— Можно я помогу…
— Пошёл вон! Это личное… интимное…
Но Гарри вырвал у неё из рук флакончик, опрокинул на спинку и решительно начал помогать, раздвигая её стройные ножки…
Когда она почувствовала огромное облегчение, там, внизу животика, Джинни всё-таки заметила, лежа уже на боку в объятиях мурлыкающего всякие глупости и прижавшегося к её гладкой спинке Гарри, что кое-что снова начало медленно двигаться к цели, по ее милой складочке, чуть пониже спины. Вот негодяй! Сколько можно! Опять! Да не туда же! Снова попал в впросак! Так, придётся ему немного помочь ладошкой, прикрыть задние ворота, а то коллега-ловец, никак не поймает свой снитч…
* * *
Мир изменился. Всё изменилось вокруг! Вся наша четвёрка мило перемигивалась и пребывала в отличном настроении. Но дело есть дело. Продолжалась кропотливая работа по подготовке акции по проникновению в Министерство Магии. Ночи августа были волшебны! Опыт имеет свойство накапливаться. Гермиона снабдила весь гарнизон кое-какой специальной литературой и дело на узких направлениях амурного фронта пошло гораздо лучше. Дни пролетели незаметно. Казалось, счастье просто затопило всех четырёх влюбленных. Но, этот день, 30 августа 1997 года, всё-таки настал. В прихожей дома на улице Гриммо 12 стояли Гарри, Рон, Гермиона и прощались с Джинни. Рядом, потупив взор, стоял Кикимер.
— Ну, вот и всё, — шептал Гарри, нежно целуя Джинни. — Мы все обсудили… что, ты будешь делать в Хогвартсе. Мы снова прощаемся…
— Байк хорошо упакован? — поинтересовался Рон.
— Джинни, расскажи им, как ты будешь возвращаться, а то они будут волноваться, не отстанут… — присоединилась Гермиона.
— Итак. Мой визит на площадь Гриммо 12 был хорошо подготовлен. Мама и папа никогда бы не поставили вас под удар. Ладно. Расскажу. Когда я выехала из «Норы» на мотоцикле, я сначала заехала в деревушку, в авторемонтную мастерскую. Туда трансгрессировали мама и вейла Анна, с которой мы мило поболтали в логове байкеров. Мама скопировала мотоцикл. Анна, как ты Гарри убедился, приняла оборотное зелье с моими волосами, с хорошим запасом которого и рванула к Долгопупсу. До сих пор не знаю, чем Невилл целый месяц занимался с вейлой и Ханной одновременно, но подробности попробую выяснить. Августа, бабушка — ветеран мракоборец, наверное, напротив, очень рада, что Долгопупс, под руководством опытного инструктора, наконец, стал искушённым мужчиной. Ханна тоже не в обиде, наверное, многому научилась. Иногда, как мы убедились, они находили время, чтобы просто покататься на мотоцикле. А я прибыла сюда. Пожиратели Смерти, если они следили за мной, были сбиты со следа. Сейчас я с Кикимером трансгрессирую не в «Нору», в мою комнату, так как за домом следят, а в другое место. Я должна подъехать к дому на байке, на глазах у всех, после визита в ту же самую автомастерскую. Туда, на таком же мотоцикле, приедет своим ходом Анна, она гоняет у себя по Лазурному берегу на таком подобном уже очень давно. Мы поцелуемся, немного опять потреплемся, ликвидируем копию, и вейла трансгрессирует, отправившись к себе домой, во Францию. А я на байке, который находится в этом милом ридикюльчике, лихо покачу в «Нору». На глазах у всех. Вот, в сущности, и весь план прикрытия, та, не озвученная до сих пор часть.
Гарри и Рон смотрели на Джинни с восхищением!
— Джинни… ты просто потрясающа! Этот план ты придумала сама! — восхищению Гарри не было предела.
— Нет, с мамой! — ответила Джинни. — И с Анной тоже, она очень любит опасные приключения. И сексуальные, в том числе. Но у меня для тебя, милый, кое-что есть…
Она достала из внутреннего кармана своей байкерской куртки карточку — фотографию и протянула Гарри. Гермиона и Рон с интересом заглянули из-за плеч Поттера. На цветной магловской фотографии верхом на старом мотоцикле Сириуса сидела хохочущая рыжеволосая волшебница, которую поддерживали с двух сторон Сохатый и Бродяга. Они смеялись и были явно очень счастливы. Гарри сглотнул комок в горле, затем бросился к Джинни, целуя её и сжимая в объятиях. Когда все немного успокоились, он всё-таки задал последний вопрос.
— Джинни, а почему мотоцикл называется, как это… типа… Дьябло Блэк…
— А как ещё может называться мотоцикл Сириуса Блэка?
Глава 7. Новый порядок и Министерство Магии
Джинни сидела на своей кровати в спальной комнате девочек и лихорадочно пыталась определиться в своих ощущениях от первого дня обучения на своём шестом курсе Хогвартса. Мыслей было много и самых разных. В «Хогвартс-экспресс» Джинни посадили Артур и Молли, она обещала родителям вести себя хорошо, тихо, в авантюры не ввязываться. Что, не будет лишний раз привлекать к себе ненужного внимания. Правда, вполголоса добавила, совсем как Поттер в своё время, почти дословно, что она любит жизнь тихую, размеренную, спокойную. Мама даже слегка прикрикнула на неё, уловив милую иронию и явно вспомнив слова Гарри. Но, позднее, после получения полного набора материнских внушений и нравоучений, расцеловавшись с родителями, проводив взглядом их фигуры на платформе девять и три четверти, помахав на прощанье рукой, Джиневра зашла в купе к Невиллу, Ханне и Полумне. Долгопупса никто обычно в Хогвартс не провожал. Как и в этот раз. Родители по-прежнему находились в больнице Святого Мунго, без особых шансов на выздоровление, а бабушка не без оснований решила, что о нём теперь сможет позаботиться Джиневра или ещё какая подобная «вейла».
Мерно стучат колёса, вагон раскачивается, а в купе идёт первое организационное собрание «Отряда Дамблдора — 2», ОД-2, стало быть. Дух Гермионы витает над ними. Назначение командира — дело ответственное. Он должен быть или назначен старшим начальником или избран общим голосованием, как у партизан. Формальности должны быть соблюдены. Невилл сразу предложил кандидатуру Джинни, но она попросила самоотвод в связи с тем, что, во-первых, командиром должен быть мужчина видный, представительный, настоящий мачо. Когда все вдоволь наржались, Джиневра пояснила, что кроме всего прочего, кандидатура Невилла как командира отряда должна быть утверждена не только потому, что она назначена капитаном Гриффиндора по квиддичу, и ещё, вдобавок к этому, Джинни была назначена старостой шестого курса, да и Полумна с Ханной назначены старостами от девочек на своих факультетах и курсах соответственно, и это будет немного их отвлекать от управления секретным подразделением, накладывая определённые, отвлекающие обязанности. Джинни, немного задумчиво поглаживая на мантии два своих новеньких значка, рассказала подробнее, приоткрыла всем точный смысл пророчества Сивиллы Трелони об Избранном. Оно может касаться не только Поттера, но и Невилла. В купе наступила такая тишина, что было слышно, как кровь стучит в висках. Родители бросали вызов Тёмному Лорду три раза, и три раза оставались живы, ребёнок, рожденный на исходе июля. Невилл побледнел, как бумага, но справился с волнением, усмехнулся и произнёс, что Волан-… но закончить фразу он не успел, так как Ханна огрела его рукой по шее, зашипев что-то про Табу. Джинни подскочила, чёрт, а знают ли Гарри, Рон и Гермиона, что на имени их врага наложено сигнальное заклинание? Ведь Поттер не стесняется к месту и не к месту называть Тома Реддла закрытым, так сказать, для общего пользования именем. И как Ханна об этом узнала? Ах, да. У кланов Эботтов хорошие связи. И как теперь предупредить Трио? А вот связи то с ними как раз и нет. Джинни пожалела, что до сих пор не умеет создавать говорящего патронуса. Вот скакать на нём верхом, летать, да ещё и саблей махать, это, пожалуйста, сколько угодно. А вот голосовые сообщения передавать — нет. Заржёт ещё её Буцефал, и всех перепугает на Гриммо 12. И Герми сама только ещё осваивала это приём защищённой кодированной связи. Может связаться с папой или Биллом? Попрошу я, наверное, Макгонагалл, она передаст им послание в Лондон…
