Читаем без скачивания Великая и Малая Россия. Труды и дни фельдмаршала - Румянцев-Задунайский Петр

Из постановления военного совета о выступлении дивизии П. А. Румянцева из Шверина на Зонненбург19 июля 1758 г., главная квартира при Мезериче

…Генералу-поручику графу Румянцеву с дивизией кавалерии из Шверина выступить 21-го числа сего к Зонненбургу, оставив все свои тягости в Шверине. При Зонненбурге пробыть до тех пор, пока корпус генерала Брауна одним или двумя маршами с стороны Кросени маршируя, к кавалерии приблизится и пока от реченного генерала ордер получен будет; а потом следовать к Ландсбергу, где и через Варту переходить до́лжно…

В. Фермор, Г. Броун, Петр Салтыков, князь Александр Голицын, граф Петр Румянцев, граф ЧернышевРапорт П. А. Румянцева В. В. Фермору о переходе неприятельского корпуса через реку Одер14 августа 1758 г., лагерь при деревне Гаукренях

Сей ночи во втором на десять часу от полковника Хомутова прислан рапорт к господину генерал-квартирмейстеру фон Штофельну с уведомлением о переходе немалого неприятельского корпуса через Одер при местечке Гюстебизе, которое он, господин полковник, получил от взятых им в плен одного мушкетера и фурштата Доновского полка[59].

Я никогда оному веры б дать не хотел, если бы очевидно и изустно от сих пленных [не] получил того в подтверждение, что заподлинно вся армия, исключая несколько батальонов гренадеров, оставленных при Кюстрине, под предводительством самого короля на сделанном из водяных суден мосте на сию сторону под вышеописанным местечком переправилась и путь свой вверх по Одеру для нападения на армию нашу взяла.

Господин полковник Хомутов заподлинно об оном всем исследовал и достоверное известие получил, и мост оный осмотреть не был допущен, оставшимся при оном деташементом, и, будучи отрезанным, путь свой к Кенигсбергу взял и сего числа со мною соединился.

Я о сем важном деле с состоящим при мне генералитетом и генерал-квартирмейстером Штофельном довольное рассуждение имел, где, полагаясь на известное нам всем его высокорейхсграфского сиятельства рачение и попечение о безопасности армии ее императорского величества, под командой вашей состоящею, что, конечно, о сем переходе, когда оный подлинно последовал, достовернейшим и обстоятельнейшим известием предварены.

И в уважении поста, который мы содержать определены, имея достоверные известия, что от Штеттина непрестанные деташементы также в близости находятся, согласно положили вашему высокорейхсграфскому сиятельству левой и вовсе кажущуюся безопасной стороной, с сим нарочным рапортовать; а между тем к походу состоять во всякой готовности, а к мосту, где оный переход был, немедленно послать сильную партию для сокрушения оного и поиску над стоящим там прикрытием, ожидая, впрочем, от вашего высокорейхсграфского сиятельства повеления.

Генерал-лейтенант РумянцевИз журнала военных действий армии В. В. Фермора за 1758 год. О попытке частей Румянцева разрушить мосты и затруднить переправу прусских войск через Одер16 августа

…Генерал-поручик граф Румянцев рапортовал, что получив 14-го числа на рассвете известие, что неприятель между Шведтом и Кюстрином через реку Одер перешел, к стоящей под Кюстрином армии марширует, тотчас бригадира Берга с двенадцатью эскадронами конницы, двумя эскадронами Венгерского полка гусар и 200 человек чугуевских казаков к мосту отправил для разорения оного, куда бригадир Берг в шестом часу пополудни прибыв, стоящих при тет-де-понте, у сделанных батарей неприятельских, двух пехотных батальонов, трех эскадронов конницы и двух эскадронов гусар атаковал, с места сбил и к ретираде принудил; через первой мост прогнал и 30 человек в плен взял.

Но наступившая ночь и темнота его от дальнейших прогрессов удержала, а между тем генерал-поручик, получив от прибывших к нему офицеров неприятные известия, за нужно признал его оттуда к дивизии отозвать. И так бригадир Берг, в ту же ночь, оставив неприятеля, перешел первый мост к дивизии, которая уже в марше была, с пленными ввечеру прибыл.

Послан ордер к генералу-поручику графу Румянцеву, с его дивизией для соединения с армиею к Ландсбергу следовать…

Из журнала военных действий армии В. В. Фермора за 1758 г. О сражении при Пас-Круге22 сентября

…Прислан от генерала-поручика графа Румянцева офицер со словесным рапортом, что неприятель из Пирица к Пас-Кругу идет и что оный по ретирующимся оттуда казакам и гусарам пушечную пальбу производит.

Его сиятельство главнокомандующий армией генерал тотчас бригаде генерал-майора Мордвинова на сикурс туда следовать велел.

В шесть часов поутру генерал граф Румянцев, узнав о наступлении неприятеля, сделал предписанный уже сигнал и у Пас-Круга со всем корпусом собрался; неприятеля, состоящего из четырех батальонов пехоты, по большей части гренадер, при самом конце дамбы ретранширующегося и делающего батареи на вышине, лежащей против самого дамбы у неприятельского левого фланга, нашел.

А как скоро только туман миновал и пехота в ее работе видима стала, приказано подполковнику Гербелю, как с траверса, так и с поставленных в правой стороне у перелеска пушек по неприятелю пальбу производить и бомбы из единорогов и гаубиц бросать. Неприятель своими орудиями равномерно соответствовал, не причиняя однако же никакого вреда; это продолжалось до девяти часов.

А тогда граф Румянцев, усмотрев, что бомбы наши неприятелю большого вреда не причиняют и неприятель две колонны формирует, показывая вид к атаке – одной через дамбу, а другой – в правую сторону через болото, где оное несколько осохло и переходимо, производя с правого своего флангу непрестанную пушечную пальбу по нашим солдатам, кои в самое то время для пресечения ему пути до самого болота траверс продолжать стали, приказал ста человекам гренадерам с одним единорогом и гаубицей занять вышину близ дамбы лежащую, а расположенной от самого Пас-Круга до казацких кошей пехоте движение сделав, приступить в виду неприятельском к самому мосту и его верить заставить, что сим сильным стремлением вознамеренность, конечно, через дамбу для форсирования идти.

При занимании таким образом гренадерами вышины и при взвезении на оную орудий, с неприятельской стороны беспрестанная пушечная пальба по сему посту производилась, и одному канониру руку трехфунтовым ядром перешибло, а прочих на том месте вредить не могло, ибо лежащая при сей вышине лощина людям завесою служила.

И так производимое с сей вышины бросание бомб, поспешествуемое пушечною пальбою с помянутых мест, такое действие имело, что неприятеля понудило, оставив занятый, весьма авантажный, пост, бегом ретироваться; донские казаки под предводительством генерал-майора Ефремова, полковников Краснощокова и Сулина его преследовали и, сражаясь с неприятельскими гусарами, неоднократно с особливой храбростью целые их эскадроны прогоняли, в чем свидетельство подать могут его королевское высочество принц Карл и генерал барон Сент-Андре, которые при сем сражении присутствовать изволили.

Сие сражение продолжалось в беспрестанном огне до 12 часов, а потом ретирующийся неприятель, пользуясь вышинами, от казаков весьма его тревожащих, пушечной пальбой защищался. С нашей стороны, кроме помянутого канонира и нескольких казачьих лошадей, убитых и раненых не было, а от неприятеля – один гусар пленен, несколько побито и ранено.

На месте, где неприятельский фронт был, немало крови усмотрено, а на самой батарее две убитые лошади найдены, также несколько котлов и других тому подобных вещей на месте оставлено; сие доказательством служит, что неприятелю нашими орудиями немалой вред причинен, когда не успел такие солдатам надобные вещи с собою взять…