Что мне оставалось? Плюнуть и забыть, чтоб головой не биться о Кремлёвскую стену, ведь дело не в мерзких душах продажной троицы Верховного Суда, понятно, они - шестерёнки системы. Да покоя не давала правда на моей стороне, которую самый искусный крючкотвор власти не замутит, ему остаётся только лгать. Но должен же быть предел лжи! Если книга признана судом экстремистской 1 апреля 2010 года, то она и считается экстремистской именно с 1 апреля, ни одним днём раньше. Со столь простой и очевидной истиной мне что, не найти правды, верности Закону ни в одной государственной структуре? Проверим. Я сел за надзорную жалобу…
И разверзлась пропасть лжи!
Отказывая в передаче моей надзорной жалобы для рассмотрения в Президиуме Верховного Суда судья Верховного Суда Т.И. Ерёменко процитировала решение Петропавловск-Камчатского городского суда от 1 апреля 2010 года о признании печатного издания «Приговор убивающим Россию» экстремистской литературой, продолжая утверждать всё ту же ложь о распространении экстремистского печатного издания в мае 2009 года.
Доказывая очевидное, что «факта распространения экстремистского печатного издания «Приговор убивающим Россию» в мае 2009 года не могло быть, так как в мае 2009 года этот материал не был признан судом экстремистским, не был включен в федеральный список экстремистских материалов, следовательно, его распространение не являлось правонарушением», я обратился к Председателю Верховного Суда всё с той же просьбой передать мою надзорную жалобу на рассмотрение Президиума Верховного Суда. В ответ первый заместитель Председателя Верховного Суда П.П. Серков, и носа не ткнув в бумаги, заявил, что оснований для рассмотрения моей надзорной жалобы не имеется. На повторное обращение к Председателю Верховного Суда В.М. Лебедеву судья Верховного Суда З.Д. Беспалова просто вернула мне жалобу и даже квиток об уплате госпошлины. Зримо и весомо: пшёл вон!
Тогда я обратился к Председателю Следственного Комитета Российской Федерации А.И. Бастрыкину с сообщением о совершённом преступлении членами Центральной избирательной комиссии, а именно: внесении ими в официальный документ заведомо ложных сведений, что трактуется законом как служебный подлог и фальсификация избирательных документов, «а потому, - писал я А.И. Бастрыкину, - есть все основания утверждать о наличии в действиях членов ЦИК России (замещающих должность на постоянной основе), которые голосовали за принятие заведомо ложного Постановления, признаков составов преступлений, предусмотренных ч.1, ч.2 (п.п. «б» и «в») ст.141 «Воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий», ч.1 ст.142 «Фальсификация избирательных документов, документов референдума», ч.1, ч.2 ст.285 «Злоупотребление должностными полномочиями», ч.1, ч.2 ст.286 «Превышение должностных полномочий», а также ч.1, ч.2 ст.292 «Служебный подлог» Уголовного Кодекса Российской Федерации».
Нарушив все процессуальные сроки, Следственный Комитет молчал больше двух месяцев, и объяснимо его молчание. Преступление членов Центральной избирательной комиссии налицо, вот документы это подтверждающие, да только и другое сознают в Следственном Комитете, что идти на подлог никто бы в Центризбиркоме сам не решился, им начальство повелело, а начальство-то на всех одно - что для Центризбиркома, что для Следственного Комитета. И, сознавая это, теперь уже Следственный Комитет пошёл на подлог, переправил моё обращение в Генеральную прокуратуру, мотивируя переадресовку тем, что «в соответствии с законом «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 №2202-1 надзор за соблюдением федерального законодательства, в том числе о выборах, осуществляется прокурором». Экая эквилибристика! Не следователи, а акробаты! В соответствии с п.12 ч.1 ст.448 УПК Российской Федерации решение о возбуждении уголовного дела в отношении члена Центральной избирательной комиссии с правом решающего голоса принимается Председателем Следственного Комитета Российской Федерации. И я на эту норму в своём заявлении прямо указал. Понятно, что заместителю начальника управления по надзору за соблюдением прав и свобод граждан Генеральной прокуратуры Н.Н. Честных не составило особого труда немедля отписаться: «Согласно ст.146 УПК РФ, полномочиями по возбуждению уголовных дел органы прокуратуры не наделены… Отказ в регистрации подлежит обжалованию в Верховный Суд Российской Федерации».
* * *
Всё! Круг замкнулся, зримо очертив преступную группировку из высокопоставленных лиц Центральной избирательной комиссии, Верховного Суда, Следственного Комитета, Генеральной прокуратуры. И эту преступную группировку создали Вы, господин президент. Это Вы принудили их заниматься преступным ремеслом: врать, извращать очевидные факты, идти на подлоги и фальсификацию. Если бы Вы, лично Вы, Владимир Владимирович Путин, не боялись открытых честных выборов, если бы у Вас хватало мужества и ответственности встать в полный рост перед народом и доказать в соперничестве с другими, что именно Вы и только Вы способны вытащить страну из той пропасти нищеты и позора, куда Вы обрушили Россию за долгие годы своего пребывания во власти, и народ бы Вам поверил и поддержал бы Вас, зачем бы Вам ловчить, хитрить, подличать, принуждая государственные структуры ловчить, хитрить и подличать? Да где уж Вам! Вы честно участвовали в выборных баталиях всего лишь раз, один лишь раз, когда возглавляли выборный штаб А.А. Собчака и потерпели сокрушительное поражение. Страх перед честными выборами с тех пор накрепко засел в Вас, и Вы никогда после этого не решались на честные, достойные уважения выборы. Тот мошеннический спектакль, напёрсточные баталии, что организуете Вы, разве можно назвать выборами. Ну какие это выборы, если Вы ни разу ни с одним из соперников не вступили в открытый честный телевизионный диспут! Боитесь. Потому что – трус, и этого качества в себе никогда не скрывали. В книге «От первого лица» цинично и откровенно рассказываете: «Я уже понимал, что будущего у этой системы нет. У страны нет будущего. А сидеть внутри системы и ждать её распада… Короче, когда в январе 1990 года мы вернулись из Германии, я ещё оставался в органах, но потихоньку начал думать о запасном аэродроме… Так в 90-м я стал помощником ректора университета по международным связям» («От первого лица. Разговоры с Владимиром Путиным», М., «Вагриус», 2000 г., стр.75-77).
1990-й… Вам всего 37 лет. Вы молоды, тренированы, образованы. Вы - подполковник Комитета государственной безопасности. Государственной безопасности! И Вы, подполковник КГБ, в 37 лет, сознавая весь трагизм положения страны, которой присягали на верность, которую клялись хранить, как зеницу ока, защищать до последней капли крови, как крыса, почуяв опасность, улепётываете со своего боевого поста, даже не стыдясь того: «начал думать о запасном аэродроме». По Вашему же собственному признанию, Вы, кадровый старший офицер органов государственной безопасности, стали думать не о том, как и что делать, чтобы спасти страну от развала, Вы, как последний трус, стали думать о «запасном аэродроме». Куда и как удрать. Не идея, не верность Присяге, не ответственность за порученное дело возобладали в Вас, а лишь одна животная страсть заботы о своём брюхе. И это не разовая Ваша слабость, не случайный отступ, которого человек стыдится потом всю жизнь, нет же, вот Вы ушли, удрали, пристроились неплохо на сытненькое, уютненькое, покойное лакейское местечко в Ленинградском университете, надолго не задержались, быстренько переметнулись туда, где ещё сытнее, уютнее, теплее, комфортнее, престижнее, карьернее – в помощники председателя Ленсовета Собчака, а мыслишки трусоватые Вам и здесь покоя не дают: на ту ли лошадку поставил, не промахнулся ли случайно? Вот он, стриптиз Вашего подлого страха: «Это был 90-й год: ещё не развалился СССР, августовского путча, то есть окончательной ясности в том, куда пойдет страна, ещё не было. Собчак, безусловно, был ярким человеком и видным политическим деятелем, но связывать с ним своё будущее было достаточно рискованно. Всё могло просто в один момент развернуться» («От первого лица. Разговоры с Владимиром Путиным», М., «Вагриус», 2000 г., стр.82-83).
На свои первые президентские выборы Вы не пошли открыто и смело, потому что сознавали, что Вы – никто. Ну действительно, кем Вы были тогда для народа, отработав в подхватных у абсолютно непопулярных, а то и вовсе презираемых, известных лишь своим мошенничеством да сибаритством Собчака, Бородина, Юмашева, и вознесенный ими как «свой», ручной и управляемый, во главу ФСБ, где, по профессиональной оценке Генерального прокурора страны Юрия Скуратова, Вы расформировали «самые опасные для всякого суперкрупного ворюги управления – экономической контрразведки и контрразведывательного обеспечения стратегических объектов. Первое раскручивало все самые громкие экономические дела, второе - не давало, чтобы предприятия, составляющие славу России, позволяющие ей защищаться, не уходили за бесценок в руки иностранцев» (Юрий Скуратов «Вариант дракона», М., 2000 г., стр.181). На посту главы ФСБ Вы отметились ещё тем, что сфальсифицировали экспертизу подлинности видеосъёмки, скомпрометировавшей после показа её по телевидению Генерального прокурора Ю.И. Скуратова, начавшего расследование «кремлёвских» дел. Позже суд признал плёнку фальшивкой.
