не понимаешь, – с грустью вздохнул он. – И не даешь объяснить. Тобой уже заинтересовался король. И поверь, он сделает все возможное, прибегнет к любым ухищрениям, чтобы заполучить тебя себе. Кто-то донес ему об уровне твоей магии, и теперь ты – добыча, а он – охотник. Не просто так он за столом подталкивал младшего брата к тебе. Это отличный и самый безболезненный способ оставить тебя при себе, да еще и так, чтобы ты была заинтересована верно служить интересам Альварика.
– Но я и так собиралась…
– О, нет, – печально рассмеялся Его Светлость. – Личный, приближенный маг и маг для общественных нужд – это большая разница, как и личные интересы короля не всегда совпадают с государственными.
– Не понимаю, – покачала я головой. – У короля и так есть шкура золотой медведицы, она исцеляет от всех болезней, и штат лучших целителей… Зачем ему я?
– Ты – не просто очень сильный и талантливый маг, ты – оружие, и король просто не может оставаться в стороне.
– И вы поэтому не могли, да? – я подняла глаза и всмотрелась в темно-карие радужки лорда Вестона. – Но теперь в игру вступил король, и вам пришлось отойти в сторону?
– Что? Нет, Мари! Почему ты постоянно думаешь обо мне хуже, чем есть на самом деле? Я заинтересовался тобой, когда еще твоя магия была проклятием и опасностью, заинтересовался вопреки тому, что закон и наше положение в обществе лишали нас всякой надежды на то, чтобы быть вместе. Ты еще была смертельно отравлена… – грустно усмехнулся он, вспоминая наше приключение так, будто уже годы минули с того времени. – Не думаешь же ты, что я уже тогда мог предвидеть, кем окажется на самом деле маленькая, но отважная травница? Я, конечно, просчитываю все свои шаги наперед, но дара предвидения не имею.
– Но вы могли мне объяснить все это еще до бала! – я не знала чему верить: то ли своим глазам, то ли словам лорд-канцлера. – Чтобы мне не пришлось гореть в агонии, пока вы обнимали вашу бывшую невесту и смотрели на меня как на камушки под сапогами!
– Не мог, моя девочка, – выдохнул Его Светлость и поцеловал в висок. – О нашем с тобой общении королю тоже стало известно, теперь и я под плотным колпаком его внимания. Мои же подчиненные доносят ему обо всем, а свиток прочитывается. Поэтому единственный наш шанс – это сделать вид, что ты действительно собираешься замуж за фливалийского принца. Портить отношения с соседним государством наш король не станет, тем более сейчас, когда с моря приходит угроза.
– Какая угроза?
– Не могу тебе сказать, – покачал головой лорд-канцлер. – Но, боюсь, что скоро наступит война, и по сравнению с ней наша двухсотлетняя покажется легкой неприятностью. Весь наш континент ждет смерть и разруха, если мы не сумеем сдержать угрозу. Потому сейчас так важны добрые отношения с соседями, и мы можем это использовать, чтобы уберечь тебя от принца Эдрика.
– Но почему у нас тогда все так спокойно? О войне даже слухи не ходят…
– А ты бы на месте правителя стала распространять подобные новости? Поэтому, Мари, я прошу тебя набраться терпения и верить мне, – почти черные глаза затягивали в свои омуты, и я как всегда не имела сил сопротивляться им. Притяжение к лорду Вестону и на этот раз оказалось сильнее любых обид и разочарований.
– Вы – ужасный человек, – пожаловалась я.
– Не спорю, – губы Его Светлости растянулись в самодовольной улыбке. – Но ты сама сделала свой выбор. Я давал тебе шанс отказаться, а ты не стала, – последние слова лорд-канцлер уже шептал мне на ухо.
Мурашки как всегда не заставили себя ждать, и вот я уже сходила с ума под градом пока еще невинных поцелуев Его Светлости. Под кожей все горело, и я могла лишь что-то невнятно стонать.
– С ума меня сводишь, – бормотал он и продолжал осыпать мое лицо поцелуями. – Я убью Ле’мана за это платье, все мужчины сегодня глаз с тебя не сводят.
– Все, кроме одного, – напомнила я.
В ответ раздалось рычание, и больше говорить я не могла – лорд Вестон заткнул рот диким, жадным поцелуем, как бы наверстывая все то, чего вынужден был лишиться, делая вид, что равнодушен ко мне. И я отвечала, вжималась в тело Его Светлости со всей силой, зарывалась пальцами в волосы, вдыхала в себя его запах и будто старалась впитать в себя любимого как можно больше и как можно глубже. Запечатлеть его образ и этот момент в каждой клеточке своего тела. Удостоверить себя, что лорд-канцлер – только мой, вопреки всем сомнениям и внешним препятствиям.
А потом оказалось, что это был не поцелуй-наверстывание, это был поцелуй-прощание, поцелуй-надежда. После того разговора в каморке мы с лорд-канцлером больше не виделись. Я вернулась в университет, и потянулась обычная студенческая жизнь со своими маленькими радостями и трудностями. Все в то время казалось мне маленьким и незначительным по сравнению с отсутствием в моей жизни главного. Девчонки совсем не понимали, отчего я вернулась с Королевского бала в таком унылом состоянии.
Остаток ночи мы с Андрэ провели в особняке, в котором шла подготовка к балу, а утром следующего дня брат привез меня в кампус. Проводил до дверей комнаты, но заходить внутрь наотрез отказался, видимо, памятуя, о прошлом горячем приеме моих соседок.
– Все будет хорошо, Мари, – обнял он меня.
Андрэ не скрывал того, что предпочел бы видеть в моем сердце Ирвина вместо лорда Дрейка, но, невзирая на разногласия, повторял, что останется всегда на моей стороне и примет любое решение. В тот же день он вернулся домой к запертой в нашем семейном поместье невесте, и сердце мое по этому поводу не было спокойно. А нависшая угроза войны лишь усугубляла ситуацию. Мне казалось, сам воздух вокруг пропитан тревогой, и сама я превратилась в ожидание. То ли войны, то ли ее отмены, то ли лорд-канцлера с новостью об упразднении несправедливого закона.
Чтобы хоть как-то отвлечься, я сосредоточилась на учебе. Постоянно пропадала то в библиотеке, то на дополнительных у наставника. На предложение Ирвина пришлось согласиться, поэтому мы больше времени стали проводить вместе, хоть я и сразу честно предупредила принца, чтобы он не рассчитывал на большее, чем теплые дружеские отношения.
– Иногда и этого достаточно, – ответил он тогда мне и церемонно поцеловал руку, на которую до этого надел кольцо.
Это случилось в кондитерской на территории университета на следующий день после бала. Принц зашел за мной в комнату и позвал
