Бэрби так и застыл в кресле. Он помотал головой, словно пытаясь вырваться из-под гипноза этих невероятных глаз, огненных волос и мягкого, умоляющего голоса.
— Тебе подобных? — резко переспросил он. — Значит, ты не одна такая?
Тепло исчезло из ее глаз. Вновь, в который уже раз, они стали жесткими и настороженными, как у преследуемого и загнанного в угол зверя.
— Я совершенно одна, — холодно и бесцветно произнесла она.
Бэрби наклонился вперед.
— Мондрик говорил о «тайном враге», — мрачно сказал он. — Ты думаешь, он имел в виду ведьм?
— Да.
— И ты знаешь других?
На сей раз Април Белл задержалась с ответом. На какую-то долю секунды, но задержалась.
— Нет, — сказала она.
Внезапно девушка закрыла лицо руками и по тому, как вздрагивали ее плечи, Бэрби понял, что она тщетно силится сдержать рыдания.
— Неужели и ты будешь меня преследовать? — спросила она все тем же пустым и бесцветным голосом.
— Извини, — прошептал Бэрби. — Но теперь, когда ты столько о себе рассказала, ты должна рассказать и остальное. Иначе как я смогу что-либо решить?.. Что имел в виду Мондрик, говоря о грядущем пришествии предводителя — этого «Дитя Ночи»?
Ему показалась, что на устах девушки промелькнула легкая улыбка. Все произошло так быстро, что Бэрби не был уверен, видел он эту улыбку или же она ему только почудилась.
— Почем я знаю? — ответила она. — Это все?
— Еще один вопрос, — кивнул Бэрби, глядя девушке прямо в глаза. — Действительно последний. Всем своим существом Бэрби пытался проникнуть туда, вглубь, за твердый неподдающийся малахит. — Ты знаешь, на что была аллергия у доктора Мондрика?
Настороженная враждебность сменилась искренним недоумением.
— Аллергия? — растерянно переспросила она. — Это что-то связанное с сенной лихорадкой и несварением желудка? Откуда я могу это знать? Вил, я действительно знала Мондрика только по его работам. До этого вечера я его даже ни разу не видела!
— Слава Богу! — вздохнул Бэрби.
Он встал и, улыбаясь, протянул ей руку.
— Извини за этот допрос с пристрастием, — ласково сказал он. — Но я должен был все узнать…
Девушка осталась сидеть, и на ее усталом лице не появилось ответной улыбки.
— Извиняю, — нехотя кивнула она. — И ужинать мы не пойдем. Ты можешь уйти, когда захочешь.
— Уйти? — запротестовал он. — Леди, вы обещали провести со мной вечер. Вы утверждали, что голодны, как волк, а шеф-повар «Кноб Хилл», между прочим, заслуженно славится своими бифштексами. А после ужина мы можем потанцевать… или покататься при луне. Ты ведь на самом деле не хочешь, чтобы я ушел?
Нежность вспыхнула в ее взоре.
— Ты хочешь сказать, Бэрби, — мягко прошептала она, — что даже увидев странное, несчастное существо за моей вуалью…
Бэрби усмехнулся и вдруг захохотал. Все волнение и напряжение этого дня исчезли без следа.
— Если ты ведьма, то я попал под обаяние твоих колдовских чар.
С ослепительной, счастливой улыбкой Април Белл поднялась с кресла.
— Спасибо тебе, Вилли. — Она позволила ему взять ее белую шубку, и рука об руку они направились ужинать. — Но только пожалуйста… хотя бы на этот вечер… помоги мне забыть о том, что я… забыть, кто я есть на самом деле.
— Я постараюсь, ангел мой, — кивнул Бэрби.
6. БЕГ ВОЛКА…
Они просидели в «Кноб Хилл» до самого закрытия. Бифштексы были превосходны. Бэрби и Април танцевали. И ему казалось, что оркестр играет лишь для них двоих. Они не говорили ни о чем серьезнее музыки и вина. Април Белл, похоже, и не вспоминала о состоявшемся между ними разговоре. Как, впрочем, и Бэрби… большую часть времени.
Но блеск идеальных зубов Април постоянно напоминал Бэрби о белой агатовой заколке, лежавшей у него в кармане. Он никак не мог решиться ее отдать. В этот вечер, глядя в загадочные зеленые глаза Април Белл, Бэрби не раз чувствовал, что тайна смерти доктора Мондрика все еще остается не до конца понятой. Что же касается странных признаний девушки, то они только еще больше запутывали дело.
Потом Бэрби хотел отвести девушку домой, но на стоянке за ночным клубом стоял ее собственный каштановый лимузин. Он любезно открыл дверцу, а затем, когда она уже садилась за руль, импульсивно схватил ее за руку.
— Знаешь, Април… — Бэрби замялся, не уверенный, что именно он хочет сказать. Но радостное ожидание, озарившее ее лицо, заставили его продолжать. — Я думаю о тебе и не понимаю своих чувств. Такое странное ощущение… Не могу объяснить…
Он снова замолчал. Април смотрела на него снизу вверх, и Бэрби очень хотелось ее поцеловать. Но только как выразить то, что творилось у него в душе…
— Странное ощущение, будто я знал тебя задолго до нашей сегодняшней встречи. — В голосе Бэрби звучало искреннее удивление. — Словно ты часть чего-то… старого и очень-очень важного… принадлежащего нам обоим. Ощущение, словно ты пробуждаешь во мне нечто до сей поры спавшее…
Он бессильно пожал плечами.
— Я хочу объяснить тебе, — прошептал он, — но никак не найду нужных слов…
Она улыбнулась, и ее бархатистый голосок промурлыкал отрывок песенки, под которую они танцевали в этот вечер — «А может, это любовь…»
Может быть. Прошло уже очень много времени с той поры, когда Бэрби в последний раз считал себя влюбленным. Но как ему помнилось, никогда он не испытывал таких странных, противоречивых эмоций. Бэрби все еще боялся… нет, не девушку, похоже, ждавшую его поцелуя, и даже не колдунью двадцатого века, каковой она себя полагала. Нет, Бэрби боялся тех смутных, притягательных и одновременно страшных ощущений, которые будила в нем эта девушка. Ощущений, просыпающихся чувств, неведомых ранее сил и древних, полузабытых воспоминаний. Он не смог бы описать этого словами, но внезапно, снова, — мороз по коже.
— Какой холодный сегодня ветер! — Он не пытался поцеловать Април. Резко, почти грубо, он усадил ее в машину и захлопнул дверцу. — Спасибо за восхитительный вечер. — Он все еще никак не мог разобраться в своих напрочь запутавшихся чувствах, и потому голос его звучал холодно и глухо.
— Я позвоню тебе завтра, в «Троян Амз».
Она посмотрела на него, а на губах — загадочная и немного игривая улыбка. Словно Април со смехом и удовлетворением наблюдает за мучительной борьбой эмоций, которую она разбудила в Бэрби.
— Пока, Вилли, — промурлыкала она, заводя машину.
Стоя на обочине, Бэрби провожал ее глазами. Левой рукой он сжимал в кармане белого агатового волка. Он никак не мог понять, почему же он не решился отдать Април заколку? Холодный ветер пронизывал Бэрби до костей и, тяжело вздохнув, он пошел к своему потрепанному автомобилю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
