– Да, – Рыков внимательно оглядел зал. – Как меня собираются допрашивать, если я все еще нахожусь при исполнении служебных обязанностей?
– Не беспокойтесь, – судья говорил размеренно и подчеркнуто вежливо. – Своим Постановлением я освобождаю вас от служебных обязанностей. А так же удовлетворяю требование прокурора о привлечении вас в качестве подсудимого!
Над черным дубовым столом лезвием гильотины вознесся судебный молоток. По залу пробежал гул. Публика любит такие повороты. Судебные художники азартно срисовывали реакцию подсудимого. Впрочем, на его лице не дрогнул ни единый мускул. Пройдя путь судебного исполнителя Внеземного филиала Службы судебных приставов, перестанешь реагировать на мелкие житейские неурядицы.
– Нестыковочка, ваша честь, – веско сказал Рыков. – Ваше постановление – пустой звук.
В зале повисла тишина.
– Подсудимый, не забывайтесь! – не выдержав, крикнул судья.
– И в мыслях не было. Просто никто еще не лишал меня этого…
Перед глазами изумленного судьи сверкнул металлом увесистый диск Жетона Всевластия.
– Откуда?.. – судья запнулся, побледнел. Голос его дрогнул. – Немедленно Сдайте Жетон приставу!
– И не подумаю, – спокойно сказал Рыков, демонстрируя Жетон присяжным. – Кстати, я и есть пристав. Жетон останется у меня до завершения задания, порученного Службой. Для чего и был выдан. И одна сила в мире не сможет меня остановить.
Рыков перевел взгляд на государственного обвинителя. Тот выглядел растерянным. Еще бы. «Процесс века» грозил обернуться фарсом. Где-то произошла накладка, и Рыков догадывался, где именно.
Когда накануне к нему завились с повесткой, он сразу почуял, к чему дело идет. Хватило ума не являться в офис Службы, а выждать – и направиться прямиком в суд. Причем, минуя центральный вход, где наверняка его ждали люди из Минюста.
Формально он ничего не нарушил. Просто, как обычно, сыграл на опережение. И на этот раз инстинкт самосохранения не подвел.
Все-таки, Жетон Всевластия не выдают кому попало.
– Повторяю, сдайте Жетон! – судья повысил голос.
Охрана потянулась к оружию. Краем глаза Рыков отметил расположение сотрудников службы безопасности – явных и скрывавшихся среди публики.
Взгляд остановился на одном из зрителей. Вот так сюрприз!
Можно было догадаться, кто стоит за всем этим. И это человек сейчас здесь. Скрывается среди публики, жадно наблюдая за расправой. Старая история: преступника тянет на место преступления. Кто еще мог так ловко подтасовать факты, сфабриковать убойный компромат на практически непогрешимого сотрудника Службы?
Только тот, кто заинтересован в срыве его последнего задания.
И тот, кто имеет доступ к закрытой информации.
Тут – старые счеты.
Итак, ситуация оборачивалась неожиданной стороной. Главное – действовать. Не раздумывая, полностью доверившись инстинктам. Рыков демонстративно отвернулся от судьи и обратился к жюри:
– Господа присяжные, должен извиниться перед вами за то, что вас втянули в непонятные вам игры. Я готов предстать перед вами по исполнении своего задания. А сейчас – просто сохраняйте спокойствие…
Никто не успел ничего понять.
Рыков в кувырке перелетел через стойку, сбил с ног охранника и в один миг завладел пистолетом.
– Все оставаться на своих местах! Я при исполнении! – яростно крикнул он, вскинув над головой сверкающий металл. – Жетон Всевластия!
Охрана замерла в оцепенении. Никому не улыбалось сцепиться с обладателем Жетона.
Рыков принялся выискивать в толпе старого знакомого. И не удивился, когда обнаружил тот исчез, почуяв, что процесс пошел не в ту сторону. Но это не меняло дела. Только исполнив задание, можно оправдать свои действия.
Наступал момент истины.
Растолкав секретарей и охрану, перелетев через ограждения, Рыков помчался в сторону выхода. Публика подалась в стороны. Репортеры ринулись следом, как гончие – но налетели на приставов, перенаправивших накопившуюся злость на наведение порядка.
– Что будем делать, ваша честь? – начальник службы безопасности был решителен и мрачен.
– Пока в его руках Жетон, конституционный закон на его стороне, – сухо сказал судья. Выразительно посмотрел на начальника службы безопасности. – Формально я не могу даже вернуть его в зал суда.
– Понятно, – проговорил начальник службы безопасности. На тронутом сединой виске дернулась жилка. – Будем действовать неформально.
Помолчал немного и добавил:
– Все равно ему отсюда некуда деться. Даже не знаю, на что он рассчитывает.
Оба невольно подняли глаза к потолку. Его роль играл прозрачный герметичный купол, над которым застыли неподвижные звезды черного лунного неба.
Рыков быстро шел по широкому коридору вдоль массивных гермодверей, отделанных лакированным деревом. Было несложно затеряться в толпе деловитых людей в одинаковых строгих костюмах.
Придумано дельно: расположить Астротрибунал на за пределами Земли. Предполагается, что это сведет к минимуму влияние национальных интересов во внеземных спорах.
И по этой же причине его самого схватят довольно быстро. Каждое его перемещение в замкнутом пространстве Трибунала отслеживается системами безопасности. Скорее всего его попросту пристрелят. Не исключено, что подадут под видом самоубийства: мол, крыша поехала от безнаказанности. Ведь задерживать обладателя Жетона никто не имеет права никто, как и препятствовать его действиям. Так что у него слишком мало времени, чтобы довести до конца это злополучное дело.
…Это задание изначально было скользким. Ибо связано со внутренним расследованием. Кто-то из своих стал активно присваивать имущество по «зависшим» исполнительным листам. Бесследно исчезло несколько истцов и ответчиков по резонансным делам. Специфика Внеземного филиала допускает всякое развитие событий.
Только не «крысу» в собственных рядах.
В круг обязанностей судебного пристава не входит расследование деятельности коллег. Но Жетон допускает расширенное толкование прав и обязанностей. В том числе и то, что можно считать превышением полномочий.
С самого начала было подозрение, что предателем может оказаться старый недруг, которому он когда-то перешел дорогу. Но трудно было поверить, что Томилин сам загнал себя в ловушку. Наверное здорово понадеялся на силу компромата. И не взял в расчет того, что коллега может так резко взбрыкнуть перед судом и представителями СМИ.
Ведь это равносильно профессиональному самоубийству. Что, в общем-то, тоже на руку врагу. Одного Томилин не учел: в отличие от него Рыков готов рискнуть карьерой ради интересов дела. Такое попросту не укладывается в голову подлеца и вора.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
