— Объяснись, — начал Репнин, но завершить фразы не успел — в зал стремительно вбежала Наташа и с криком «Ненавижу! Ненавижу вас!» набросилась на Корфа и дала ему пощечину.
— Сударыня! Да успокойтесь же! — Владимир с силой сжал Наташу в объятьях, лишая ее возможности двигаться.
— Наташа! Что с тобой?! — оторопел Михаил.
— Пустите меня, негодяй! — кричала Наташа, пытаясь вырваться из рук Корфа. — Миша! Я тебя по всему городу искала, сбилась с ног… А ты здесь! Да еще в такой компании!
— Сударыня, но что вы имеете против меня? — Владимир ослабил хватку, и Наташа выскользнула на свободу.
— Наташа, в самом деле? Я не понимаю, — Михаил подошел к сестре, без сил опустившейся на диван.
— Уж новость облетела весь город!
А мой брат во хмелю да неведении — и ничего не понимает!
— Забавно, — улыбнулся самоуверенный Корф. — И трех часов не прошло…
— Ему забавно! — снова взвилась Наташа. — Это все.., все из-за вас!
— Сударыня, угомонитесь, — с явным небрежением к ее эмоциям сказал Корф. — Приключение закончилось благополучно!
— Наташа, ты преувеличиваешь, — поддержал его Репнин. — Все кончено, и действительно никто не пострадал, если не считать легкой раны Владимира.
— Все кончено, говоришь?! — Наташа с ненавистью посмотрела на Корфа, а потом перевела взгляд, наполненный слезами, на брата. — Так вот, знайте, что это шампанское, которое вы пьете, возможно, последнее в вашей жизни! Далее обедать вы будете уже в тюрьме!
— Что ты хочешь этим сказать? — растерялся Репнин.
— Вас ждет «увлекательное» приключение, — с отчаянием в голосе сказала Наташа. — Государь распорядился арестовать вас обоих! Я уверена, что господину Корфу это тоже придется по вкусу и он с восторгом будет ожидать приговора. Но, Миша, ведь ты ни в чем не виноват! Умоляю тебя, уезжай, пока вас не арестовали! Пока все не утрясется, а потом.., потом император сменит гнев на милость. И ты вернешься! Миша, я прошу тебя…
— Спасибо за предупреждение, сестра, — тихо сказал Репнин, встретившись взглядом с Владимиром. — Но скрываться я не намерен. Это низко. Наташа, я офицер. И если император посчитает необходимым арестовать меня, я обязан буду подчиниться. Моя жизнь всецело принадлежит государю.
— Миша, — Корф подошел к нему, — а ведь сестра твоя права. Ты действительно мог бы скрыться ненадолго…
— А потом всю жизнь стыдиться, что я совершил поступок, недостойный благородного человека? Да за кого вы меня принимаете, Корф?!
— Ты безумец! — вскричала Наташа. — Такой же безумец, как он!
— Сударыня, — твердо сказал Владимир, уклоняясь от выброшенной вперед, словно указующий перст, руки Наташи, — ваш брат — благородный человек, и мы с вами не сможем заставить его изменить решение.
И, несмотря на всю вашу нелюбовь ко мне, Наталья Александровна, я хочу попросить вас об одном одолжении. Оно не сильно обременит вас, я уверен.
Наташа обреченно кивнула.
— Кажется, вы знакомы с князем Андреем Долгоруким, — продолжал Корф. — Я передал ему футляр с моими наградами. Сделайте милость — скажите, чтобы он отвез их моему отцу.
— Андрей?! Вы и его втянули в эту историю?
— Наташа, успокойся, — Михаил взял ее за руку. — С ним все в порядке. Он скоро должен вернуться сюда.
Просто дождись его и передай просьбу Владимира.
— Только ради вашего отца, — пробормотала Наташа.
— Тысяча благо… — Владимир не договорил.
В комнату, отстранив слугу, вошли в строевом порядке офицер-порученец и несколько солдат.
— Господин Корф! Господин Репнин! — объявил офицер. — Я имею высочайшее предписание арестовать вас и препроводить под стражу.
Офицер хотел достать письменный приказ для оглашения, но Корф остановил его.
— Не стоит, мы все прекрасно знаем, и мы готовы.
— Ну, вот и все, — прошептал Репнин.
— Так быстро… — выдохнула Наташа.
— Прошу следовать за мной, — велел офицер, давая знак солдатам окружить Корфа и Репнина.
— Миша… — только и могла вымолвить Наташа и замерла без сил, глядя, как брата и его друга выводят под охраной из залы.
Сколько времени она провела, сидя на диване в гостиной Корфов, Наташа не знала. Очнулась она, лишь услышав родной голос Андрея:
— Наташа, милая! Откуда ты здесь?
И где Вольдемар и Миша?
— Они арестованы и отправлены в крепость, — обреченно сказала Наташа. — Я спешила, думала предупредить их, но было поздно. Их увели при мне под конвоем.
— Наташенька, свет мой, не плачь, — Андрей взял ее руку в свою и поцеловал.
— Слава Богу, хотя бы ты в безопасности, Андрей! Проклятая дуэль!
— Следующим стану я.
— О твоем участии в поединке пока не известно, — Наташа посмотрела Андрею прямо в глаза. — Уезжай! Уезжай сегодня же! Куда угодно, и как можно быстрее!
— Я не преступник и не предатель, я не могу так поступить.
— Да в чем здесь предательство?!
Ты хочешь явиться сам и объявить, что был секундантом Корфа? Какая нелепость! — вскричала Наташа. — Зачинщик он! Довольно того, что я могу потерять брата, но ты должен жить!
— Наташа, я не собираюсь бежать, это недостойно! — сердито сказал Андрей.
— А твои родные? А я?!
— Как глупо вышло, — растерянно сказал Андрей, вертя в руках шкатулку с наградами, которые ему передал Корф. — Перед дуэлью Владимир оставил мне свои медали, чтобы я, в случае печального финала дуэли, отвез их барону. Я так радовался, что все обошлось…
— Я думаю, самое разумное сейчас, если ты поедешь в поместье и выполнишь волю Владимира. А там — будь, что будет…
— Наташа, родная! И что потом?
Навестить родственников? А потом других родственников? Уехать на неделю?
На месяц? Может быть, на год? Пока Владимир и Миша будут на каторге?
Пока об этой дуэли и думать забудут?
— Последним желанием твоего друга была просьба передать эти медали его отцу. Не лишай старика права на то единственное, что, возможно, в самом скором будущем только и останется у него от любимого сына. Ты просто обязан вернуться в поместье и передать медали барону. — Пожалуй ты права, — после некоторого раздумья согласился с ее доводами Андрей. — Я поеду, и прямо сейчас.
— Езжай с Богом, — кивнула Наташа, — а я провожу тебя.
Они вышли под руку из особняка Корфов и сели в коляску, на которой приехал Долгорукий…
А Александр все еще стоял в опустевшей комнате Ольги и не знал, что ему делать. Слезы душили его, но позволить прорваться им наружу наследник не смел.
— Я знала, что найду тебя здесь, — услышал он рядом с собой голос императрицы.
Александр обернулся и прижался к матери в поисках защиты от своего горя. Александра ласково обняла сына и сказала:
