Достал ноутбук. В социальных сетях опять пришло несколько сообщений. Одно — очередной спам. А вот другое — сообщение от Лизы. Открываю, читаю: «Привет, Джони. Прошу тебя, будь осторожен с Соколовой. Она тебя использует. На самом деле она не такая «белая и пушистая», какой хочет казаться. У меня есть компромат на нее. Если тебе интересно узнать, пиши, звони. Всегда тебе рада».
Странное сообщение. Соколова меня использует? Как это интересно? Тренирует и испытывает свою женскую энергетику на мне? Или учится целоваться? Бред. А как еще можно меня использовать? Я не богатенький мажор, да и не отличник. По всем этим фронтам я в безопасности. Да и других причин не вижу. Лиза пишет, что есть компромат на нее. Вот это уже любопытнее. Она меня заинтриговала. Но вот только не факт, что Лиза специально все это выдумала, чтобы был предлог встретиться. А уж при встрече она пустит на меня всё свое очарование и женские чары. И мой изголодавшийся по сексу организм не выдержит этого напора. Ее план понятен. Но вот поведусь ли я на него? Вопрос открытый. А вдруг у нее, правда, есть компромат? И, быть может, Маруся что-то скрывает от меня? Ведь она действительно внешне производит впечатление спокойной и домашней девочки, а вот внутри нее сидит дьяволёнок, который часто и без спроса бесцеремонно вылезает наружу. Да уж, дилемма. Из серии: «И хочется, и колется».
Пока я размышлял над Лизкиным сообщением, она, видимо заметив, что я в онлайн, отправила мне новую весточку. Открываю и читаю: «Джони, я соскучилась. Я хочу тебя! Давай устроим прощальный секс? Ведь нам было так хорошо. Ты помнишь? Знаю, что помнишь и тоже скучаешь по моим ласкам. Хочешь, я приеду? Или можешь сам ко мне заглянуть на теплую постель и жаркие ласки».
Я резко закрыл крышку ноутбука. Понимаю, что ее шансы сейчас получить положительный ответ очень велики. Мое воздержание и нежные поцелуи Соколовой играют с моим воображением злую шутку. С Соколовой нет интима, а вот с Ершовой он был совсем до недавнего времени, и был хорош. Воспоминания еще свежи, как и память о Соколовой.
А как же Маруся? Ну, официально у нас же нет еще отношений. Можно и правда, напоследок, в последний раз "замутить" с Ершовой. Только знаю, что Ершова молчать не будет. Она найдет способ, как рассказать об этом Марусе. А вот этого совсем бы не хотелось. На чаше весов хороший секс и первоклассные поцелуи от Соколовой. Что перевесит? Секс и поцелуи конечно глупо сравнивать. Но ведь и с Соколовой можно к интиму прийти. Просто нужно время. А вот могу ли я его себе дать? Черт. Как не вовремя эта Ершова напомнила о себе. Сидел бы сейчас и смаковал воспоминания о Марусе.
В этот момент в комнату постучали.
— Да, войди, — знаю, что это отец.
— Евгений, ты будешь ужинать с нами?
Каждый вечер спрашивает меня об этом, и каждый раз получает отказ. Но все равно настойчиво зовет меня. Надеется, что однажды я передумаю.
— Нет, не буду, — пробурчал уже знакомый ему ответ.
— А может сядем втроем, помянем мать?
Я сверкнул со злостью своими глазами на него. Что? Он помянет мать, при этом обнимаясь со своей Танюшей. Никогда не пойму и не приму этого.
— Нет, я не пойду, вдвоем помяните. — Он замялся, хотел видимо, мне что-то сказать, но я не дал ему такой возможности. Грубо спросил: — Что-то еще?
Он поник, выдохнул и сказал:
— Да нет, больше ничего. Мы тогда ужин оставим тебе на плите, разогреешь потом.
— Ок, — только ответил я.
Он закрыл двери и ушел. А я остался в комнате, и словил себя на мысли, что я в бешенстве. Он опять меня разозлил. Напомнил о маме и о своей Танечке. Они совершенно разные. Как можно было променять светлую память о матери на новую пассию? Да еще и за такой короткий срок. К тому же еще и поминать сядут вдвоем? И что эта Танечка, подняв рюмку скажет: «Жалко, что так рано ушла твоя жена, но зато мы теперь счастливы с тобой. Нужно сказать ей спасибо за наше счастье». Тьфу. Противно даже представлять эту сцену. Захотелось проветриться. Снова убежать из этого логова со змеями. Забыться. А один из проверенных и доступных способов это сделать, это — хороший секс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я накинул куртку, взял шлем и набрал телефон Лизы. Когда она ответила, я коротко, без прелюдий и объяснений, произнес: «Жди, я скоро буду» и положил трубку.
Глава 25.
Мария
Я нехотя поднималась по ступенькам домой. Восторг, радость и счастье от проведенного дня с Сомовым, не помогают заглушить печаль и тревогу от прихода домой. Сейчас начнется допрос с пристрастием. Спасибо тебе, Евгений. А ведь мог просто остановиться неподалеку. Но я ни о чем не жалею. Классные ощущения после его поцелуя — это хорошая компенсация и заряд для преодоления всяких неприятностей и трудностей.
Делаю глубокий вдох-выдох и захожу домой. Странно, что меня никто не встречает. Я ждала прямо с порога жалобы, просьбы и предложения от родителей. Но — тишина. Понимаю, что родители на кухне. Раздеваюсь и слышу мамин голос:
— Машенька, ты уже пришла? — типа, она не видела? Хм. Какую игру она затеяла? Ну давайте поиграем, никто и ничего не видел и не знает. — Иди ужинать.
— Хорошо, мамуль, сейчас только руки помою.
Прошла в ванную комнату. Небольшой тайм-аут тоже хорошо. Помыла руки и с волнением прошла на кухню.
Мама приготовила мои любимые домашние овощные котлетки. Уже по опыту знаю, что когда она их готовит, значит, хочет либо помириться, либо поговорить. Ну могла бы сегодня и без котлет обойтись. Я уже и так поняла, что разговору быть. Папа уже доедал, а мама меня ждала. Я ухмыльнулась. Зачем весь этот спектакль? Ладно, посмотрим, что у нее за стратегия.
— Машенька, как твой день прошел?
Начинает издалека. Буду отвечать односложно, чтобы у нее пропал интерес. Ну или хотя бы озадачить чуть-чуть.
— Хорошо, а у вас?
Мама начала рассказывать, что целый день занималась уборкой, потом готовкой и другими бытовыми мелочами. Отлично. Все дружно делаем вид, что никто ничего не видел. Я готова играть в такую игру, главное, правила понятные и доступные. Папа доел, и пошел в комнату. Я тоже постаралась быстрее это сделать, но мама рванула в бой.
— Маша, у тебя появился молодой человек? — ну вот, дождалась.
— Да, — не хочу обманывать. Все равно она уже видела нас. — А ты откуда знаешь?
Спрошу "в лоб". Она растерялась, занервничала. Конечно, тяжело признаться, что подглядывала за шторкой. Совестно. Понимаю.
— Я просто догадалась. Ты стала все время куда-то уходить, я и подумала, что у тебя появился парень.
Я улыбнулась.
— А, так ты догадалась, — вздыхаю, — а я думала, ты караулила меня в окно.
Она не знает, что ответить мне, сомневается. Но в итоге принимает решение сказать правду.
— Маша, ты права. Я видела тебя в окно, не буду этого скрывать. Извини, что обманула. Я хочу, чтобы мы могли доверять друг другу, — она с заботой взглянула на меня.
— Вот именно мама, доверять. Ты правильное слово подобрала. Прошу тебя, доверяй мне, я ведь уже не маленькая.
Говорю спокойно, без эмоций. А может просто до сих пор действует еще эйфория от Сомова.
— Маша, я доверяю тебе, но я не могу доверять какому-то парню. А вдруг он тебя обидит? Просто попользуется тобой? — в ее взгляде тревога и переживание. Мне даже стало жаль ее.
— Мама, я восемнадцать лет живу и всё жду, что когда-нибудь на меня кто-то обратит внимание. И дождалась. С Женей, так зовут этого парня, я счастлива, понимаешь?
Мама слегка улыбнулась.
— Машенька, я хочу видеть тебя счастливой. Просто будь осторожна. Тебя так легко обмануть.
— Мама, я не могу всю жизнь просидеть в комнате за шторкой. Я хочу любить, хочу наслаждаться жизнью. Пусть будут ошибки, но это лучше, чем пустота и тишина вокруг, — какая-то я сегодня разговорчивая, сама себе удивляюсь.
— Хорошо, я поняла тебя. Я помню, как бурлят эмоции, когда ты только влюбляешься. Пусть у тебя все будет хорошо, — вот такой расклад мне больше по душе.
