Читаем без скачивания Ледяные звезды - Михаил Сурин

Феликс добрался до ангара. Всадив в замок последние патроны, он отстрелил его и ворвался внутрь.

– Внимание! – закричал он на английском. – Все, кто может держать ружье, автомат, выступаем! Пора побороться за нашу жизнь и свободу!

Феликс поднял разбитый замок и швырнул его в голову подбегающему талибу.

– Вперед! – крикнул он, размахивая автоматом. В тот же миг на аэродром въехали два танка Т-62. Тяжело ухнула пушка, разбросав снарядом один из бараков. За танками, словно вжимаясь в броню, поспешали моджахеды из другого клана, паля из автоматов в разбегающегося противника.

– Не отступать! Не отступать! – вопил Шульман, прицелился, выстрелил. Через секунду его отбросило взрывной волной, и он застыл, скорчившись, на земле.

Феликс от удивления не мог вымолвить ни слова. В кого стрелять? Аэродром стал ареной сражения двух враждующих пуштунских кланов. Кто «свои», а кто чужие, понять было невозможно, ибо нападающие видом своим практически не отличались от оборонявшихся. Поэтому Феликс, подобрав пару обойм для автомата, вывел пассажиров из ангара и краем аэродрома, воспользовавшись сумятицей, привел в отстоящее от остальных двухэтажное здание. Здесь было пусто, и пассажиры заняли оборону. Отсюда было видно, что перевес уже на стороне нападающих, что они заняли большую часть аэродрома. Ба-бах! Как бенгальская свеча, вспыхнул один танк. Ко второму уже тянулись серые хвосты летящих гранат. Казалось, что силы наступления вот-вот иссякнут, но внезапно талибы обратились в бегство. Над землей, гулко разрезая воздух, пронеслись два истребителя Су-35.

– Русские! Русские! – обрадовался Феликс. Но радоваться было рано. Уцелевшие талибы мчались со всех ног именно к тому зданию, где засели напуганные пассажиры. Феликс представил, что с ними сделают озверевшие от поражения дикари и едва не задохнулся от ужаса.

– Всем внимание! – крикнул он, чтобы его услышали. – К нам приближается враг. Прошу всех сохранять спокойствие. Женщин и детей прошу пройти на верхний этаж, в одно из дальних помещений, остальные пусть вооружатся.

Феликс произвел подсчет. На двадцать человек его маленькой армии, включая двух пилотов и штурмана, имелось пять подобранных пассажирами автоматов АК-47, один АК-108 с подствольным гранатометом, три ножа, одни вилы, из боеприпасов – семнадцать полупустых рожков с патронами, две гранаты для подствольного гранатомета, кирпичи, камни. Восемнадцать человек никогда не держали в руках оружие.

Шестеро талибов прошли внутрь здания, двое остались снаружи. Внутри было темно, что давало пассажирам, притаившимся наверху, некоторое преимущество. Талибы разговаривали прямо под огромной дырой в потолке. Феликс выглянул, прицелился.

– Бей их! – гаркнул он и нажал на спуск. Тотчас же остальные пассажиры обрушили на врага град камней. Из шестерых спаслись только двое. Двух талибов подстрелил Феликс, остальные упали с проломленными головами.

– Отлично, – вздохнул Феликс, смотря как противники убегают в пустыню, в сторону застывших далекой дымкой хребтов Гиндукуш. – Мы будем здесь до темноты, затем я попытаюсь угнать лайнер.

Кто-то усмехнулся. Феликс медленно повернулся.

– У кого-то есть другие идеи?

– У меня, – к окну, у которого стоял Касьянов, подошел господин в потрепанном черном костюме.

– И в чем же они заключаются?

– Мы можем выбрать парламентеров и договориться с моджахедами о том, чтобы нам дали возможность благополучно взлететь либо связаться с дружественными войсками. Я не вижу необходимости ждать до вечера. Зачем рисковать своими жизнями при попытке угнать лайнер, который моджахеды уже, наверное, считают своим? К тому же велика вероятность, что эти обезьяны к вечеру просто разберут его на запчасти. Я думаю, именно поэтому было совершено нападение.

– Тогда эти, как вы говорите, обезьяны не захотят отдавать нам самолет и нам придется брать его с боем, – заметил второй пилот, сидевший неподалеку. – При их численном превосходстве это невозможно сделать. Камнями танк не подожжешь!

– Это точно, – ответил господин, – но даже с обезьянами можно договориться. Швырни им банан, и они забудут обо всем!

– Простите, а кто вы? – поинтересовался Феликс.

– Я? Мое имя – Максимус Файэртон, год назад я был послом Англии в Кабуле, поэтому достаточно хорошо знаю местный народ. Поэтому всем нам сегодня повезло.

– Хорошо знаете? – Феликс усмехнулся, приподняв брови. – Что ж, я вам, пожалуй, поверю. Готовьтесь, мистер Файэртон, вы будете парламентером.

– А почему сразу я? – возмутился Файэртон. – И кто дал вам эти исключительные полномочия решать…

– Вторым парламентером буду я, – осадил его Феликс. – Вас это устроит?

Файэртон пожал плечами, отошел. Феликс попросил у одной из стюардесс белую блузку, обменяв ее на свой пыльный пиджак, и привязал ее к длинной иссохшей палке.

– Это белый флаг? – улыбнулся Файэртон.

– У меня не было другого выбора, хотя белые панталоны смотрелись бы более впечатляюще!

Пассажиры засмеялись. В этой напряженной обстановке Феликс еще пытался шутить.

Глава 9

17 октября 2021 года,

Будапешт, 14:56.

Клара сидела за столиком в ресторане «MOD» на улице Кидьо. Напротив нее откинулся на спинку стула некий Деметер Йараи, журналист. Клара с любопытством рассматривала этого субъекта. Серые глаза, серые волосы, серый костюм, натянутый на худощавое длинное тело. Длинный нос завершал сходство собеседника с мышью. Клара усмехнулась, придя к этому выводу, что отвлекло Деметера от его рассуждений. Замолкнув на миг, прищурившись, Деметер продолжил.

По его словам, деятельность Дариуса является объектом его расследования. Полиция не обращает внимания на замкнутого венгра, но Деметер докажет, что Дариус не так безобиден, как кажется.

Клара только невинно улыбалась, слушая доказательства Деметера, что Дариус – серийный маньяк-убий ца, жертвой которого стали уже пять невинных девушек. Деметер не боится конкурентов, но он уверен, что Клара преследует те же цели, что и он, и мистер Йараи предупреждает ее, что он близок к разгадке, как никогда.

Да, Клара улыбалась, но за ее улыбкой, как за ширмой, пряталась гордая мысль, что Деметер просто наивный дурак, либо таковым притворяется, что ей, Кларе, известна подлинная направленность деятельности Дариуса.

– А какими фактами вы руководствовались, строя подобного рода предположения? – спросила Клара.

– Видите ли, это тайна моего журналистского расследования, – ответил Деметер на чистом английском, изящно взмахнув рукой.

– Вы же говорили, что не боитесь конкурентов. Задав подобный вопрос, я решила побеспокоиться исключительно о вашей безопасности, так как Дариус происходит из очень богатой и влиятельной семьи. Я имею в виду, что если выяснится, что за ним кто-то следит, нарушая тем самым конституционное право на тайну личной жизни, сей нарушитель будет привлечен к ответственности со всей строгостью закона. Поэтому я бы на вашем месте, мистер Йараи, либо прекратила слежку за мистером Мано, либо делала это со всей осторожностью.

– Так почему же вы-то следите за ним, ведь вы так и не ответили на мой вопрос!

– Я – частный детектив, – солгала Клара, – меня наняли родственники мистера Мано следить, чтобы его здесь не обижали.

Деметер едва не поперхнулся.

– Именно потому, что вы, мистер Йараи, в каком-то плане мне симпатичны, я не буду сообщать моим нанимателям о том, кто нарушает покой Дариуса.

Клара встала из-за стола. Деметер жадно осмотрел ее изящную фигуру, словно искал приглашения проследовать за ней в отель, и сглотнул «голодную» слюну. Надо же, он ей симпатичен…

– До свидания, мистер Йараи. Вам расплачиваться за обед.

Деметер заметно помрачнел.

– Еще увидимся, – очаровательно улыбнулась Клара.

Деметер просветлел.

– Мисс О’Тулл! – протянул он Кларе свою визитку. – Здесь мой телефон, звоните в любое время дня и ночи.

– И ночи тоже?

Клара соблазнительно взмахнула своей маленькой ручкой. Да, Деметер поддался на ее чары.

Темнело, когда она добралась до отеля. Город боролся с наступающей ночной темнотой. На улицах загорались фонари, иллюминация придавала древним зданиям сказочный вид. Клара остановилась у окна, откуда открывался потрясающий вид на Дунай. Вот рядом величественно застыл над водой мост Ланцхид, чуть поодаль – легкий мост Эржебет, словно свитый из тончайшей сверкающей паутины. Здание Парламента устремлено вверх в порыве возвыситься не только над городом, но и над всей Венгрией. Сердце страны пульсирует, переливается – пока жив Будапешт, будет жить и Венгрия.

Клара отошла от окна. Включила свет, подойдя к телефону, заказала ужин. Поужинав, она легла в постель, затем включила ноутбук, подсоединив к нему кабель фотоаппарата, и перенесла фотографии Дариуса на жесткий диск. Два часа стучала по клавишам, после чего послала запрос в базу данных ФБР на имя Дариуса Мано, а также фотографии неизвестного господина для опознания. Ответ должен был прийти утром.