Спустя пару минут капитан хмыкнул. Вера выдохнула и выпрямилась, глядя на него с легкой опаской. Прибор на столе по-прежнему молчал. Неудивительно, ведь черное море внутри ядра пусть и взвилось на короткий миг, но почти сразу опало – ей удалось дать своей силе понять, что слова и действия мужчины всего лишь провокация.
– Очень интересно, – пробормотал он, а потом вышел из комнаты. Вернулся он спустя время. Следом за ним в помещение вошел невысокий старичок. – Вот, посмотрите на нее, – произнес он, подведя человека ближе к столу. – Мне кажется, на ней лежит какое-то темное заклятие.
Вера удивленно моргнула и посмотрела на капитана. Вот, значит, к какому выводу он пришел? Что ж, оставалось надеяться, что жертв темных магов в этой стране не казнят.
Глава 20
Четвертая зона была одной из самых опасных. Когда-то давно на этом месте один черный маг провел массовое жертвоприношение – сжег заживо порядка двухсот человек, стремясь таким способом сохранить свою молодость. В итоге он не рассчитал силы и не удержал выплеснувшуюся в мир черную магию, поглотившую и самого мага и ближайшие окрестности, превращая всех, кто попался ей на пути в порождений.
Под удар попал и прибывший отряд боевых магов, которые были направлены в это место сразу же, как специальный артефакт уловил всплеск темной силы. К сожалению, все они погибли в попытках сдержать последствия эгоистичного поступка одного человека. Но своими жизнями они дали возможность второй группе не только удержать скверну в одном месте, но и установить барьер, который сдерживал бы ее.
Никто точно не знал, что такое эта черная энергия, но большинство склонялось к мысли, что эта зараза ничто иное как потерявшая своего носителя магия темного вектора. Эта теория была хороша, но существовала одно веское «но». Если эта сила когда-то принадлежала погибшему темному магу, то почему тогда подобное случается не всегда? Темных магов за всю историю погибло в тысячи раз больше, чем есть закрытых зон.
Возможно, ответ на этот вопрос крылся в некоторых нюансах. Таких, например, что все зоны возникли исключительно после больших всплесков энергии, которым предшествовали крупные жертвоприношения. То есть, для того, чтобы такая зона возникла, нужна не просто смерть мага, а целая цепочка события, начиная от количества погибших жертв, заканчивая личными силами самого мага.
Барьер в четвертой зоне явно нуждался в подзарядке. Он еще не разваливался, но время от времени по нему пробегали волны. Ринону такое не понравилось. Странно, что его величество дотянул до такого состояния. Обычно он реагирует гораздо быстрее, так как понимает, что случится, если порождения прорвутся через барьеры зон.
Маг прищурился. Тут явно не обошлось без какого-то саботажа. Кто-то желает отпустить порождения погулять по миру людей? На такое способны только безумцы или те, кому подобное выгодно.
– Не отходите от меня, – предупредил он принца и его друга, который трясся, как испуганный зверек.
Эйбрасон внимательно посмотрел на мальчишку. Боится, да, но при этом все равно идет. Это ли не храбрость? Ведь важно не просто ничего не боятся, важно преодолевать свой страх и двигаться вперед, несмотря на то, что от страха все внутри замирает. Хотя, было бы лучше, конечно, если бы тот научился скрывать свои истинные эмоции. Как принц, например.
Тому тоже не нравился мрачный лес, окружающий центральную опору, но он лишь сжимал губы и кулаки сильнее, тщательно при этом контролируя свое дыхание. Если пристально не смотреть, то может показаться, что Кириота совершенно не волнует окружающая обстановка.
Из центрального пункта к ним навстречу уже мчался один из магов, должных внимательно следить за показателями в зоне. Сама опора имела отдельный барьер, не позволяющий порождениям позавтракать или пообедать находящимися там людьми.
В данный момент поблизости никого из них не было. Днем они не так активны, хотя в пасмурные дни ничего не мешает им напасть на беззащитных людей, которых тут никогда не бывает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Милорд, вы прибыли, – добежав до отряда, встречающий тут же поприветствовал посетившее их высокое начальство.
На самом деле молодой маг был очень рад видеть этот отряд. Просто накопители совсем истощились и все барьеры не сегодня так завтра должны были рухнуть. Несмотря на большую опасность, все маги оставались на своих местах, готовые принять самый первый удар от катастрофы на себя.
– Доложить обстановку, – приказал Эйбрасон, краем глаза следя за мальчишками. Все-таки ему не хотелось, чтобы сын короля пострадал. И не важно, что сейчас день, некоторые из порождений могли быть весьма внезапными.
Маг тут же принялся докладывать, подробно рассказывая обо всем, что еще не было отправлено в столицу. Больше всего он заострил внимания на том, как быстро в этот раз истощились накопителя. Это вызывало подозрения. Он высказал предположение, что без порождений тут не обошлось. Те явно придумали какой-то способ для того, чтобы расшатывать барьеры эффективнее.
Внимательно прислушивающийся к разговору второй принц, внезапно понял, что привычного давления силы главы боевых магов в этом месте нет. Наоборот, ему вдруг показалось, что энергия Эйбрасона, словно кокон окружает их, не давая приблизиться чему-то более гнетущему.
Он завистливо вздохнул. Ему было всего десять и, несмотря на свой развитый ум, он все равно оставался мальчишкой. Для Кириота Ринон Эйбрасон был образцом силы и мужества. Он собирался стать хорошей опорой своему брату в будущем – хотя, честно сказать, не особо любил Дидиона, – поэтому ему нужна была такая силы. Второй принц понимал, что подобное вряд ли возможно, все-таки столь талантливые люди рождается хорошо если раз в сто лет, а то и реже. Да и знал он свой уровень, который совсем не радовал чем-то запредельным.
Порождения словно чувствовали большое скопление вражеской силы. Они были безумны, но, видимо, не настолько.
Первый день весь отряд бы занят проверкой накопителей. Ринону что-то во всем этом не нравилось. Вскоре он понял, что именно его настораживает. Все дело в заклинании, начертанном под каждым накопителем и скрытом от посторонних глаз. Сделано это было настолько искусно, что заметил он лишь из-за того, что обладал большей силой, чем любой другой нормальный маг.
Он не стал никому сразу рассказывать о находке, внимательно изучив заклинание. Постепенно, распутывая клубок, он понял, что именно происходит на четвертой зоне.
Как только это произошло, он сразу собрался всех магов центральной опоры в одном месте.
Вытянувшись в струнку, пограничники стояли и ждали, когда им скажут, зачем глава всех собрал. Ринон ничего говорить не торопился. Он прошелся вдоль строя, чутко прислушиваясь к биению чужой магии. Его магической чувствительности хватило, чтобы отыскать человека, установившего заклинания откачки энергии.
Как только он понял кто это, то завернул того в кокон из своей силы, обездвиживая и не давая ни шанса на сопротивление. Судя по глазам, мужчина сразу понял, что его манипуляции с накопителями стали известны. Он хотел дернуться, но удушливая энергия главы магов предупреждающе загудела. Мужчина сглотнул, понимая, если он двинется, то его просто разорвет на части.
Вскоре стало известно, отчего барьер четвертой зоны едва не пал. Дело было не таким простым, как могло показаться изначально. Ринон поначалу считал, что дело в жадности, но нет.
Маг рассказал, что некоторое время назад у него украли дочь. Именно это толкнуло его на преступление, ведь похитителей интересовали накопители. У мужчины не было денег, чтобы удовлетворить чужие аппетиты и тогда он придумал, как ему выйти из положения. Он создал заклинание, которое способно перекачивать энергию из полного накопителя в пустой камень.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мужчина понимал, что не может позволить барьеру пасть полностью, ведь тогда случится нечто непоправимое, именно поэтому он брал осторожно, надеясь, что нестабильность барьера заметят и пришлют еще накопителей.
