Аграфена не сводила глаз с белого кота. Тот сидел рядом с ней и с деловым видом вылизывался.
– Хорошо тебе досталось, – шепнула ему девочка.
Кот подозрительно на нее покосился.
– С нами можешь не таиться, – подмигнула она. – Наш друг, брат Акаций, тоже может говорить. Хорошо, что они не догадались поискать его на сеновале.
Кот возобновил свое умывание, окончательно потеряв интерес к Аграфене. Та озадаченно покачала головой. Может, действительно не все коты способны говорить?
А тем временем старик Бергольц не спешил уходить из кабинета Руфуса.
– Свои разборки оставьте на потом! – нетерпеливо заявил он. – Скажите лучше, вы уже послали депешу в императорский дворец?
– Нет еще. А к чему такая спешка? – поинтересовался начальник жандармерии.
– Я хочу денег за выполнение своего гражданского долга!
– Получишь! – буркнул Руфус. – Только не забудь, что половина вознаграждения принадлежит мне.
– С какой это стати? – возмутился Бергольц.
– Иначе вообще ничего не увидишь! Ты выдал их местонахождение, но арест произвели мои люди!
– Ладно! – сдался старик. – Так и быть, поделюсь!
– Другое дело! – довольно заулыбался жандарм. – Мы с Коптильдушкой скоро отправляемся на парад, так что лишние деньжата нам не помешают!
– Так, где золото, малявки?! – не унималась комендантша. – Вы стащили целый сундук из моего дома!
– Вообще-то из подземелья под вашим домом, – уточнил Пима. – Формально оно вам не принадлежит.
– Формально ты у меня сейчас получишь на орехи!
Коптильда с решительным видом зашагала в сторону клетки. Пима испуганно замер. Он хорошо знал, на что та способна, если хочет добиться своего.
Тем временем Руфус потянулся к одной из своих кобур. У Аграфены перехватило дыхание. Неужели и он сейчас начнет размахивать пистолетом?!
Но усатый толстяк всего лишь вытащил оттуда огромный бутерброд – два куска хлеба и толстенную сардельку – и с наслаждением принялся его жевать. Девочка облегченно выдохнула.
Коптильда как раз поравнялась с входной дверью, когда та вдруг резко распахнулась, сбив ее с ног. Комендантша во весь рост грянулась на пол, свалив при этом и доктора Юнгвальда. Послышались быстрые шаги.
Аграфена не сразу увидела вошедшего, так как часть обзора комнаты девочке загораживал стол Руфуса.
Над этим самым столом показался только мерно покачивающийся цветок.
Когда посетитель наконец вышел на середину комнаты, стало видно, что это маленькая худенькая старушка в огромной широкополой шляпе. Цветок торчал из ее головного убора, словно антенна из радиоприемника.
Аграфене еще не доводилось видеть таких миниатюрных старушек. На ногах посетительницы девочка разглядела ботинки на огромной подошве. Каблуки делали старуху выше сантиметров на двадцать. Без них та оказалась бы ниже даже невысокого Пигмалиона.
Увидев вошедшую, Руфус едва не подавился своим бутербродом. Он тут же спрятал руки под стол и проглотил плохо прожеванный кусок.
– Мамуля! – воскликнул жандарм. – Сколько раз я просил тебя не открывать дверь с ноги!
– До дверной ручки я не достаю, дубина ты этакая! – рявкнула старушка. Прозвучавший громоподобный голос никак не соответствовал ее образу. – Как еще прикажешь открывать эти треклятые двери?!
Руфус сунул сардельку в ящик стола и бросился поднимать с пола оглушенную Коптильду.
Следом за мадам Клеопой в кабинет вошел дед Мартьян и остановился возле железной клетки.
– Мартьян! – радостно воскликнула Аграфена.
Старик улыбнулся ребятам, но тут же сделал знак хранить молчание.
Мать Руфуса обладала вытянутым лошадиным лицом и очень суровым взглядом. Наскоро оглядевшись, она недовольно зыркнула в сторону сына и его подруги Коптильды, гневно сжав губы в тонкую нить.
– И вообще что это за свиная туша?! – крикнула Клеопа.
– Это вы обо мне?! У меня вообще-то имя есть! – обиделась комендантша.
– Ого! Да эта туша еще и говорить может! – расхохоталась старушка. Цветок так и задергался на ее шляпе.
– Позволь тебе представить, матушка! Это госпожа Коптильда, комендант сиротского приюта Белой Гривы, – произнес Руфус, поднимая ту с пола.
Коптильда неуклюже шаркнула ногой.
– И чем она питалась все это время? – поинтересовалась Клеопа. – Своими воспитанниками?!
Комендантша даже поперхнулась от возмущения.
– Это моя невеста! – поспешно объявил Руфус.
Аграфена, Триш и Пима просто остолбенели, услышав такое. Коптильда собралась замуж! Точно, скоро настанет конец света!
Мадам Клеопа, похоже, удивилась ничуть не меньше.
– Чего?! – потрясенно выдохнула она. – Да ты совсем ополоумел?!
– Наконец я встретил женщину, которую полюбил! – гордо произнес жандарм.
– Женщина, которую ты любишь, – это я! – заявила мадам Клеопа.
– Конечно! – тут же согласился Руфус. – Но Коптильдушку я тоже обожаю!
– Правда обожаешь?! – злобно осведомилась старушка. – В детстве я пару раз роняла тебя вниз головой и все думала, когда же это проявится. Дождалась!
– Мадам Клеопа, – сдержанно пролепетала Коптильда. – Очень рада познакомиться с вами…
– А я вот совсем не рада тебя видеть!
Старушка неожиданно вскочила на стол Руфуса, схватила жандарма за обе щеки и начала энергично трясти.
– В каком зоопарке ты нашел эту гориллу?! Там посимпатичнее никого не нашлось?!
Тот только и мог, что удивленно хлопать ресницами.
– Мамуля… – пискнул он.
– Что?! – взревела Коптильда. – Это я-то горилла?! Да ты на себя давно в зеркало глядела, карликовое недоразумение?!
– Ах вот как?! – заверещала Клеопа. – Вот как она говорит с твоей матерью! И ты за меня не заступишься?!
– Ты же первая начала… – тихо пролепетал Руфус.
– Какое оскорбление! – Она начала заламывать себе руки. – Да я сейчас в окно выброшусь!!!
– Пусть прыгает, – спокойно изрекла комендантша. – Тут первый этаж!
Старушка и Коптильда начали кричать друг на друга, размахивая руками. Периодически Клеопа поворачивалась к Руфусу и хлестала его по щекам. Здоровяк пытался увернуться, но мамаша оказалась куда шустрее его. Все остальные зажали уши руками и ждали, когда это прекратится. Юнгвальд только что очнулся и начал медленно подниматься с пола.
Глава шестнадцатая,
где мадам Клеопа получает новых работников
Аграфена уже едва сдерживала смех. Она наблюдала за происходящим, прикрывая рот ладонью. Ей казалась фантастикой сама мысль, что такая малюсенькая женщина, как Клеопа, смогла произвести на свет такого великана, как Руфус.
Тот в свою очередь воспользовался моментом, когда его мать отвлеклась на Коптильду, и решил доесть сардельку. Он тихонько вытащил ее из ящика стола и поднес ко рту.
Клеопа в этот момент резко обернулась на сына и гневно заверещала. Резким движением она выбила сардельку из руки Руфуса, та угодила в нос доктора Юнгвальда и сшибла с него очки.
– Так вот чем ты питаешься, когда меня нет рядом?! – завопила старушка. – Сколько можно повторять?! Тебе нельзя это есть! Ты скоро в дверной проем не пролезешь, бестолочь окаянная! Это все дурное влияние твоей пустоголовой невесты!
Коптильда громко засопела. Она решила сесть на стул, но по ошибке уселась на наклонившегося за очками Юнгвальда. Доктор тихонько пискнул и распластался по полу. Комендантша полетела вверх тормашками.
– Вон, ее уже ноги не держат! – хохотнула мадам Клеопа. – Немудрено, такой вес!
– Сколько оскорблений за один раз! – разозлилась Коптильда. – ты, случайно, летать не умеешь, старушка? Сейчас запущу тебя на Луну!
– Бегемотиха! – крикнула ей та в ответ.
– Сушеная треска! – не осталась в долгу разъяренная комендантша.
– Жирдяйка!
– Тощая селедка!
– Ты тоже заметила?! – вдруг сменила гнев на милость Клеопа. – Значит, мне не показалось! В последнее время я и впрямь сильно похудела!
Она покружилась на столе Руфуса.
– Сбылась моя самая заветная мечта! Я ведь была такая же толстуха, как ты, но начала следить за собой, и теперь у меня просто модельные пропорции! Все местные модистки приглашают меня фотографироваться для своих салонов!
– Правда? – удивилась Коптильда.
– Я с трудом проходила в эту дверь! – кивнула головой Клеопа. – Строгая диета и физические упражнения творят настоящие чудеса! Жаль только, что моему сыну не хватает выдержки! Иначе он уже давно стал бы стройным, как кипарис!
– Мне бы тоже не помешало сбросить пару кило, – смущенно сказала Коптильда. – Не поделитесь своей методикой?
– Конечно! – Клеопа снисходительно взглянула на сына. – А твоя горилла не так плоха, как мне показалось на первый взгляд!
Руфус вздохнул с облегчением.
– Рад, что вы нашли общий язык!
Аграфена сама удивилась такой скорой перемене. Настроение у Клеопы, похоже, менялось еще быстрее, чем у Коптильды.
– Что-то я разволновалась! – Старушка сняла шляпу и начала обмахиваться ею, словно веером. – Доктор Юнгвальд, у вас не найдется чего-нибудь успокоительного?
