Читаем без скачивания Город Ангела - Майк Рипли

— Если ты оплатишь счет. Тебе, видимо, не на шутку приспичило найти Тигру, а?

— Ты и половины не знаешь, — ответил он, еще раз потер связку банкнот и отлепил от нее несколько бумажек, не столько считая их, сколько промокая ими потные ладони.

Я нашел телефонную будку на Бейкер-стрит и позвонил домой. По моим расчетам, в это время в доме должен был оставаться только мистер Гудсон. Так оно и оказалось.

— Хорошо, что вы еще не ушли.

Иногда мне смело можно давать приз за самую банальную фразу.

— Я уже собирался. У меня поезд…

— А как великому визирю понравилась бы идея прибытия в Нижний мир на такси?

По дороге в Серрей мистер Гудсон говорил больше, чем за все время моего проживания на Стюарт-стрит. Возможно, он пытался побить какой-нибудь личный рекорд, потому что поминутно останавливался и качал головой: «Ну надо же, как я разболтался, а?» Говорил он действительно много, но я ему не мешал. Информация была полезной.

Он ездил в Нижний мир уже четыре года при каждой возможности. Обычно это происходило в дневное время в субботу и воскресенье, но иногда, как сегодня, он нагибал гибкий график работы в госконторе в нужную для себя сторону и брал отгул в пятницу, чтобы зависнуть на целый уик-энд. (В местной гостинице с завтраками, у мистера и миссис Ламберт. Цены вполне умеренные. На завтрак дают сосиски.)

На каждую игру выдавали игровую карточку. Благодаря накопившимся баллам он дошел до первого класса четвертого уровня.

— А за что дают баллы?

— За причинение ущерба, успешную защиту от ущерба собственного игрового персонажа, а также призовые очки за сокровища и трофеи, добытые в походе.

Я не утерпел и спросил:

— Ущерба? Это попахивает насилием.

— Нет, что вы. Хотя некоторые монстры иногда перегибают палку. Не всем из них это, конечно, дозволяется. Например, зомби полагается быть самыми медлительными среди нечистой силы. Когда они приближаются, это всегда слышно.

Я прикусил язык, чтобы не сморозить лишнего.

— Скелеты быстро движутся, но у них нет силы. У вампиров есть много силы, но их можно победить заклинаниями. Опаснее всего вурдалаки. Они тихо подкрадываются, сильные и быстрые. И хитрые — прикидываются, что не понимают охранных заклинаний.

Я мог побиться об заклад, что Тигра окажется вурдалаком.

— А что именно делают эти персонажи… э-э… — Моя фраза испустила дух, потому что теперь, когда он сидел на заднем сиденье «Армстронга» и я доил его мозги, у меня не поворачивался язык называть его мистером Гудсоном, а как его зовут по имени, я, хоть убей, не мог вспомнить.

Он даже не заметил и несся вперед на любимом коньке, что лишний раз подтверждало мою правоту: задайте правильный вопрос, и кто угодно расскажет вам все, что угодно (жизненное правило № 83).

— Их роль состоит в том, чтобы не позволить отважным участникам похода достичь цели или хотя бы задержать их продвижение, отнимая у них жизненную энергию.

— У вас что, есть жизненная энергия? — спросил я тоном, каким люди болтают о преимуществах разных дезодорантов.

— Каждый участник игры наделяется жизненной энергией. Ущерб, понесенный в схватке (опять это слово), и злые заклинания уменьшают количество жизненной энергии. Чем больше баллов набираешь, тем больше остается на следующую игру. Баллы переносятся на другой уровень и так далее.

— Действительно, все как в жизни. Значит, вы дошли до уровня великого визиря?

Я наблюдал за ним в зеркальце. Он не шутки шутил.

— Да. Кстати, это — мое игровое имя. Если вы хотите попасть в пещеры, вам понадобится свое.

— Игровое имя?

Я помигал фарами, прежде чем обогнать «фиат-панду», тащившийся со скоростью двадцать две мили в час и управляемый большой синей шляпой, под которой где-то внизу затерялась старушонка.

— Никто в Нижнем мире не пользуется своим настоящим именем.

Наверное, помогает сократить число страховых исков, подумал я.

— Юные братья берут себе такие имена, как Симеон, Рагнор или Хаклон. На моем уровне есть очень толковый капеллан под именем Шмейхель. Наверное, голландец.

Еще бы не голландец! Я не стал открывать ему глаза на горькую истину, что так звали вратаря «Манчестер Юнайтед».

— Не рекомендуется только брать имена из Толкиена. Это считается легкомыслием.

— К чему мне игровое имя? Разве нельзя расспросить за кулисами? Мне всего-то надо узнать, есть там Тигра или нет. Кроме того, я забыл дома свою волшебную палочку и магическую пыльцу.

— Так не получится. Привратник никого не впустит, пока не начнется игра. Только монстры являются заранее. Им нужно переодеться в костюмы, выбрать маршрут и занять места в засаде. Иногда монстрам приходится играть в двух-трех походах одновременно. В наши времена люди не хотят идти в монстры, и на них большой спрос.

Я бы так не сказал, но место и время для философской дискуссии были неподходящие.

Остановив «Армстронга» на грязной поляне, служившей для парковки машин Нижнего мира, я сообразил, что, сам того не ведая, выбрал этим утром правильный наряд — черную футболку. Черные футболки были своего рода униформой всех людей, суетившихся у машин. У входа в пещеры красовался щит с жизнеутверждающей с надписью: «Здесь кончается реальный мир».

Я не видел такого количества длинных волос и черных футболок с тех пор, как вышел концерт «Блэк Саббат» на видео.

Несмотря на то что мистер Гудсон пытался указывать направление с заднего сиденья, найти дорогу оказалось нетрудно. Оставалось надеяться, что под землей он ориентируется значительно лучше. Под дорожными указателями на Биггин-Хилл и Баджерс-Боттом краской из баллончика было дописано: «Нижний мир — еще полмили». Что твой эскалатор в ад.

Мистер Гудсон вышел со стороны водителя и поставил на землю небольшой чемодан и брезентовый мешок.

— Оставлю свои вещи на ночь у привратника, — объяснил он. — Вы, конечно, сразу уедете, как только найдете своего друга, но это ничего — моя гостиница тут рядом, в поселке, всего в нескольких минутах ходьбы. Я здесь переоденусь, с вашего позволения. Люблю появляться торжественно.

— Пожалуйста, — вежливо согласился я.

Он оставил брезентовый мешок на земле и скрылся в «Армстронге» с чемоданчиком.

Вокруг топталось больше народу, чем я думал. На стоянке я насчитал порядка пятидесяти машин. Вход в пещеры заслоняли низкие деревья, вероятно посаженные местным советом в попытке скрыть происходящее от чужих глаз. И, судя по некоторым типам, выходившим из Нижнего мира после тяжелого трудового дня, для этого были основания.

Буквально все не поскупились на макияж — либо полностью черный, либо темно-зеленый, кое-кто не поленился добавить золотистые тени для век. Бал правили черные джинсы и футболки, но если моя рекламировала автомастерские в Рали, Северная Каролина, то у большинства из подземного мира они были украшены наклеенными золотыми и серебряными звездами, пентаграммами и полумесяцами. За футболками следовала группа в доспехах. Картонные кирасы и наколенники домашнего изготовления, покрашенные краской-серебрянкой, на расстоянии выглядели достаточно правдоподобно. Я заметил двух человек в рогатых шлемах викингов, один нес на плече боевой топор. Вид топора был бы внушительнее, не размахивай им игрок, как клюшкой для гольфа, что сразу же выдавало пенопластовую природу оружия. Тем не менее становилось ясно, почему жители Баджерс-Боттома не желали натыкаться на игроков в поздний час.

— Оружие можно получить в арсенале, — сказал мистер Гудсон из машины, — но некоторые предпочитают мастерить свое собственное.

— Отлично. А внизу много света?

— Света там вообще нет. Фонарик разрешается, но его полагается держать вертикально, чтобы было похоже на свечу. Большинство обходится без них. У руководителя игры, конечно, есть фонарь.

— У руководителя игры?

— Он что-то вроде рефери. Направляет поход и фиксирует время, когда нужно внести поправки или подсчитать ущерб.

Опять он про ущерб. Я открыл багажник «Армстронга», разыскал фонарик, проверил, работает ли, и засунул его сзади за пояс, прикрыв сверху футболкой. Взяв часть денег Басотти, остальное я убрал в карман куртки, а куртку запихал в багажник. От холодного предвечернего ветра пробирала дрожь, но я предпочел оставить все ценности в реальном мире. В Нижний мир я отправлялся, прихватив лишь минимум необходимого — ключи от машины.

Пока что я видел только игроков и понятия не имел, как выглядели монстры. Если Тигра одет в наряд монстра, то он легко узнает меня до того, как я обнаружу его. Мой костюм до смешного не подходил к случаю.

В бардачке, куда я засовывал вещи, которые могли пригодиться, нашлась старая пачка сигарет «Пикадилли № 1», зажигалка «Зиппо» (подделка, но удачная) и то, что раньше уже попадалось на глаза, — черный нейлоновый чулок без пары. Вспомнив, при каких обстоятельствах он туда попал, я ухмыльнулся, но тут же нахмурился, вспомнив также, почему я не мог вернуть его владелице. Женщина теряет, а кто-то находит.