деле не справиться.
Мы вышли из машины и направились в дом. Погода сегодня стояла пасмурная, с утра накрапывал дождь. Я бы с удовольствием осталась под одеялом и не ходила на работу, но чувство ответственности было превыше всего. Перебирая ногами, я шла за Егором и смотрела в его спину. Не представляю, как он справлялся один с двумя маленькими девочками.
— А что няня? Девочки совсем не принимают никого? — Егор иногда рассказывал о детях, и я запомнила, что они не могли найти ни с кем общего языка и сживали из дому всех помощниц, которых отец для них находил.
— Обе сейчас болеют, а мне не по себе. Вика всех в штыки принимает, если чем-то не нравится ей человек. Это уже четвертая няня за последние полгода.
Я промолчала, но задумалась. Егор выглядел очень молодым. Примерно, был одного возраста с Русланом… Но в сравнении с ним был наивным одуванчиком. Да хоть даже в сравнении с моим бывшем мужем. Не представляю, чтобы Игорь вот так же переживал за наших детей, окажись я смертельно больна. Нет, о смерти мне еще совсем рано задумываться, но эта мысль отчего-то неприятно меня кольнула, что Игорю в какой-то степени было наплевать на наш семейный уют, который я пыталась создавать.
— Мама! — маленькая девочка бросилась к нам с Егором, как только мы вошли в прихожую, но заметив, что это была чужая ей тетя, грустно поглядела на отца и в уголках ее глаз заблестели слезы.
— Как дела, Кузнечик? — спросил он дочку и погладил ее по голове, а у меня от увиденной картины внутри все сжалось. Лучше бы осталась в машине… Горько было видеть боль на детском лице.
— Нормально, — всхлипнула она и недовольно нахмурила лоб. — А ты сейчас опять уедешь? — спросила девочка тоненьким голоском.
— Да, заехал проверить как вы тут. Это тетя Женя, мы вместе работаем. Где Лиза?
— Домашнюю работу делает, а няня… — шепотом продолжила она и перевела на меня глаза. — Спит на диване. И мне она совсем не нравится, пап… Давай лучше тетю Наташу позовем?
— Это наша соседка, — произнес он для меня, тяжело вздохнул и направился в гостиную.
Я разулась и прошла на кухню. Кузнечик бесшумно последовала за мной. Я села на стул и поглядела на девочку, пока Егор, по-видимому, пошел поговорить с няней и выяснить у нее, как обстояли дела в его отсутствие.
— Ну, а ты чем занималась? — я слабо улыбнулась, заметив, что девчушка разглядывает меня с интересом.
Тут даже и без Ирины было понятно, что необходима работа с психологом. Девочка действительно переживала за потерю матери.
— Рисовала… — она смотрела на меня синими глазами и накручивала на маленький пальчик золотистый локон.
— А что рисовала? — спросила я.
— Маму, — отозвалась она. — Папа говорит, что она ушла навсегда, а я ему не верю!
Несколько секунд я разглядывала светлое личико с веснушками на носу и слабо представляла, как Егор каждый день приходил домой и объяснял маленькой девочке почему её мама больше не придёт. Мои проблемы в сравнении с таким горем казались неважной мелочью.
— Почему ты не веришь папе?
— Потому что он каждый день говорит, что не будет задерживаться на работе, а в итоге нам приходится сидеть то с соседкой, то вот… — она кивнула в сторону. — Однажды маме надоест смотреть на это и она вернётся к нам…
Я удивлённо вскинула брови.
— Смотреть? — удивилась я, не совсем понимая о чем говорил ребенок.
— Ну да, папа говорит, что она наблюдает за нами с неба…
— Иди ко мне, я переплету тебе косичку, — я улыбнулась девочке, поднялась на ноги, подошла к раковине, вымыла руки и встала позади Вики.
— А у тебя есть дочка? — спросила девочка, пока я колдовала над ее волосами.
— Нет, но я бы очень этого хотела.
— Мама тоже хотела меня, а в итоге оставила…
Я терялась и не знала, как себя вести, что говорить девочке. Завтра утром позвоню Ирине, а в машине поговорю с Егором. Откладывать визит к психологу больше ни в коем случае нельзя.
— Поехали, Жень, я все решил, — на кухне появился мрачный Егор и, застав нас с Викой, будто впал в ступор.
— Пока. Не грусти, — я погладила Вику по голове.
Кузнечик проводила нас грустным взглядом. Мы вернулись в машину, я села на сиденье и устремила взгляд в Егора.
— Впервые вижу, чтобы она так быстро пошла на контакт. Поразительно… — он не сводил с меня удивленных глаз. — О чем вы разговаривали?
— У нее проблемы, Егор.
— Я в курсе. Знаешь, я тут слышал, ты собираешься увольняться? Если ничего не подыщешь на первое время, может с девчонками посидишь, а? Хоть пару недель? Эта няня… Я плачу неизвестно кому, а она неизвестно, что делает целый день!
— Я и дети? — усмехнулась я. — Я подумаю, Егор, но я планировала в клинику к Мещанскому уйти.
— В регистратуру? — удивился он.
— Ну да, — я пожала плечами. — Пока в регистратуру. А потом там три декретных места…
— Глупости, Жень, оставайся в больнице! Это все из-за развода? Ты же хороший специалист. Зачем тебе эти крайности?
— Много причин на самом деле, Егор, — мне не нравился этот разговор, но впервые мне захотелось поделиться хоть с кем-то своими планами на ближайшее будущее. — Надеюсь, что Мещанский предложит в итоге что-то поинтереснее. Я вроде как специалист со стажем…
— Смотри сама, конечно, — покачал головой Егор. — Ладно у Светки одни женихи на уме, но ты ведь с головой на плечах. Понимаешь, чем чревато остаться без практики?
— Понимаю, конечно… Ладно, разберусь сама. А утром позвоню Ире и договорюсь о встрече. И раз уж ты раздаешь мне советы, то и мой принимай: девочке внимания твоего не хватает. Ты на работе постоянно, она просто скучает по тебе. Возможно, все куда проще, чем ты думаешь, а проблема быстрорешаемая.
— Я все понимаю, — с грустью произнес он. — Но мне не разорваться. Садик, школа, квартира, готовка… Все на моих плечах. Мне очень тяжело. Я не привык жаловаться, но иной раз, как Кузнечику охота войти домой и спросить у детей, когда придет Лена?
Я похлопала Егора по руке. Когда слышала подобную безденежность в голосе другого человека, самой становилось не по себе.
— Все образуется, Егор. Все трудности — временные.
— Надеюсь. Так, сейчас тебя закинем домой, а у меня ещё по плану покупка продуктов, собрание в школе… Как уж тут все успеть? — вопрос был риторическим, но я наглядно сегодня стала свидетелем того, что в жизни могли быть куда серьезнее проблемы, чем предательство любимого человека.
Машина остановилась у дома, я попрощалась с Дмитричем и Егором, и вышла на улицу. Меня ждало сегодня ночное дежурство, и я хотела отправиться в больницу на личном авто, чтобы завтра после смены купить продуктов на неделю вперед. В холодильнике шаром покати. А еще неплохо было бы переодеться и немного отдохнуть. Я не сразу заметила у дома внедорожник Руслана, но когда увидела черную машину, ощутила внутри трепет и нечто подобие… радости? Хотела ли я провести еще один вечер или ночь с мужчиной? Да, хотя это и было большой ошибкой.
Со вчерашнего дня Руслан практически не давал о себе знать, не считая одного пропущенного звонка. Я не ответила ему, потому что по возвращению с работы домой легла спать. А к вечеру этого дня утвердилась в мысли, что он больше не появится в моей жизни, получив желаемое. Отношения ни один из нас не рассматривал. Все закономерно. Только у меня от одного воспоминания о его ласках, горячее тепло разливалось по телу.
=19
Евгения
