из перерезанного живота, третий не менее живописно раскидал мозги по соратникам, четвёртый спиной огрёб от своего же палкой по спине после пинка. И всё это за пару секунд, не больше. Не рискуя оставаться на одном месте, я снова прыгнул, на этот раз вверх, и приземлился на тройку ничего не подозревающих противников. Получилось насмерть, равно как и со следующей тройкой.
Голыши, несмотря на всю свою видимую беззащитность, сумели оправиться от шока и даже проявить некую командную тактику. Мне пришлось приложить все усилия, чтобы раз за разом выходить из устраиваемых противником западней. Впрочем, в эти моменты гибло больше голышей, чем я получал урона, так что неожиданная тактичность им не очень-то и помогала.
Разумеется, победить в одиночку я не смог, да и не пытался особо. Мне было нужно именно распрыгаться, почувствовать бой, насладиться им, и этих целей я достиг. Ну и попутно сохранил как можно больше маны как магам Дендера, так и своим феям. Данж оказался не простыми руинами с Ключом, а с крайне неприятным дебафом «Слабость магии» — чем больше магический юнит пьёт зелий маны, что вообще неизбежно, тем слабее становятся его заклинания. Так зачем рисковать сразу, если есть специально заточенный под мелочёвку я? А у меня имеется давно не используемый «Пинок», так и просящийся в дело. О, как эти голыши летали… Никогда футболом не увлекался, даже не болел ни за кого, а тут что-то аж захотелось позабивать, выбирая воротами как целые, так и разной степени разрушенности немногочисленные окна. А то, что чаще получалось мимо, чем в цель, общему делу было только на руку. Но и попадающие точно в проём обратно так и не вылезли, видимо, предпочитая отсидеться подальше от неадекватного психопата, ибо участь собратьев, разбивающихся о стены и колонны, была жутка. Зато лисята радовались такое отработке ударов, весело подливая в перерыве между собственными загрызами, а пару раз я запустил и их. Во врага, разумеется, не в стену. Не изверг же я живых людей в стены запускать?!
Больше никто к голышам не лез. Гномы и феи — потому что знали, как пройдёт бой, маги явно от шока происходящего действа. Поначалу они порывались, конечно, скастовать что-нибудь эдакое, особенно до момента, когда вся постоянно прибывающая голышовая толпа не переключилась только на меня. До этого приходилось реально стараться, прыгать, кататься, бить, колоть, даже отрывать и топтать. В общем, сплошная работа без капли удовольствия, зато и «Пинок» смог открыть, и размяться как следует. По итогу, пнув последнего голыша прямиком в торчащий из стены на высоте метров четырёх металлический штырь сантиметров шестидесяти, мой счётчик остановился на отметке триста двенадцать особей. Ещё тридцать шесть записали на свой совместный счёт лисята.
Выход из боевого режима получился сложным. Меня шатало, всё постоянно прыгало, земля и небо грозили поменяться местами, а яркость картинки менялась от «выключите эту шкралову лампу, что бьёт без разбора в глаза» до «зажгите же свечи, не дайте сдохнуть в темноте». Чтобы спастись хотя бы от части дебафов, пришлось сесть на камни площади, практически полностью залитые оранжеватой кровью. Рядом тут же появился Дендер в позе «Обличительница пьянства», только сковороды, скалки или, на худой конец, полотенца в руках не хватало, даром что последнего вокруг головы намотано без меры.
— Ну и как мы тепер-рь пойдём дальше, друг мой? — соответствующим тоном спросил маг. — Ты вообще мог подумать об этом до безрассудного нырка в толпу, подобно рок-звезде на концер-рте? Эти поклонники тебя поддерживать даже собир-рались, они бы тебя выпили!
— Кстати, про выпили…
С этими словами я достал из инвентаря фляжку с водой из дворцового пруда и выпил ровно литр. Симптомов битвы как ни бывало, на что и был расчёт.
— Идём? — одним прыжком поднимаясь на ноги, спросил я.
— Да ты пр-редусмотрительный, мой друг! — восхитился Дендер.
— А ты крикливый, — не остался в долгу я. — Так что?
— На площади нам точно делать больше нечего, — почесав подбородок, констатировал маг, — а вот куда идти дальше одному пустынному ветру знамо.
— На каменцы? — предложил я.
— Ты произносишь стр-ранное, мой друг.
— Ну если мы не знаем правильного пути, а каждый из них не хуже другого, пусть за нас всё решит удача.
— Попр-робовать можно, — спустя минуту размышлений решился Дендер. — Ты абсолютно пр-р-рав, варианты сугубо равнозначны.
В итоге навстречу неизведанному мы пошли через двойную арку колонной по два, перемешав моих строевиков и магов Дендера. Эта тактика моментально дала свои плоды, с её помощью мы избежали потерь от внезапного нападения прыгучих ящериц. Акрух заметил опасность, отдал команду Подгорным защитникам, те встали поперёк улицы, полностью перегородив её. Пробиться сквозь строй десятку желтовато-коричневых, размером с таксу, противникам не получилось, а в следующую секунду их тушки поджаривались от стремительного залпа файерболами от магов. Тем не менее, ящерицы на этом не остановились, принявшись издалека плеваться жёлто-коричневыми сгустками. Гномы от этих атак получали на четверть урона меньше — пятнадцать процентов снижал природный резист, ещё по пять убавлял каждый грейд — да и сам урон был небольшим, зато постоянным и нескончаемым, так что в дело пришлось вступить магам-лекарям.
Продвижение в, казалось, нескончаемом коридоре шло туго. Наша скорость зависела от огнепоклонников, ставших единственными атакующими бойцами. Ящерицы нет-нет да предпринимали самоубийственные атаки на подопечных Акруха, но, во-первых, всего по две-три штуки в минуту, а во-вторых, как-то слишком инертно, нехотя и будто под каким-то гипнозом, что хоть сколь-нибудь серьёзными противниками их не делало. Даже наоборот. В основном же ящерицы стояли плотненькими рядами и плевались. Ася порывалась взять девочек, подлететь поближе и сжечь/зарезать травой/раздавить корнями (нужное подчеркнуть), я останавливал любимую простым резоном — ящериц слишком много даже для умеющих маневрировать в воздухе фей. От града плевков не спасётся никто, а потери здесь Неднаг не простит как яму выкопать. Я же не рвался по тем же соображениям, дополненным пониманием магической составляющей плевков ящериц, что Берсеркерам крайне противопоказано. Дендер же периодически колдовал на противников какую-то разновидность слабости к огню, что помогало лучше сжигать их.
Так мы и шли, продвигаясь по десятку метров в минуту в неестественно длинном каменном коридоре. И если бы не Ярик, шли бы так долго, сколько я смог бы не обращать внимания на лёгкий зуд в районе запястья правой руки, то есть часов десять, не меньше. Ярик же не просто обратил на него моё внимание, но и заставил задуматься, почему зудит область прилегания к коже Ключа. Опытным путём минут за десять я
