я ничего не подписывал! — крикнул Паша, но поникнув, добавил, — Только в книге…
— Приветствую вас! Тратьте с умом! Помните, следующая стипендия только первого октября, — по парадной лестнице спускался улыбающийся директор, следом шли кураторы групп. — Сегодня вы приобретете Палочки, а также необходимый набор канцелярии для учебы. К счастью, прогноз на похолодание и дождь профессора Зыбь не сбывается — погода наипрекраснейшая, — при этом Вероника Станиславовна украдкой, сконфужено, глянула на директора через свои большие очки и издала совиное «угу». — Вы отправитесь в Круглозерск пешком по берегу озера. Каждая группа в сопровождении своего куратора. Думаю, в городке стоит разделиться, чтобы не шокировать местных жителей толпой в сто с лишним человек, — стоящие рядом профессоры согласно кивнули. — Удачного дня! Да, чуть не забыл! Советую заглянуть в кондитерскую господина Романова, там много удивительных вещей! — Директор широко улыбнулся, и зашагал в сторону трапезной.
Галдящая толпа студентов потянулась к парадному выходу, четверка же, желая рассказать директору про письмо, кинулась за ним.
— Профессор! Профессор! Александр Александрович! — из-за шума директор не сразу услышал, как Даша его зовет. — Подождите, пожалуйста! Вот, — она протянула конверт профессору, когда он, наконец, повернулся, — Посмотрите, что я получила. Там внутри записка.
Директор взял конверт, бегло осмотрел его, достал листок и пробежал по нему глазами, при этом брови его заметно поползли вверх: — При каких обстоятельствах она у вас появилась? — лицо его стало серьезным, голос твердым, решительным.
— Нашла в парке, утром, во время прогулки. Там еще был человек в черном балахоне, но я не видела его лица.
— Передайте профессору Астролябовой, что необходимо всем задержаться на улице на пять минут, — директор резко повернулся и отправился к парадной лестнице.
Учитывая вчерашний инцидент у почты, ребята решили, что ни Даше, ни Антону не стоит передавать сообщение от директора профессору Астролябовой. Вася, наконец, осмелился к ней подойти:
— Добрый день! Лидия Петровна, — она прервала разговор с профессором Бочкиным и повернулась к Васе, — Профессор Быков просил передать вам, чтобы все подождали пять минут здесь, у главного корпуса.
— Спасибо, — она слегка кивнула.
Через несколько минут на крыльце появился профессор Ястребов, осмотрелся, и, отыскав взглядом остальных профессоров, устремился к ним. С минуту они переговаривались, потом профессор Ястребов строго объявил:
— Следуйте за нами, и не растягивались по дороге сильно.
Глава 9 Круглозерск
Миновав Главный и Западный учебные корпуса, они прошли по парку мимо огромной стеклянной оранжереи и добрались до большой каменной лестницы устроенной на почти отвесном скалистом обрыве. Спускаясь, ребята насчитали семь просторных поворотных площадок с фонарями и скамьями для отдыха. Наконец добравшись до подножия лестницы, они вышли на мощеную камнем площадку, примыкавшую к дороге, идущей по берегу озера. Корпуса школы остались выше, метрах в тридцати пяти.
— Эта дорога, длиной двенадцать километров, полностью опоясывает озеро, — громко начал свой рассказ профессор Ястребов, — В городке превращаясь в красивую набережную. Здесь, — профессор махнул рукой, все обернулись назад и увидели большие ворота в отвесном камне, — Дорога входит на территорию школы, для доставки различных грузов из городка. Там же имеется внутренняя лестница, которая используется чаще всего в непогоду.
Все двинулись по дороге в сторону Круглозерска. Друзья оказались почти в самом конце процессии. Антон заметил, что профессор Ястребов, повернувшись, чуть заметно кивнул ему. Прибавив шаг, Антон быстро поравнялся с профессором, и тот еле слышно, почти не шевеля губами сказал:
— До возвращения в школу всем четверым быть рядом со мной, лучше впереди на три-четыре шага.
Антон остановился дождаться друзей, профессор Ястребов громко продолжил:
— Озеро это называется Круглое. И это очень точное название. Если посмотреть на него сверху — увидим четкий круг, без единого берегового изгиба. Как будто блюдце с водой поставили. Озеро удивительное и вместе с тем очень коварное. Вода в нем то приятно теплая, то обжигающе холодная — на дне то и дело прорываются ключи. От этих внезапных перепадов температуры часто происходят несчастья с купальщиками, — профессор обвел студентов строгим взглядом, — Поэтому купание в озере СТРОЖАЙШЕ запрещено! За счет этих ключей озеро и питается — в него ничего не впадает и из него ничего не вытекает. В центре озера, на дне, есть провал огромной глубины. Случается, очень резко меняется уровень воды. Иногда за полсуток вода опускается на четыре-пять метров, обнажая широкую полосу дна. Описаны случаи, когда вода уходила так быстро, что в центре озера была заметна воронка водоворота, будто в ванне выдернули пробку.
Как и попросил профессор Ястребов ребята теперь шли чуть впереди его. Они внимательно слушали рассказы сопровождающих по пути до городка. Мощеная камнем дорога проходила в четырех-пяти метрах от кромки воды.
— Обратите внимание на плотоядную водяную лилию, — профессор Астролябова указала на скопление больших округлых листьев на поверхности воды в нескольких метрах от берега. В центре каждого листа беспомощно шевелила хвостиком… маленькая серебристая рыбка.
— Плотоядная? А чем она питается?
— Птицами, в основном.
В этот момент пролетающая мимо чайка заметила добычу и спикировала к поверхности воды. Как только она коснулась рыбки, лист мгновенно сложился пополам, полностью обхватив птицу, и быстро скрылся в глубине. Ребята в ужасе застыли, глядя на несколько перьев качающихся на мелких волнах.
— Удивительные создания! — голосом полным любви и восторга продолжила профессор Астролябова. — К сожалению, исчезающий вид, поскольку широко используются в колдовском мире. Мы познакомимся с ними во втором семестре, а на летней практике будем добывать их корни в питомнике, где их специально для этого разводят.
Многие студенты еще находились под впечатлением от обеда водяной лилии и перспективы ковыряния в ее корнях, когда профессор Бочкин направившись к каменной осыпи, позвал их с собой.
— Посмотрите на эти серые камни. Часто все не то, чем, кажется, — профессор поднял один камешек и слегка потер его край пальцем. Вдруг камешек на ладони завибрировал. Чем сильнее тер его профессор, тем больше он шевелился. Наконец камень задрожал так, что чуть не падал с руки, и вдруг раздался громкий заливистый хохот, — Страсть как бояться щекотки! Это смехокамень обыкновенный. Если его как следует развеселить, поверхность становится мягкой и с него можно снять верхний слой, вот так, — профессор поддел шкурку краем монетки и сдернул ее как чулок, обнажив светлую розовато-серую серединку. — Уже через пару часов поверхность затвердеет и приобретет каменный вид. А это, — он положил кожуру в мешочек и спрятал в карман, — Очень пригодится нам с вами на занятиях. Молодой человек! — обратился профессор к Егору Федорову, который тоже тер камень. — Пожалейте палец, вы же взяли обычный булыжник! — все громко рассмеялись, а покрасневший
