Замирают в лесу слова, глупые слова, щедро политые слезами. Равнодушен лес к словам, не напоят слёзы лесную землю. Страшно рыдал человек возле поваленного дерева. Выл и рыдал. Поморщился лес, вздохнул, уронил на голову Олега погрызенный гусеницей лист, а затем прошелестел так тихо, что этот шёпот услышал только один человек в целом мире.
— Я верю тебе!
Олег вышел на поляну, сжав зубы и приготовившись к самому худшему.
Горан был жив. Он сидел привалившись спиной к дереву, заматывая тряпкой окровавленную, висящую плетью, правую руку. Одна из тварей лежала в нескольких шагах от Горана, с неестественно вывернутой шеей, другая с разрубленным черепом застряла в кустах и капельки её чёрной крови, маслянисто блестели на зелёных листьях. Третьей твари видно не было.
— Давай помогу, — неуверенно предложил Олег.
Варвар поднял глаза и с презрением посмотрел на Олега.
— Трусливая тварь!
Олег опустил глаза.
— Это твой Бог сказал тебе бежать?
— Причём тут Бог?
— У тебя длинный язык, но нет ни капли чести.
Горон закашлялся и сплюнул кровавый сгусток в сторону Олега.
— Прости меня.
— Убирайся с моих глаз, а не то клянусь всеми богами, которые есть на этой Земле, я убью тебя!
Горан затянул узел на повязке и поднялся, бережно придерживая руку. Всё тело его было истерзано когтями монстров. Запёкшаяся кровь от порезов легла на руки, грудь и плечи замысловатым узором.
— Мразь — простонал варвар покачиваясь — Ублюдок. Зачем тебе меч, для чего ты носишь его?
— Не прогоняй меня Горан.
Тот только покачал головой.
— Слова! Сколько стоят твои слова? Какой монетой ты платишь за них? Пока что, я вижу лишь фальшивки, с которых сегодня сползла позолота. Ты не дождёшься моей ненависти. Я призираю тебя Олаг. Слышишь оборотень? Я презираю того, кто бежит, бросая всех, кому клялся в дружбе. Дай сюда свой меч!
Олег поднял с земли Лунный луч и покорно отдал его киммерийцу.
— Ты не достоин такого меча и я забираю его… Забираю…
Олег попытался подхватить падающего Горана, но варвар оказался слишком тяжёл и люди вместе рухнули на траву поляны. Варвар хрипел, выкрикивая бессвязные слова. Кажется, он ругался. Олег вскочил и бросился к перемётным сумкам. Достав из одной бурдюк с вином, он осторожно смочил губы раненного, а потом постарался промыть его раны. Киммериец потерял много крови и лежал в забытьи, но даже в этом состоянии не переставая, проклинал Олега.
Вечером вернулись кони. Огромный жеребец Горана первым вышел из леса и покосившись фиолетовым глазом в сторону хозяина принялся ощипывать траву с краю поляны. Перепуганный Олег даже не подошёл к животным, он сидел, возле раненого друга, прижав к себе Лунный луч и ждал рассвета.
Ночью Горану стало плохо. Поднялась температура, раны снова начали кровоточить. Дёргаясь от каждого шороха Олег сбегал к ручью за водой и принялся прикладывать холодные компрессы к пышущему нездоровым жаром, могучему телу. Варвар всё не приходил в себя. Он стонал и метался, срывая с себя повязки наложенные Олегом, а под утро начал бредить. Горан больше не проклинал Олега, лишь пел старые походные песни на разных языках, выкрикивал бессвязные команды, сражался с кем-то. Весь следующий день прошёл в заботах о раненом. Больше всего Олега беспокоила рука друга. Чуть ниже локтя она распухла и выглядела ужасно.
— Перелом — с грустью решил Олег — А я не врач.
Вечером, когда Горан пришёл в себя, Олег предложил ему миску бульона, из остатков куропатки, пойманной накануне. Киммериец молча принял миску здоровой рукой, а потом зашвырнул её в кусты.
— Глупо! — вздохнул Олег. — Надо есть иначе не поправишься.
— Назло тебе выживу, — процедил сквозь зубы варвар — Мразь, трус!
Олег вздохнул и как терпеливая сиделка поправил на раненом одеяло из лисьих шкур.
Они прилетели ночью. Первыми злобное присутствие ощутили кони и быстро исчезли в темноте леса. Олег почувствовал, как покрылась мурашками кожа и поднялся, вытаскивая из ножен Лунный луч. Они вышли из за деревьев неторопливо и спокойно, как в плащи, закутавшись в огромные крылья. Их было шестеро, с высоты своего роста они презрительно смотрели на людей, отчего Олег чувствовал себя очень маленьким и беззащитным. Дрожали руки, ноги подгибались, а холодный липкий пот тёк по ложбинке на спине. Было страшно, но трясущийся маленький человек знал, что сегодня он не побежит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Трупы убитых Гораном тварей Олег ещё днём оттащил в конец поляны, где забросал ветками. Посмотрев туда, один из монстров взмыл в воздух и плавно опустился возле груды хвороста. Несколькими движениями, разбросав кучу, чудовище зашипело и отступило в сторону, что бы трупы стало видно всем.
— Беги — услышал Олег хриплый шёпот.
Варвар стоял на коленях, сжимая меч левой рукой.
— Хватит, отбегался, — ответил Олег, клацая зубами.
— Вот уж не думал, что так умру, — постанывая, Горан попытался подняться, но тут же свалился на бок, выронив меч.
Олегу показалось, что твари засмеялись. Распахнулись кожаные крылья и шесть силуэтов взмыли в ночное небо.
— Беги же! В лесу от них ещё уйти можно.
— Я буду драться Горан! Я честно буду драться.
— Да беги же! Беги глупец!
Завизжали, падая на людей с небес, крылатые монстры.
Как можно объяснить, откуда пришло это? Замерла как на картинке ночь, и стремительно несущиеся вниз тени замедлили движение. Мир вместе со звёздами, лесами, морями, лёг под ноги синеватым шариком. Олег как будто превратился в великана, попирающего ногами вселенную. Такой маленькой, игрушечной стала Земля. А страшные твари превратились в смешных безобидных мошек. Чувствуя необыкновенную лёгкость и восторг, Олег прикрыл глаза. Одним шагом он мог преодолеть расстояние от этой поляны, до самой далёкой звезды. И звезда эта легко бы уместилась в его ладони. Всё медленнее двигалось время, а потом замерло совсем. Повисла в прохладном воздухе прозрачная паутинка, исчезли вопли адских созданий, и только сейчас Олег увидел, что сжимает в руке оружие. Свистнул воздух, рассекаемый мечом, двинулся, скользя по поляне как призрачный луч, почти не касаясь травы, Олег. Брызнула кровью первая, атакующая с неба тварь, превращаясь из монстра в воющий на земле комок плоти. Ожил меч, лунные блики погасли на залитом кровью клинке. Олег мог закрыть глаза, Олег мог застыть без движения, меч всё равно находил врага. Танцевала худощавая гибкая фигура на поляне. Метались вокруг неё крылатые тени в тщетных попытках хоть раз достать бойца. Отсеченная лапа второй твари упала в траву. Третьей, меч распорол кожаную перепонку и уродливой нескладной фигурой заметался монстр по поляне. Облако закрыло луну. Но не сбился с такта танец. Хрустнул, раскалываясь под ударом меча, череп бегающей по поляне твари. А потом и голова оставшегося без лапы монстра запрыгала по поляне, оставляя за собой кровавый след.
— Сзади Олаг!
Зачем нужны предостережения лучу света. Луч света неуязвим для клыков и когтей. Вот метнулся он и танцует уже чуть дальше, а на его месте дёргается тёмная тварь с перебитым хребтом. Оторопело заметались над головой человека две перепуганные тени. Отбросил Олег ненужный меч и прыгнул с земли прямо в чёрное небо. Тварь, сбитая гибким телом, упала в траву, жалобно крича. И последним движением танца человек свернул твари шею, как рачительная хозяйка сворачивает голову курице идущей в суп. Ушла в чёрную даль последняя крылатая тень, ушла в ужасе работая крыльями. Прочь, прочь от этих непонятных, безумных людей с их таинственными превращениями.
— Что это? — спросил ошалело Горан.
Молчал Олег, танец кончился, но разум ещё не осознавал этого. Гибкое тело человека, одним движением преодолев расстояние от края поляны, до костра возникло в пятне света.
— Олаг! — выдохнул киммериец — Ты же весь седой!
Глава 18
Олег старался ориентироваться по солнцу, но у него ничего не получалось. Кони, которых он вёл в поводу помочь человеку не могли, а Горан привязанный к жеребцу ремнями, мотался из сторону в забытьи, Олег был благодарен ему, хотя бы за хриплое дыхание, которое свидетельствовало, что киммериец ещё жив. Стволы огромных, древних деревьев источали крепкий смолистый аромат, от которого кружилась голова, Олег снял куртку, но пот всё равно катился по спине, по груди, выступал каплями на лбу и стекал по вискам. Олег остановился и отёр мокрое лицо.
