Однако и эта попытка России не увенчалась успехом, Авсгро-Венгрия отклонила дальнейший обмен мнений с нами, а берлинской кабинет уклонился от участия в предположенной конференции держав.
Тем не менее Россия и здесь продолжала свои усилия в пользу мира. На вопрос германского посла указать, на каких условиях мы еще согласились бы приостановить наши вооружения, министр иностранных дел заявил, что таковым условием является признание Австро-Венгрией, что австро-сербский вопрос принял характер европейского вопроса, и заявления ее, что она согласна не настаивать на требованиях, несовместимых с суверенными правами Сербии.
Предложение России было признано Германией неприемлемым для Австро-Венгрии. Вместе с тем в Петербурге было получено известие об объявлении Австро-Венгрией общей мобилизации.
В то же время продолжались военные действия на сербской территории, и Белград подвергся новой бомбардировке.
Последствием такого неуспеха наших мирных предложении явилась необходимость расширения военных мер предосторожности.
На запрос по этому поводу берлинского кабинета было отвечено, что Россия вынуждена была начать вооружение, дабы предохранить себя от всяких случайностей.
Принимая такую меру предосторожности, Россия вместе с тем продолжала всеми силами изыскивать исход из создавшегося положения и выразила готовность согласиться на всякий способ разрешения спора, при коем были бы соблюдены поставленные нами условия.
Несмотря на такое миролюбивое сообщение, германское правительство 18 июля обратилось к Российскому правительству с требованием к 12 часам 19 июля приостановить военные меры, угрожая в противном случае всеобщей мобилизацией.
На следующий день, 19 июля" германский посол передал министру иностранных дел от имени своего правительства объявление войны.
(Оранжевая книга. С. 61–64.)
62. Телеграмма президента люксембургского правительства Эйшена министру иностранных дел Бельгии Довиньону от 2 августа 1914 г.Люксембург
Имею честь довести до сведения Вашего Превосходительства следующие факты.
Рано утром в воскресенье 2 авг. германские войска согласно известиям, полученным в настоящее время Правительством Великого Герцогства, проникли на люксембургскую территорию по мостам Вассербиллиг и Ремих, направляясь главным образом на юг страны и к городу Люксембургу, столице Великого Герцогства. Несколько блиндированных поездов с войсками и вооружением были направлены по железной дороге от Вассербиллига на Люксембург где с минуты на минуту ждут их прибытия. Эти факты содержат в себе действия, явно противоречащие нейтралитету Великого Герцогства, гарантированному Лондонским трактатом 867 года. Люксембургское правительство не замедлило выразить протест против этого, нападения представителю Его Величества Императора Германского в Люксембурге. Подобный же протест будет передан по телеграфу в Берлин статс-секретарю по иностранным делам.
Государственный министр, президент правительства:
Эйшен
(Серая книга. Дипломатическая переписка Бельгии, предшествовавшая воине 1914 г. Пг" М., 1914. С. 36. Далее: Серая книга.)
63. Нота, переданная 2августа в 7часов вечера германским посланником в Бельгии Беловым-Залескэ министру иностранных дел Бельгии ДавиньонуГерманское правительство получило достоверные известия о гом, что французские войска намерены двинуться на Маас через Живэ и Намюр,
Эти известия не оставляют никакого сомнения в том, что Франция намерена двинуться на Германию через бельгийскую территорию.
Императорское Германское правительство не может не опасаться, что Бельгия, вопреки своей доброй воле, не будет в состоянии без посторонней помощи отразить французское наступление с такими большими силами, В этом факте имеется достаточная уверенность в угрозе, направленной против Германии.
Повелительным долгом самосохранения для Германии является предупреждение этого нападения неприятеля.
Величайшее прискорбие испытало бы Германское правительство, если бы Бельгия сочла за враждебный против себя акт то, что Германия в ответ на мероприятия врага вынуждена со своей стороны нарушить неприкосновенность бельгийской территории.
Чтобы развеять всякие недоразумения, Германское правительство объявляет следующее:
I. Германия не имеет в виду никаких враждебных действий против Бельгии, Если Бельгия согласится занять в начавшейся войне положение дружественного нейтрал иге га по отношению к Германии, то Германское Правительство обязуется со своей стороны в момент заключения мира гарантировать Королевству его независимость и его владения в полном их объеме.
2. Германия обязуется на вышесказанных условиях эвакуировать бельгийскую территорию немедленно по заключении мира.
3. Если Бельгия сохранит дружественное отношение, Германия готова по соглашению с бельгийскими властями покупать за наличные деньги все, что будет необходимо для ее войск, и вознаградить за все убытки, причиненные в Бельгии.
4. Если же Бельгия выступит враждебно против германских войск и особенно если станет чинить затруднения их поступательному движению сопротивлением укреплений на Маасе или разрушением путей, железных дорог, туннелей или других искусственных сооружений, то Германия будет вынуждена смотреть на Бельгию как на врага. В этом случае Германия не возьмет на себя никаких обязательств по отношению к Королевству, но предоставит в конечном счете урегулировать взаимоотношения обоих государств силе оружия.
Германское правительство питает законную надежду, что это не произойдет и что Бельгийское правительство сумеет принять соответствующие меры, дабы помешать совершиться этому. В этом случае дружественные отношения, соединяющие два соседних госу-дарства, станут еще более тесными и прочными.
(Серая книга. С. 38–42.)
64. Николай II— Георгу V, 20 июля / 2августа 1914 г.Телеграмма
Я с радостью принял бы твое дружеское предложение, если бы германский посол не вручил сегодня после полудня моему правительству ноту с объявлением войны, С самого момента вручения ультиматума в Белграде Россия приложила все свои усилия на поиски какого-либо мирного разрешения вопроса, созданного выступлением Австрии, Целью этого выступления было разгромить Сербию и сделать ее вассалом Австрии, Последствием этого явилось бы нарушение равновесия сил на Балканах, представляющего столь жизненный интерес как для моей империи, так и для держав, стремящихся поддержать равновесие сил в Европе, Все выдвигавшиеся предложения, в том числе и предложение твоего правительства, отвергались Германией и Австрией, и Германия проявила только тогда некоторую склонность к посредничеству, когда благоприятный момент для давления на Австрию прошел. Но и тогда она не выдвинула какого-либо определенного предложения.
Объявление Австрией войны Сербии заставило меня отдать приказ о частичной мобилизации, хотя ввиду угрожающего положения и ввиду быстроты, с которой Германия может сравнительно с Россией мобилизоваться, мои военные советники настойчиво рекомендовали общую мобилизацию. Вследствие завершения австрийской мобилизации, бомбардировки Белграда, концентрации австрийских войск в Галиции и тайных военных приготовлений Германии я был в конце концов вынужден принять эту линию поведения. Что я имел основание так поступить, доказывается внезапным объявлением войны Германией, совершенно для меня неожиданным, так как я дал императору Вильгельму самые категорические заверения, что мои войска не двинутся до тех пор, пока продолжаются переговоры о посредиичеетве.
В этот торжественный час я хочу еше раз заверить тебя, что я сделал все, что было в моих силах, чтобы предотвратить войну.
Теперь, когда мне ее навязали, я верю, что твоя страна не откажет поддержать Францию и Россию в борьбе за сохранение равновесия сил в Европе,
Бог да благословит и хранит тебя.
Ники (МОЖ С. 535–536.) Пер. с ангд.
65. Высочайший манифест от 20июля 1914 г. об объявлении состояния войны России с Австро-ВенгриейБожиею милостию Мы, Николай Вторый, Император и Самодержец Всероссийский, Царь Польский, Великий Князь Финляндский и прочая, и прочая, и прочая.
Объявляем всем верным Нашим подданным:
Следуя историческим своим заветам, Россия, единая по вере и крови с славянскими народами, никогда не взирала на их судьбу безучастно. С полным единодушием и особою силою пробудились братские чувства русского народа к славянам в последние дни, когда Австро-Венгрия предъявила Сербии заведомо неприемлемые для державного государства требования.
