Домработница тут же поднялась и незамедлительно отправилась исполнять приказание Александра. Как только она скрылась за дверьми дома, он неожиданно упал передо мной на колени и обхватил мои ноги руками.
– Т-ты что? Что с т-тобой? – от неожиданности я даже начала заикаться.
– Люба, я тебя умоляю… Я тебя очень прошу… Пойми, Юрка мой лучший друг, и он далеко не последний человек. Он ведь уже почти депутат. О его смерти в газетах напишут и еще долго судачить будут. Он ведь в этой жизни только добро делал. Вкалывал до седьмого пота и благотворительностью занимался. Его организация шефство взяла над детским домом. Понимаешь, человек жил достойно и умереть должен достойно! Я не знаю, кто его убил… Даже не могу представить… Ведь у него никогда врагов не было. Он даже не знал, что это такое. Убить такого человека мог только отъявленный мерзавец, которого земля носит просто по несправедливой случайности.
– Что ты хочешь? – спросила я ледяным тоном и слегка его оттолкнула. – Я спрашиваю, чего ты от меня добиваешься? Встань с колен!
В этот момент к Александру подошла Полина с бутылкой виски в руках, и тот сразу встал с колен. Взяв у Полины бутылку, он сделал несколько внушительных глотков и протянул ее мне:
– Хочешь?
– Нет.
– Выпей. Я же знаю, что тебя трясет. Я говорю – выпей, и сразу легче станет.
Взяв бутылку, я пригубила ее и сразу почувствовала, как закружилась голова. Как только я передала бутылку Саше, он заметно напрягся и заговорил таким жалобным голосом, что у меня сжалось сердце:
– Люба, мне кажется, что ты просто недооцениваешь серьезности ситуации. Ты должна понять, что Юрка не про стой человек. Его смерть станет достоянием общественности, и не в наших силах будет потом что-то утаить. Да и семье твоей подруги… Кстати, у нее есть семья?
– Мать и сестра, но они отдельно живут.
– Так я вот про что говорю: зачем им знать, как погибла их дочь.
– А мне кажется, что они имеют право на то, чтобы знать правду.
– Смотря какую правду… Люба, ты должна подумать и позаботиться о матери Галины. Представь, каково будет ей?
– Я не понимаю, о чем ты… Хватит ходить вокруг да около.
– Я о том, что каково матери Галины будет узнать, что ее дочь проводила время с женатым мужчиной в его загородном особняке и вела себя не самым пристойным образом!
– А каким это непристойным образом она себя вела? – вконец подорвало меня. – Что ты имеешь в виду?
– Но ведь она занималась сексом… – Александр сказал фразу и тут же покраснел, сам поняв, что сказал полную чушь.
– И что?! – возмутилась, не выдержав, я. – С каких пор ты считаешь занятия сексом непристойным поведением? С чего это ты стал вдруг таким правильным? Мы тут все взрослые люди собрались и уже давно школу окончили, так что нечего мне на мораль давить! Эти двое оказались вместе в одном бассейне только потому, что оба этого хотели. У них было взаимное влечение друг к другу. А уж если кто-то кому-то и должен претензии предъявлять, то это я ко всем вам, а не вы к моей подруге. Не такой уж ваш Юрий Константинович кристально чистый человек был. Кристально чистых людей не убивают. Кристально чистые люди никогда не будут иметь больших денег. А этот деньги лопатой греб, и уж если его грохнули, то понятное дело, что он кому-то дорогу перешел, с кем-то не поделился, кого-то кинул или правила бизнеса обошел. Так вот он-то в этой жизни много хорошего видел. Виски пил, в джакузи плавал, на дорогих машинах катался, по шикарным курортам ездил… А что в этой жизни видела моя подруга? Да ничего! Всю жизнь пахала, как пчелка, с утра до ночи, чтобы на кусок хлеба себе заработать да на новые колготки с юбкой. А ведь она из-за него, из-за вашего кристально чистого Юрия, погибла. Из-за того, что он кому-то дорогу перешел или был нечист на руку, ее не стало! Лучше бы его прямо в кафе, где мы встретились, убили! Ты хоть понимаешь или нет, что погибла ни в чем не повинная девушка?!
– Ладно, что теперь об этом говорить, – махнул рукой Александр. – Юрка мой друг, и я должен побеспокоиться о его репутации. Времени больше терять нельзя. В любой момент могут приехать менты. Люба, сейчас я дам тебе ключи от своей машины, и ты как можно быстрее отсюда уедешь. Нежелательно, чтобы тебя здесь тоже видели.
– Боишься, что до твоей жены дойдет, что ты на даче не один куролесил? – спросила я Александра голосом, полным вызова.
– Я лично вообще ничего не боюсь. Я просто не хочу, чтобы кто-то узнал о том, что мы с Юркой были на даче не одни. Что касается моей супруги, то не стану отрицать: ее спокойствие мне не безразлично. Но главное сейчас не в этом. Пусть все будет выглядеть так, будто собралась чисто мужская компания. Два друга хорошенько выпили, поговорили за жизнь. Один пошел поплавать в бассейне, поразмяться перед сном, другой отправился спать. А ночью случилось страшное. Утром, когда я еще спал, дом пришла убирать Полина, и ее дочка Леська обнаружила в бассейне убитого хозяина. По крайней мере, таким образом мы сможем спасти Юркину репутацию, оставить о нем светлую память, да и облегчим удар, который смерть Юрия нанесет Вике. Пусть она знает и помнит о нем только хорошее. Нет необходимости, чтобы Вика знала, что иногда ее муж мог расслабиться в компании какой-нибудь женщины. Ведь при этом он всегда любил и боготворил одну только свою Викторию.
– А как же моя подруга? – Я окончательно растерялась.
– Люба, ты должна понять, что так будет лучше. Сейчас я аккуратно замотаю твою подругу в плед и положу ее в багажник. Вытащи ее из багажника там, где посчитаешь нужным.
– Что ты такое говоришь? Как это понимать? – просто опешила я.
– Так и понимай, как я тебе сказал. Отвези ее подальше от этого дома. Положи ее где угодно. Хоть на дороге, хоть у дома, хоть у себя в подъезде. Самое главное – увези ее, пожалуйста, отсюда. Я тебе за это денег дам.
– Да не нужно мне никаких денег!
– Ее увези и сама уезжай. Пойми, твоей подруге уже ничем не поможешь, а Юрину репутацию еще можно спасти. Никто не должен знать, что мы с ним были в доме с двумя женщинами… – Александр посмотрел на Полину и заговорил словно в бреду: – Полина, я сейчас девушку отнесу в багажник машины, а ты пока немного в бассейне прибери, чтобы ее крови не было.
– Конечно, конечно… Только вдруг я что-то не догляжу и оставлю улики?
– Не важно. Уж пусть лучше останутся улики, чем второй труп. Пусть менты накручивают себе все, что посчитают нужным. Мы второго трупа не видели и ничего про него не знаем. Сейчас самое главное – это репутация моего друга и твоего хозяина.
Как только Александр замолчал, я растерянно развела руками. Мне показалось, что я схожу с ума.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
