Однако в своей работе мне приходится сталкиваться и с тем, что порой на меня глядят глаза, которые не видят, и меня слушают уши, которые не слышат. Не то чтобы люди были слепыми или глухими. И я знаю, что они уйдут и будут говорить: «Наболтала всякой чепухи о прощении, а я как болела, так и болею». И могут заболеть еще сильнее, потому что не пытались понять и рассердились, не сознавая того, что сердятся (или негодуют) на самих себя. В этом случае здоровье и должно ухудшиться. Но через пару дней минует кризис, и удивительным образом наступит облегчение.
Теперь этот человек хоть чуточку, но задумается. Несмотря на упрямство разума, для сознания тела ситуация немного прояснилась. Ведь тело слышало наш разговор.
У меня спрашивают, почему я не отказываюсь заниматься людьми, которые приходят за здоровьем, а сами себе помочь не хотят.
Честно говоря, в некоторых случаях я отказывалась, и не потому, что человек преступник или плохой в каком-нибудь ином смысле. Это были люди, которые не хотят ничего понять, с упрямством отрицают свои ошибки, считают свою правду единственной и полагают, что здоровье можно купить за деньги. Здоровье не купишь за все сокровища мира.
Ничего не получится, если человек не хочет, и человек может все, если сам пожелает. В этом случае ему требуется лишь обучение и учитель.
Еще никто не уходил от меня, не получив подобного разъяснения. Есть много людей, которые очень жестко усвоили прописные истины и стандартное мышление, и тем самым они держат дух в плену. Самое распространенное заболевание у таких людей — невроз: дух пытается вырваться на свободу, а разум не пускает.
В таких случаях я чувствую, что должна прибегнуть к принуждению — ведь и детей заставляют учиться, чтобы впоследствии было легче. И я прошу человека простить мне то, что я его принуждаю, и говорю то, что обязана. Возможно, следующий поучительный пример поможет мне проиллюстрировать такой подход.
Пример из жизни
Пришла ко мне на прием примерно сорокапятилетняя женщина маленького роста и сказала: «Помните, я приходила к Вам два месяца назад и ничему не поверила, а теперь я здорова». — «Ого! Как же Вы тогда поправились, если не поверили?» — «А Вы сказали — послушайте, раз уж пришли, может, пригодится. Жизнь покажет».
Что же показала жизнь?
И женщина поведала свою историю. Живет она в пригороде Таллина. Возвращаясь как-то летним вечером с работы, заметила краем глаза, что ее начинает обгонять пьяный молодой мужчина высокого роста, наклонившийся, чтобы удержать равновесие, как обычно делают пьяные. Женщина отметила это про себя и тут же забыла, погрузившись в собственные мысли.
Дальше все произошло мгновенно. Ее схватили за горло. В следующий миг она уже лежала на спине, придавленная коленом напавшего к земле. В руке его блеснул нож. Женщина даже не успела испугаться.
Внезапно в ее голове вспыхнули идущие от сердца слова, которых она никак не ожидала: «Я прощаю тебе, глупому, ты не ведаешь, что творишь…» На большее не хватило времени. В ту же секунду ее схватили за ворот, рывком поставили на ноги, потрясли, словно пустой мешок, и «благословили» следующими словами: «Тебя, стерву, даже убивать не стоит». Затем отряхнули на ней подол, вернули сумку, и… она оказалась посреди дороги, словно одинокий столб, вокруг же как будто никого нигде и не было.
«Только дома я начала размышлять, и теперь я здорова», — закончила женщина свой рассказ, откровенно ликуя по случаю победы.
Поэтому-то я никому и не отказываю в обучении.
Будучи посредником, я передаю Вам усвоенное мною учение, и если в моей душе появляется тревога за здоровье людей из-за того, что они упрямо хотят быть больными, не верят в хорошее, то я прощаю тревоге за то, что она возникла. Прощаю себя за то, что приняла ее. Прошу прощения у тела за то, что тревогой за людей сделала себе плохо. И прошу прощения у людей, что своей тревогой делаю им плохо, заставляю их исцеляться.
Воля человека должна быть свободной. Затем я снова принимаюсь передавать учение тем, кто его принимает, кто в нем нуждается, чтобы войти в новый цикл.
В процессе написания этой книги работа над ней иной раз прерывалась, что вполне понятно любому автору и что в то же время всегда способствовало рождению новой главы. Считаю, что нужно преподносить излагаемый мной материал людям так, чтобы они правильно его понимали и могли использовать.
Жизнь проста, если знать и исполнять ее законы, но чтобы знать, нужно их усвоить, а это не так-то просто сделать.
Как сама книга, так и эта глава писались с желанием высказаться очень коротко, обобщенно и ясно, но возник перерыв в работе, во время которого я получила урок, о чем и хочу рассказать по возможности подробно.
Часто приходится видеть, как люди отрицают наличие у них страха «меня не любят». У них сильно заблокирована голова, скованы чувства, затруднено логическое мышление, и в этом случае отрицание — дело обычное. Принято говорить — думай правильно. Человек, несущий в себе страх «меня не любят», не в состоянии понять, что значит думай правильно. По его мнению, он и так думает даже слишком правильно.
А сколько людей не имеют подобного стресса? Таких почти нет. Кто отрицает, тот бессознательно считает себя стоящим выше остальных.
Работая над своими собственными стрессами, я поняла, что, сняв их верхний слой, словно кожуру, мы обнаруживаем под ним самые настоящие залежи стрессов. Поначалу я об этом и не догадывалась. Стрессы начинают извергаться, как из вулкана.
Когда человек применяет методику освобождения страха, вначале пусть даже из любопытства или из потребности помочь себе, то в течение нескольких дней он испытывает состояние воодушевления и эмоционального узнавания самого себя, вслед за чем следует бурная реакция.
Пример из моей жизни
Каждодневная работа с больными показала, что страх «меня не любят» нуждается в более точном разъяснении. Размышляя над тем, как это лучше сделать, я вечером, лежа в постели, стала просить у Бога помощи. Вздремнула часок, проснулась с ясной головой и начала испрашивать прощения у страха «меня не любят».
Я прощаю тебя, что ты ко мне пришел.
Я прощаю себе, что я тебя приняла.
Я прошу прощения у своего тела, что таким образом сделала ему плохо.
Внезапно возникла потребность представить себе, что было бы, если бы меня действительно никто не любил. Ну совсем никто.
Этот ужас описать невозможно. Я дрожала и тряслась, чувствовала, что расползаюсь по поверхности, волосы вставали дыбом. Это было предчувствие конца, в котором отсутствовал страх смерти. Голова оставалась ясной.
Я принялась прощать этому чувству. Один раз. Второй. Третий… Ужас сменился чувством освобождения. Я сознательно постаралась запомнить ощущение пребывания в этом ужасе. Освобождение мозга подействовало успокаивающе. Телу стало тепло, дрожь прошла.
Многие годы у меня были напряжены плечи и руки. До того, как я стала заниматься духовным исцелением, у меня часто немели руки и мой загорбок потерял чувствительность. Раньше я объясняла это, как и все, тяжелой физической работой, которую выполняла с детства. Когда я шла домой, нагруженная тяжелыми сумками с продуктами, а мимо в автомобилях проезжали дамы с элегантными сумочками, я с грустью вздыхала. Как Вы можете догадаться, я тоже чувствовала, что меня не любят. Я никому не нужна, ничего не стою и т. д. Что скрывать, иногда доходило и до злости. Чувство, знакомое большинству, не правда ли?
После процедуры прощения, которая продолжалась, вероятно, несколько часов, я заснула, а когда проснулась, повторила прощение еще раз. Я с наслаждением почувствовала, что страх уменьшился. (NB! Мне доводилось много раз освобождать его ранее, и всегда становилось легче.)
Утром проснулась необыкновенно бодрая, но когда встала с постели, то при малейшем движении в загорбке, плечах и руках ощущалась резкая боль. Подобная боль возникает на следующий день после сильного физического напряжения. Я поняла, что наступила реакция. Возросла подвижность всего тела, я почувствовала себя молодой.
Поскольку дело происходило в субботу, большой трудовой день для хозяек, то я с головой окунулась в уборку. Тем самым я совершила ошибку. Поскольку болезненные ощущения в мышцах возникают от скопления отработанных шлаков, то мне нужно было бы об этом подумать и пить в тот день больше воды, чтобы вывести шлаки. Ошибку нужно исправлять, что вечером я и сделала. В тот же вечер я повторила прощение, теперь делать это было уже легче.
