чудесных генов индийской красоты.
И почему Кале показалось, что Рашми имела в виду их с Джеем общих детей?
Она никогда не любила это сводничество. Она выросла рядом со своим другом. На пять лет старше, он был ее напарником по преступлениям, защитником, духовным наставником. Старшим братом. Самой близкой душой на свете, но чтобы романтика… Никогда.
— Всякое бывает, — все же выдавила из себя Кала, чтобы не огорчать женщину.
На горизонте замаячила высокая фигура младшего Бхата, облаченного в серо-черное мужское сари. Ему всегда шли холодные и темные тона. Чопра вновь улыбнулась Рашми, кивнула и, выбравшись из ее хватки, двинулась навстречу Джею. Внутри девушка все ещё пыхтела и злилась, но она уже понимала, что не сможет делать это вечно. Ей нужен ее лучший друг. Был и будет всегда. Остановилась Кала буквально в паре шагов от Джея, переключая тем самым его внимание на себя. Она робко улыбнулась. Очень робко.
— Ты говорил, что злость и обида — низменные чувства, засоряющие карму, — вместо приветствия начала она. — Может, мне уже пора что-то делать со своей свалкой в душе?
Тяжелый, но тихий выдох.
— Я скучаю.
Его матушка была женщиной, которая всюду несла с собой свет и мир. Не удивительно, что его строгий отец любил ее столь крепко. Джей также относился к своей матери со всем почтением. Потому, невзирая на работу и не самое радужное настроение, он отмел все в сторону и самозабвенно готовился к празднику. Цветы и благовония, специи и яркие ткани — все, как дома, все, как в Индии, которую парень любил не меньше, чем свою мать. Это место сейчас для Джея стало целительным. Потому, что он нуждался в том, чтобы мир в его душе восстановился после их ссоры с Калой.
Иногда ему казалось, что его сводит с ума ее непокорство, и раздражался слишком сильно для человека, который хочет познать равновесие в своей душе. Иногда же — оно угнетало его до последней грани, которая отделает печаль от исступления. Почему, Кала? Почему ты бежишь от своей дхармы? Почему бежишь от меня? Порой ему было больно настолько, что Бхат хотел разом отсечь все. Просто, чтобы не думать о дурном. Не смущать себя.
Его матушка встречала гостей сама. Джей же занимался тем, что так хорошо умел — фотографировал. Память. Вот что несло в себе это искусство. Память, которая не истлеет и не забудется, ведь пленку можно проявить снова, равно как и множить цифровые копии.
Тем не менее Джей сразу же бросил это занятие, когда в поле его зрения попала Кала. Она все-таки пришла! Пока девушка разговаривала с его матерью, Бхат держался в стороне, но как только она отошла от Рашми и приблизилась к нему, парень невольно вздрогнул. Он даже не нашел, что сказать. Говорила она. О том, что он был прав, говоря о карме. О том, что она хотела помириться с ним. Удивительно. Может быть ее русский актер решил не связываться с ней, и поэтому… Забавно.
— Я тоже очень сильно скучал.
Она просто не представляет насколько.
— Нужно жить днем, который несёт в себе свет, — Джей улыбнулся, — Ты чудесно выглядишь.
Парень протянул девушке руку.
— Побудем сегодня вместе?
Чопра была так счастлива в последние дни. И прощение лучшего друга сделало ее ещё счастливее. Ей очень хотелось разобраться с этим вопросом, поэтому она тут же широко улыбнулась в ответ на его жест. Взялась за протянутую руку и кивнула. От Джея, как и всегда, пахло смесью терпкой корицы и нежного жасмина — аромат отлично отражал его суть. Всегда одухотворенный, он видится Кале в то же время и ранимым. Она любила моменты, в которые друг показывал ей и свою мягкую сторону. Как сейчас.
Ребята отошли в сторону, к одному из свободных маленьких столиков и присели. Их ждали за главным столом, где и расположились их семьи, но Кале хотелось побыть с Бхатом наедине. Однако, она не знала, стоит ли ему рассказывать о своих отношениях с Лешей. Вернее — она пока не знала, приняли ли они с Воробьевым официальный статус. Ведь можно заниматься сексом, проводить вместе время и переписываться и без этого. Наверное, стоит пока умолчать. Как-то избегать этой темы. Не хотелось портить праздник Рашми.
— Как твоя работа? — поинтересовалась девушка.
Она знала, что недавно Джей попал в команду фотографов российской версии журнала «Vogue». Он и раньше снимал для модного глянца, но это достижение казалось Кале особенно значимым.
Находиться рядом с Калой было чудесно. Едва только они с ней помирились, как Джей сразу же почувствовал себя легче. Будто бы до этого его внутренности сжимали раскаленные тиски. Это было похоже на бесконечную муку. Это и было бесконечной мукой. Но пришла она, и все изменилось. Стало по-другому — быть может не так, как раньше, но по крайней мере Бхат ощущал себя перерожденным. Теперь они присели рядом, и казалось, что ничего не случилось — все как всегда. Джей рисовал в своей голове пленительные картины — они не в Москве, а в Калькутте, и это не день рождения его матери, а их с Калой свадьба. Довольно-таки жалко.
— Мне нравится. Пока что, но ты ведь знаешь, что я мечтаю о другом.
О семье, о покое. О семье с Калой.
— Я недавно отснял несколько фотосессий и решил дать себе отдых. На самом деле, это больше выматывает, чем дает удовольствие.
Возможно, это не твое призвание, Джей Бхат?
Официант поднёс им по порции тонгбы. Этот традиционный алкогольный напиток подавался деревянной чаше и был очень горячим, практически кипятком, но крепость его составлять всего около восьми градусов. Идеально, чтобы согреться и не напиться вдрызг. Кала принялась осторожно попивать его через соломинку. Сегодня был хороший день. По крайней мере — пока. Алкоголь расслаблял мышцы, расслаблял сознание.
Но было кое-что, что мучило девушку. Ее сны про Кали. Ей и раньше снилось что-то подобное, особенно после подобных выдержанных во всех индийских традициях мероприятий, но в последнее время сны набирали все более тревожные обороты. С кем ещё их обсудить, если не с потомком индуистских священнослужителей?
— Знаешь, — призналась Чопра. — Мне в последнее время очень часто снятся очень похожие друг на друга сны. Про Махадеви Кали.
Что особенно примечательно — сны повторялись на этой неделе именно тогда, когда она спала с Алексеем. Словно собственное подсознание пыталось что-то подсказать ей.
Джей сделал глоток воды с мятой. Он почувствовал, как по его позвоночнику пробежала дрожь от ее
