чтобы розовый кончик полетел в дар вулкану! Но наноиды не дали этого сделать — представитель Америки успел отдать пас.
Шакко взвыла от разочарования, когда её оружие тоже ударилось о невидимую преграду. Американец-амбал успел отдать пас, потом проскользнул под Малышом и изящным, почти танцевальным пируэтом, влепил шар в «девятку». Малыш промахнулся, пытаясь поймать воздух.
В центре алого солнца зажглась цифра один. Нас размочили…
— Какой же прекрасный проход! — раздался голос господина Абэ. — Это превосходная игра! Она захватывает и увлекает! Какой эмоциональный подъем! Какие финты и перехваты! Такого не увидишь в обыкновенном спорте! Наш спорт уже обильно полит кровью! И да, наша японская команда получила первую цифру на табло! Что же, нет в этом мире совершенства! Но, посмотрим дальше! Начали!
Шар на этот раз оказался ближе к американским воротам. Амбал тут же подхватил его и рванул к нам. Он явно не собирался просто так сдаваться. Ну а нам сдаваться тоже смысла не было. Американцев осталось лишь двое, но на нашем флаге, как на их, тоже красовалась цифра один.
Что же, нам оставалось только принять бой!
Кацуми оказалась на пути гиганта и попыталась ударить того ловушкой, но он легко отбил удар и в ответ махнул ловушкой. Когтистая лапа ударила по шлему моей невесты и…
Она покачнулась!
Кацуми попыталась восстановить равновесие, но её всё больше и больше клонило назад. Ещё немного и…
Мне некогда было раздумывать. Я рванул вперёд, разрезая воздух будто ножом.
— Держись! — выкрикнул я, подлетая ближе. — Еще немного!
Она всё-таки соскользнула, но я успел схватить её за руку. Дисколеты тут же начало клонить вниз. Они явно не были рассчитаны на двойной вес.
— Пусти! Пусти, Изаму! Оба же погибнем! — крикнула Кацуми, когда оценила всю бедственность ситуации.
— Держись, сейчас дотянем до края и там сброшу! — рычал я сквозь зубы, мысленно умоляя дисколеты продержаться чуть больше.
— Какой накал страстей! Дотянет или нет? Я уверен, что сейчас все болельщики кричат: «Брось! Брось! Брось!» — раздался голос господина Абэ.
— Да вот хрен вам по глупой роже! — проорал я и заставил дисколеты круто пойти вниз.
Они перекувырнулись, а я, крутанув сальто и поймав инерцию, подбросил Кацуми в сторону края кратера. Она ласточкой пролетела расстояние и… ей не хватало всего пары метров, чтобы дотянуть до твердой поверхности!
Я бросился вперёд, уже в полете осознавая, что это бесполезно. Что вот сейчас моя Кацуми упадет вниз и никакой костюм не поможет справиться с раскаленными камнями. Что сейчас я лишусь того дорогого, что приобрел в этом мире…
Секунды растянулись в минуты, а минуты в часы. Я видел, как Кацуми падала. Она успела развернуться в воздухе и её лицевой щиток повернулся ко мне. Она словно пыталась в последний миг увидеть меня и с этим образом умереть.
— Кацуми!!! — вырвался из горла крик.
Ни Шакко, ни Малыш не успевали. Да им и не до нас было — они вели бой с гигантом наверху.
— Изаму… — я был уверен, что она произнесла моё имя, когда падала.
Я рвал жилы, напрягал все характеристики костюма, но всё равно не успевал! Не успевал!!!
Но стоило Кацуми коснуться лавы, как из неё вырвался огненный шар, похожий по размеру на баскетбольный. Этот шар ударил Кацуми в живот, отбросив её на три метра в сторону, и отлетел к зависшему возле своих ворот второму американцу.
Причем отлетел со скоростью пули, оставив за собой только дымный след. На миг показалось, что в центре летящего снаряда я смог разглядеть лицо хохочущей старухи. Огненный шар влетел в грудь ошалевшего от такой неожиданности бойца и смел его с парящих дисколетов.
Он замахал руками, но устоять не смог. С громким криком он полетел вниз, а вот Кацуми… Кацуми упала на край кратера, зацепилась, подтянулась и перевалилась через него. Она тут же вскочила на ноги, но летать было не на чем, поэтому просто выставила в мою сторону оттопыренный большой палец, словно говоря, что с ней всё в порядке.
Огненный шар подлетел к небу, а потом рухнул вниз с мерзким старушечьим хихиканьем. Как будто внутри шара находилась свора гиен и теперь эти гиены спешили вниз, разорвать свою жертву на мелкие части.
Светящийся мяч растворился в ловушке американского гиганта. И как раз вовремя — он только-только хотел нанести сокрушающий удар по черепушке Малыша. Даже зная крепость головы своего друга, я не был вполне уверен, что он выдержит этот удар.
Но, мяч растаял, а вместе с ним растаяла возможность бить других игроков. И это означало только одно — мы победили!
Дисколеты американца развернулись и понесли его в сторону звездно-полосатого флага. Там сбросили его на камни и снова превратились в шары. То же самое произошло и с нашими дисколетами. Мы опустились возле своего флага, на котором продолжала светиться цифра «Один», как и у американцев. Вот только на нашем берегу всё ещё стояло четверо участников, а на местах под другими флагами находилось по одному человеку.
— Как ты себя чувствуешь, Кацуми-тян? — тут же бросился я к своей невесте.
— Всё в порядке, костюм смягчил удар, но… Что это за шар? Что это было? — спросила она.
— Я не знаю, — помотал я головой. — Сам подобное вижу впервые.
— Это была Убагаби, — проговорила Шакко. — Я узнала её смех…
— Откуда тебе знать её? — хмуро пробурчал Малыш.
— Потому что я тоже некоторым образам принадлежу к огненным ёкаям, — парировала Шакко. — Вот и услышала её смех. Но почему она помогла нам, и повернула против американцев? Странно…
— Поздравляем победителей первого соревнования Черных Игр! — из лавы вновь возникло голова господина Абэ. — Благодаря своей доблести и отваге они доказали право двигаться дальше. А мы, дорогие друзья, сейчас сделаем выбор и дадим шанс продолжить игру тому, кто этого достоин больше всего на ваш взгляд. Делайте ваши ставки, господа, голосуйте! Голосуйте и… Раз! Два!! Три!!!
Мы оглядывались по сторонам в ожидании какой-нибудь очередной подлянки, и она не преминула случиться. Только не с нами, а с норвежцем и испанцем. Позади них вылетели из камней щупальца, которые моментально окольцевали фигуры по поясу, а потом швырнули их точно в центр кратера.
Дикий визг раздался над вулканом, когда двое преступников упали в жерло и начали погружаться в бурлящую массу. Кацуми
