Тольтеки начали было галдеть и даже порывались устремиться за солнцеподобным, но заметив на веранде Принца Победителя, молча наблюдавшего за этой сценой, смешались и предпочли ретироваться со двора.
Акхан легко сбежал по ступенькам вниз и прошел к кузнице, с минуту постоял перед ней и решительно отдернул полог. В тесном помещении царил рассеянный свет, пробивавшийся сквозь тростниковую крышу. Спиной к акалелю стоял ягуар, держа в руках какой-то золотой комок, потом пленник размахнулся и со всей силой залепил предметом в стену. С жалобным звоном вещь упала на пол.
Принц прошел мимо тольтека и подобрал ее. Из сплошного кома золотых деталей торчали хвосты, лапки и уморительные мордочки.
- Это игрушки для моих детей? -- поинтересовался Акхан, кладя искалеченных зверей на черный камень наковальни.
Тольтек что-то промычал, настолько не членораздельно, что акалель поднял голову и внимательно вгляделся ему в лицо.
- Я не понимаю, чего ты хочешь? - сказал он.
Пленный молчал. Это разозлило Акхана.
- Я прекрасно слышал, как ты разговаривал со своими, и, надеюсь, удостоишь меня божественными звуками своей речи.
Вместо ответа ягуар медленно, как бы через силу, опустился на колени и, сделав в таком положении несколько шагов, наклонил голову и прикоснулся лбом к левому колену Акхана.
- Ну если ты так просишь, -- развел руками принц, -- в принципе я не против, чтоб ты вернулся к своим, но у меня есть условия... - он осекся.
Тольтек поднял к нему лицо, и в его взгляде читалась такая безысходность, что акалель растерялся.
- Можешь ты хоть слово сказать? -- закричал выведенный из себя принц.
- Повелитель белых атлан очень обяжет Ульпака, -- выдавил из себя ягуар, -- если отошлет людей и подарки обратно. - голос у него был хриплый от волнения, но говорил он, в отличие от оратора, на прекрасном атле.
- Я многое могу понять, - протянул Акхан присаживаясь на край наковальни. - и, без сомнения, чистить мою лошадь лучше, чем носить корону, или что вы там носите, но все же...
Тольтек молчал.
- Может, ты встанешь? -- попросил принц. - Не так ведь трудно объяснить. Слышишь?
- Ульпак не глухой. -- вдруг сказал пленный, не только вставая, но и тоже слегка облокачиваясь на наковальню. - Как акалель сможет понять дела Ульпака, если не разобрался в своих?
- Уж как-нибудь. - хмыкнул принц. - Итак, твое имя Ульпак?
- Да.
- А твой дядя, как я понимаю, повелитель Ягуаров?
- Царь.
- Очень мило, -- принц кивнул, -- и он прислал эти дары, чтоб выкупить тебя?
- Да.
- Но ты не хочешь ехать?
- Да.
- Вот как славно. Видишь, кое-что я все-таки в состоянии понять. акалель усмехнулся. -- А почему?
Тольтек снова надолго замолчал, а потом начал, осторожно подбирая слова:
- Дядя выкупает Ульпака не для того, чтоб вернуть свободу... Как только караван окажется дома, Ульпака принесут в жертву.
- Зачем? - удивился Акхан. - Зачем расставаться с такими богатствами (ведь для вас все эти раковины и перья - большое богатство?) а потом убивать тебя?
- Чтобы быть уверенным, -- ягуар помедлил, глядя на непонимающее лицо принца, -- до конца уверенным в смерти Ульпака.
- Зачем ему это? У него есть наследник?
- Есть. Неважно. Дело в том, что дядя, конечно, царь, но и отец Ульпака был царем, а мать - верховной жрицей. Божественная пара единокровных - брат и сестра, как Ульпак и Шкик... - он замолчал, не зная, понимает ли его предводитель белых собак. Но судя по тому что акалель кивал, разум атлан был в состоянии воспринимать хитросплетение тольтекских родовых распрей. - Дядя приходился им обоим младшим братом, и мать не соединила с ним свою жизнь после смерти отца. Она тоже ушла вслед за тенями предков... Оставив все новой божественной паре царей - своим детям Ульпаку и Шкик. Так должно было быть, чтоб круг жизни рода Ягуаров не прервался! -- тольтек с досадой хватил кулаком по наковальне, но не рассчитал и отдернул ушибленную руку.
- Полегче. - хмыкнул Акхан. - Ведь круг-то прервался, как я понимаю, а для того, чтоб его снова связать, понадобятся здоровые руки...
- Акалель может смеяться. -- раздосадовано бросил ягуар. - Но закон действительно нарушен. Мы были слишком малы, и дядя стал владыкой. Он взял себе в жены другую верховную жрицу из боковой ветви рода. Она не имела права, но согласилась... Все они согласились...
- Так охотно люди соглашаются только с силой. -- Акхан махнул рукой, показывая, что ему все ясно. - Хотел бы я знать, почему твой дядя вообще дал тебе вырасти?
Ульпак пожал плечами.
- Кровь священного Ягуара не может быть пролита просто так. Только на алтаре, -- он вздохнул, - а для жертвы должен быть повод.
- Теперь он есть?
- Войско Ягуаров разбито. - кивнул тольтек. - Ульпак - полководец, которому не сопутствует удача, значит он не угоден богам и может навлечь немилость на всех.
- Сегодня проиграл, завтра выиграл. - пожал плечами принц. - Если б всех проигравших командиров казнили...
- Остались бы только те, кто отмечен удачей. - закончил за него Ульпак. - Так справедливо, ибо счастье - печать богов!
- Да, но свою несчастливую голову ты не хочешь положить на алтарь?
- Не хочу. - согласился ягуар. - Ульпаку было предсказано, что он будет царем. И он им будет!
- Кем предсказано? - поинтересовался Акхан.
- Сестрой. Шкик. Настоящей жрицей. - по лицу Ульпака расплылась гордая улыбка. - Она одержима богами и грезит наяву. Кровь священного Ягуара поет в ней свои песни.
- Как одержимые ягуаром воины? - спросил Акхан. - Поэтому они тебе кланялись?
Тольтек поморщился.
- Нет, -- покачал он головой. - Они - "палак" - простые. Акалель понимает? Им, чтобы стать одержимыми, надо проходить посвящения. Ульпак посвящен от рождения. По праву крови. Воины приветствовали великую кровь священного зверя, а не Ульпака в его жалком положении... - он резко вскинул голову, -- но Ульпак все изменит, и кровь займет свое место.
- Даже если на тебе печать неудачи? - осведомился Акхан. - Ты не боишься принести ее своему роду.
- Разве вина Ульпака, что эти олухи так и не согласились на общее командование?! -- гневно заявил тольтек.
- А ты предлагал?
Ягуар кивнул.
- Что ж, значит в тот день мне сильно повезло. - усмехнулся акалель. - Если б вы... - он недоговорил, посчитав излишним, просвещать ягуара в тонкости военного дела, в которых тот и сам, как видно, кое-что смыслил. - А ты парень с головой! Им надо было тебя слушать. В сущности твоему дяде, как там его зовут?..
-Топильцин - Устанавливающий Закон, -- горько усмехнулся Ульпак.
- Ну вот, этому законоустроителю ровным счетом не в чем тебя обвинить. Ты же не мог руководить другими родами.
Ульпак с благодарностью посмотрел на принца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
