Читаем без скачивания Адвокат дьявола - Эндрю Найдерман

– Это не проблема. Даже если его станут допрашивать под присягой, они не смогут спросить о предыдущих обвинениях, только о предыдущих наказаниях.

– Не думаю, что стоит доводить дело до присяги. Мне тут кое-что удалось узнать о школьных делах этой девочки. У нее репутация довольно распущенной особы, часто меняющей бойфрендов. Я нашел двух парней в школе, которые изъявили желание дать показания против нее: видимо, она им насолила. Так что ее можно будет быстро сбить и поставить под сомнение все ее показания. Я уже устроил тут утечку информации: семья в курсе, что может произойти на процессе. Так что возможно, у них не хватит духу доводить дело до суда.

– Очень хорошо, Тед. – По лицу мистера Милтона пробежала улыбка: мелькнув в глазах, она появилась на щеках и исчезла в уголках рта – Отличная работа, – повторил он негромко. – Я бы хотел ознакомиться с деталями инцидента в Талса, – Милтон сделал жест рукой, после чего Карла застрочила в блокноте.

– Дейв, что у тебя?

Дейв Коутейн кивнул, раскрывая папку. Затем он обвел присутствующих многозначительным взглядом, предваряя выступление:

– Похоже, на этой неделе у меня будут первые полосы в газетах.

– Неплохо, реклама нам не повредит, – заметил Пол. Они с мистером Милтоном обменялись довольными взглядами.

– Дейв получил довольно громкое дело, Кевин, – обратился к нему мистер Милтон. – Возможно, вы читали о серии убийств в колледже. Ученицы были изнасилованы и зверски убиты, после чего были найдены расчлененные тела. Район действий убийцы охватывает верхний Бронкс, до Йонкерса с заходом в Уэстчестер. Человек, подозреваемый в этих преступлениях, был арестован и помещен под стражу. Сейчас он находится в камере предварительного заключения.

– Да, я слышал об этом деле. Но разве последняя жертва не была найдена буквально на прошлой неделе?

– Во вторник, – уточнил Дейв. – На углу парковки у гоночного трека в Йонкерсе. Тело в пластиковом мешке для мусора.

– Помню. Последнее убийство было совершено с особой жестокостью.

– Вы еще не знаете деталей. В газетах – лишь половина того, что проходит по делу. – Достав стопку бумаг из папки, Дейв продемонстрировал ее. – Следственный протокол содержит детальные описания пыток в стиле наци, на чем, кстати, – сказал он, обращаясь к Милтону, – собираются строить обвинение.

– Но почему? – спросил Кевин. Он не мог сдержать внезапно обострившегося любопытства.

– Мой клиент, Карл Обермайстер, бывший член гитлерюгенда. Естественно, сейчас он заявляет, что был тогда всего лишь ребенком и делал то, что ему говорили, но вот папочка его отличился тем, что был охранником в Освенциме.

– Не имеет значения. Члены семьи все равно не будут присутствовать на процессе, – отмахнулся мистер Милтон.

– Совершенно верно, – отозвался Дейв и вернулся к документам.

– Что там еще, по существу, в следственном протоколе? – поинтересовался мистер Милтон. – Может, Кевину будет интересно послушать.

Кевин вздрогнул:

– Нет, что вы, я просто...

Мистер Милтон остановил его движением руки.

– Слушайте, это интересно.

– Помимо того, что грудная клетка у жертв была вскрыта, экспертиза выяснила, что в вагину вставлялся раскаленный стержень, – торопливо прочитал Дейв.

– Видимо, следов спермы обнаружено не было, – прокомментировал Тед.

– Господи, – прошептал Кевин.

– На этой работе приходится иметь железные нервы. Мы имеем дело с самыми жестокими преступлениями века, наряду с преступлениями белых воротничков, – пояснил мистер Милтон. Голос его был твердым и суровым. Кевин воспринял это как первый выговор.

– Конечно, я понимаю, – поспешил вставить он. – Простите.

– Продолжайте, – распорядился мистер Милтон.

– Обермайстер был остановлен поблизости от места преступления полицейским патрулем. Он так лихорадочно торопился оплатить штраф за превышение скорости, что патрульный сразу заподозрил неладное. Утром, после того как было обнаружено тело, патрульный вспомнил Карла Обермайстера. К нему заявились для допроса, но молодой амбициозный следователь оказался слишком ретивым. Он не ограничился вопросами и произвел обыск без всякого ордера, в ходе которого была обнаружена проволока, диаметром и составом совпадающая с той, которой связывали жертву. Карла упекли в камеру предварительного заключения, после чего продержали пять часов в карцере, добиваясь признания.

– И он признался... – пробормотал Кевин.

– Раскололся, – отвечал Дейв с улыбкой. – Но действия полиции будут опротестованы на суде. Не все средства хороши для получения признаний. К тому же все это время они не давали ему сделать звонок адвокату, что является прямым нарушением прав задержанного. Так что инкриминируемый материал собран недопустимым для следствия образом. На самом деле у них против него нет ничего существенного. Карл скоро выйдет на свободу, – добавил он и повернулся к мистеру Милтону в ожидании одобрения. Тот ответил улыбкой. Дейв на миг прикрыл глаза, словно получив благословение.

– Прекрасно, Дейв. Отличная, добросовестно сделанная работа. Тебе есть чем гордиться.

– Мои поздравления, – присоединился Пол.

– Здорово, – добавил Тед. – Полный улет.

Кевин уставился на коллег. Похоже, они не иронизировали. Напротив, это было совершенно искренне: лица у всех были довольные. Тут у него промелькнуло в голове, что вообще-то Дейв Коутейн – еврейского происхождения. И при этом он защищает на предстоящем процессе человека с нацистским прошлым. Но Дейва это, похоже, ничуть не беспокоит. Во всяком случае, по нему не скажешь, чтобы это как-то его напрягало. Более того, глаза его излучали гордость от сознания успешно проделанной работы и похвалы начальства.

– И все же, – добавил мистер Милтон, – мне надо ближе ознакомиться со следственным протоколом. Сделайте для меня копию, Карла, – сказал он, не оборачиваясь к ней. Она тут же черкнула заметку в блокноте. Затем мистер Милтон взглянул на Пола и обвел взглядом остальных. – А теперь нам предстоит рассмотреть действительно библейское дело. Пол, приступай.

Тед с Дейвом ответили понимающими улыбками.

– Библейское? – озадаченно спросил Кевин.

– Каин и Авель, – пояснил Пол.

– Лучше не скажешь. Опишите нам суть, Пол.

Сколфилд распахнул папку.

– Пат и Моррис Галан, обоим под пятьдесят. Пат дизайнер по интерьерам. Моррис владеет и управляет небольшим комбинатом по бутылочному розливу. У них есть 18-летний сын Филип, но, когда Пат исполнился 41 год, они обзавелись вторым сыном, по имени Арнольд. Они не могут объяснить, как такое могло случиться. Воспитывать малолетнее дитя в их возрасте довольно обременительно. Пат не хотела бросать работу и фактически оставила на произвол судьбы этого ребенка. Сперва она даже отказалась от него.