— Рей, пожалуйста… пожалуйста… — шепчет неистово. — Ты мне нужен… нужен…
Опускаюсь сверху, ее ноги на моих плечах, складываю мою малышку пополам и даю то, что просит. У нее глаза закатываются от удовольствия, а меня вдруг пробивает не вожделением, а нежностью какой-то… Мне кажется, что впервые в жизни именно что любовью занимаюсь, а не спешу к известному финалу по проторенной дорожке.
На этот раз не спешу, медленно неспешно, выматывающе вхожу в Вэл в едином ровном темпе. Ее крутит подо мной, сжимает удовольствием. Кончает… Умница, но знаешь, давай еще раз. И я продолжаю и продолжаю. Кажется никогда не насытимся.
Под конец звереем. Беру ее сзади. Жестко. Любая человечка бы поломалась до смерти, а Вэл. рычит в ответ, движется навстречу. Да-а-а-а…. Кровать под нами надсадно скрипит, но кому не плевать. Она рычит, стонет, а потом и сдавленно кричит, когда я совсем теряю голову. Темп такой что залюбуешься. По бедрам Вэл идут те самые сладкие судороги. Ах! Да, черт возьми! Да! Сжимает меня внутри и я догоняю…
Все…
Могу умереть сейчас и ни о чем не жалеть.
Валимся на постель, обнимаемся сразу, без чувственности, а как утопающий с бревном. Потому что жизненно необходимо обняться. Впервые, после того как сорвал с Вэл платье, чувствую себя удовлетворенным. Даже в сон тянет.
И мы засыпаем.
Глава 10. Переезд
Брак напоминает ножницы — половинки могут двигаться в противоположных направлениях, но проучат всякого, кто попытается встать между ними.
Сидней Смит
Просыпаюсь очень сладко. Мне тепло и хорошо, тело аж звенит от удовольствия и неги. Открыв глаза, вздыхаю и что-то тяжелое на груди мешает. Опускаю глаза и вижу здоровенную лапищу Хардмана, которая по-свойски так, сжимает мою голую грудь.
На мгновение замираю и не могу отвести глаз. Он спит сзади — понимаю я. Вспоминаю почему мне так тепло, так сыто и радостно.
Осторожно, очень медленно поворачиваюсь и смотрю на Рейнара. Спит себе как ни в чем не бывало. Посапывает, морщит нос. Притягивает к себе так, что кажется сейчас ребра хрустнут.
Всхрапнув, открывает сонные глаза.
— Приве-ет. — он давит душераздирающий зевок.
— Доброе утро, мистер Хардман. — кроме как лепетом, это никак не назовешь. Еле дышу от смущения страха и…счастья. Неистового, физического, эгоистичного счастья обладать им. Быть его. Лежать рядом после того как ночью мы без устали… Конечно я бы сказала «занимались любовью», но покривить душой тут нельзя. Мы трахались. Много и очень по-волчьи. Совсем не так, как предаются любви в тех романах, которые я с упоением почитывала в юности.
Рей смеется.
— Доброе утро, пока еще мисс Валле.
И у меня в груди зажигается солнце.
— Вы делаете мне предложение?
Рей поднимает брови и снова смеется.
— А разве мы не все уже решили. — он кивает в сторону стола. Там так и лежит наш глупый брачный договор.
— Я… Вы могли передумать.
— С чего бы?
Сглатываю. Сейчас лежа в объятиях своего волка, мои старые страхи и правда кажутся смешными. Ну как Рей может передумать? Передумать просто потому что мы были вместе и я теперь…с подпорченной репутацией. Боже, это и правда звучит нелепо. А ведь еще вчера не звучало. Это все его тлетворное влияние, его и всех этих…новых ощущений.
— Сейчас не могу придумать. — признаюсь смущенно. Рей тянется ко мне и целует. Он очень хорошо это делает, так уверенно и в тоже время не напористо. Еще миг — и схватишь его сама, умоляя о большем.
У меня закрываются глаза, и все тело тает словно воск. Рей углубляет поцелуй, его рука уверенно, властно сжимает грудь, а я… хочу его. Снова. Всегда. Не успеваю опомниться, он вталкивает колено между моих ног, притягивает меня ближе, и я чувствую его у самого входа. Он не медлит. Через мгновение мы снова едины. Чувство непередаваемо. Я наконец-то живу. Тело словно создано для него, охотно откликается, волчица внутри урчит от удовольствия, а я… Мне так хорошо. Так остро и сильно чувствовать его в себе. В этот миг я полностью растворяюсь в нем. Наверное этого всегда и боялась — полной потери контроля. Я принадлежу ему. Целиком, полностью, каждой мышцей, косточкой, каждой волосинкой — его. Сейчас и всегда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он перекатывает меня на спину, потому что так, в объятиях слишком тесно и неудобно. И выскальзывает из меня. И я отчаянно хнычу. Не-ет! Пожалуйста! Пожалуйста, Рей!.. Не понимаю вслух я шепчу эти постыдные просьбы или это лишь в моей голове. Но тяну его к себе, целую, жадно царапаю сильную спину — точно наяву.
Он берет меня. От ощущений тело выгибается, я задыхаюсь, поскуливая от сильных толчков. Хочу еще… хочу… хочу… Меня выгибает. Оргазм пульсирующей волной растекается по телу. Три сладких вздоха и я падаю на спину. Жадно тяну Рея к себе, царапаю его сильное тело, кусаю в плечо. Радостно, благодарно.
Он смеется, но мне не обидно. Не пойму почему?.. Это все волчица, конечно, же. Все эти волчьи флюиды, ауры, инстинкты… Мысли путаются и я засыпаю.
Рей нежно будит меня, и мы снова занимаемся любовью. Сейчас уже именно ей, любовью. Нет ночного бешеного накала и жадности, но желания — хоть отбавляй. Рей откуда-то принес простынь и в перерывах мы кутаемся в нее. Солнце уже ярко светит в окна, когда мы в очередной раз раскатываемся по постели.
— Есть хочешь? — Рей зевает и чешет живот. Небрежно так, словно меня тут и нет и стесняться совершенно некого. Это заставляет меня улыбаться. Боже, я влюблена в Рейнара Хардмана и отдалась ему определено без приличествующих ухаживаний. Как это ветрено с моей стороны.
— Очень.
Он встает. Любуюсь им. Голый, сильный, мой. И тут острый укол ревности портит мое незамутненное счастье. Мой?.. Надолго ли. Смотрю на стол где белеет листок «брачного договора». Он конечно пообещал что мой и больше ничей. И даже… про волчат вписал. Признаться, этот пункт взволновал меня даже больше третьего, про…секс где хотим и сколько хотим. Стреляю в Рея осуждающим взглядом. Развратник!
Но конечно же сразу смеюсь сама над собой. Ага, он развратник, а сама-то?
Рей уходит, а я дремлю. После такой ночки поваляться в постели так приятно. Все пропахло нами. Замечаю что даже простыни нет, голый матрас. Как странно… и безразлично. Кажется я готова заниматься этим с Реем даже на охапке соломы… или без соломы… Смеюсь себе под нос. Я так счастлива, так искренне безумно счастлива. Мои это чувства или волчицы? Не знаю, но хочу чувствовать их и дальше. Да, хочу!
Рей приносит еды и мы едим прямо на постели, по варварски облизывая пальцы. Иногда свои, а иногда друг друга. Я кутаюсь в простынь потому что ну надо же хоть немного себя прикрыть, а Рей все таки надел брюки.
Но когда он пальцем собирает подливку, а я медленно облизываю его, втянув в рот, мне очень жаль что он в брюках. Раньше не понимала что люди имеют ввиду, говоря «любовная горячка». Вот она. Самая настоящая.
Бросаю взгляд в окно и понимаю что уже как-то совсем, непозволительно светло.
— Который час? — наконец включается у меня что-то, похожее на ответственность.
— Полдень или около того.
— О, Боже! — Я вскакиваю чуть не перевернув тарелку. — Господи, я опоздала! Сегодня смотр! Мэр!
Я оглядываюсь в поисках одежды. Хватаю платье и понимаю что оно безвозвратно испорчено. Рей его на мне просто разорвал. Но платье ведь не мое, а мое-то где?!
— Где моя одежда? — спрашиваю растеряно. Рей смотрит на меня как на полоумную.
— Ах, да! Я же оборачивалась. Совсем позабыла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Не мудрено. — нагло заявляет этот волчара, поигрывая бровями. Кидаю в него платье. Вот же, жук!
— Рей, мне нужна одежда. Срочно!
Он нехотя отставляет еду, нехотя поднимается и очень нехотя идет к двери.
— А точно нужна? — спрашивает обернувшись.
— Точно! Скорее пожалуйста! Они не смогут там ничего толком показать без меня! О, Рей, ну пожалуйста!
