что именно? — он все же шагнул вперёд. — Что наёмник предложит тебе сделку или что эта размазня Рафаэль вдруг окажется рыцарем?
Конечно, это многое объясняло. Настоящий Рафаэль не мог знать, какому алхимику меня сдали на опыты, да и команда корабля вряд ли бы так легко приняла графа. Другое дело — наемник уже с репутацией.
— И однако ж надо было соврать, — я обиженно посмотрела в сторону.
Дамиан оказался совсем близко, но по-прежнему меня не касался.
— Мне нужно было, чтобы ты согласилась, — вполголоса сказал он.
— Почему? — я вскинула голову.
Дамиан опирался рукой о стену, слегка нависая надо мной.
— Влюбился, — на его губах заиграла улыбка.
— Чушь, — я нырнула под его руку и, оказавшись в стороне, разом почувствовала себя лучше. — Или объясняй все сейчас, или ничего ты от меня не добьёшься.
Дамиан провёл рукой по светлым, ещё влажный волосам.
— Хорошо, — он пожал плечами. — Помнишь мы говорили про пепельную хворь? Как видишь, пятно растет и довольно быстро. Оставив тебя у Арчибальда, я отправился к Леонтию. Это еще один алхимик, который обещал мне лекарство. Так вот он и рассказал, что на Рэдлендских островах есть артефакт, способный меня вылечить. Но использовать его может только опаленная. Других, кроме тебя, я не знал.
— Да и зачем далеко ходить, да? — я пнула подвернувшийся под ногу камешек.
— Увидев меня в башне алхимика, ты сама решила, что я Рафаэль. А я решил до поры тебя не разочаровывать. Только Мышка… — его голос вдруг стал ниже, а взгляд проникновеннее. — Про влюблённость я не шутил.
Я закатила глаза.
— Ой не надо мне лапшу на уши вешать!
Судя по его лицу, Дамиан моего речевого оборота не понял. Видимо, лапша тут была не сильно популярна.
— В любом случае, — продолжила я. — Артефакт-то погребен под камнями. До него теперь не добраться.
Дамиан смотрел куда-то поверх моего плеча. Я обернулась. Под самым потолком, чуть сужающимся кверху, оказались небольшие отверстия. И сейчас сквозь них проникал свет луны. Лучи касались каменного пола совсем близко от мертвого дракона.
— Ты говорила, что нужно дождаться полнолуния, — заметил наемник и, пройдя мимо меня, снова остановился перед драконом.
— Так сказала Мграха, она что-то вроде жрицы у тагосов, — я подошла ближе и тоже остановилась рядом с Дамианом.
— Возможно, красный камень наверху — не тот артефакт, что нам нужен, — озвучил он мысли.
У меня по спине снова поползли мурашки. Дернув плечами, чтобы сбросить это чувство, я подошла вплотную к дракону и, вытянув руку, коснулась металлической морды. На ощупь она оказалась теплой. И на этот раз меня это не удивило.
— Дамиан, — я убрала руку и обернулась к своему спутнику. — А зачем далусы пришли в это святилище?
— У них есть легенда, что однажды тагосы попытаются возродить драконов. А остановит их Серебряный воин.
Я задумчиво обхватила подбородок ладонью. Серебряный воин — это, очевидно, Дамиан. Поэтому они привели его в святилище.
— Тагосы лишь хотят защитить себя, — заметила я.
— Далусы говорят то же самое, — Дамиан пожал плечами.
— Но мы здесь из-за них, — возразила я. — Они напали первыми. Не только сегодня, но ещё и вчера ночью. Да и не надо забывать, что три из четырёх островов уже их.
— Не вижу смысла об этом спорить, — отмахнулся Дамиан. — Надо найти артефакт.
Меня накрыла новая волна злости. Этот мерзавец так говорил, словно ни секунды не сомневался — я ему помогу. Как верная собачонка, брошусь искать артефакт и принесу в зубах.
— Знаешь что? — я уперла руки в бока. — Тебе надо, ты и ищи.
Дамиан подошел ко мне ближе.
— Мышка, — его голос снова стал низким и чуть бархатистым. — Хочешь меня ударить?
— Очень хочу, — призналась я.
В зеленых глазах забегали огоньки.
— Давай, сделай уже это, — он чуть вздернул подбородок.
— Ты серьезно? — я замялась.
— Абсолютно, — на его губах мелькнула улыбка. — Дай мне пощечину, и будем двигаться дальше.
Его наглая самоуверенность действовала, как красная тряпка на быка. Но даже чувствуя, как все внутри клокочет, я усомнилась, что смогу. Нет, влепить ему затрещину хотелось. Очень хотелось. Но я, во-первых, никогда этого не делала. А во-вторых, мне всегда казалось, что такие вещи должны случаться спонтанно, а не по договоренности.
— Чего ты трусишь? — он уже почти смеялся. — Ну же, давай!
— Сволочь ты, — отвернулась и пробурчала: — Еще руки марать.
Дамиан положил широкую ладонь мне на талию и легко развернул к себе. Этого маленького жеста хватило, чтобы чаша моего терпения, наконец, переполнилась. Сама не знаю как, но я занесла руку и двинула со всего размаху.
Дамиан проявил чудеса ловкости. Перехватил мою ладонь левой рукой и при этом успел прижать к себе правой. Прежде, чем я опомнилась, его мягкие губы коснулись моих.
В моей голове запульсировало. Пол из-ног начал уходить, будто меня настигло очередное землетрясение. Но вместо дрожи, тело охватил жар.
Поцелуй стал глубоким и жадным, словно Дамиан стремился подчинить и поглотить меня. Я уперлась левой ладонью ему в грудь, но оттолкнуть так и не смогла. То ли он был настолько силен, то ли мое тело окончательно превратилось в кисель.
В ту минуту я ненавидела его, но одновременно боялась, что он меня отпустит. И тогда я упаду в пропасть.
Дамиан не отпускал. Его руки касались меня в неположенных местах, и я чувствовала, как меня все больше разрывает на части. Я хотела бежать, и я хотела остаться. Я ненавидела его, и я хотела ему принадлежать.
И кто знает, какая сторона одержала бы верх, если бы за нашими спинами не раздался скрежет. Мы оба вздрогнули, но так и не разомкнув объятий, посмотрели на лежащего дракона.
Увлеченные разговором и тем, что за ним последовало, мы должно быть, потеряли счет времени. Луна успела подняться выше и теперь освещала дракона целиком. Его металлическое тело серебрилось, как драгоценное. Но главное — это глаза.
Сейчас они были открыты. И в каждой из глазниц лежало по синему камню размером с крупное яйцо. Сомневаюсь, что хоть одна сокровищница мира видела такие сапфиры.
Отлепившись друг от друга, мы с Дамианом приблизились к статуе почти одновременно.
— Думаешь, это оно? — спросила я, переходя на благоговейный шепот.
— Должно быть.
Снова не сговариваясь, мы вытянули руки. Я коснулась одного драконьего глаза, а Дамиан другого.
Гигантский сапфир легко выпал из глазницы и лег мне на ладонь. Свет луны играл на его гранях, и я невольно залюбовалась. Камень гипнотизировал так, что невозможно было отвести взгляд. И чем дольше я всматривалась, тем больше мне казалось, что
