– Трансформурр!
Тишина. Керамир осторожно открыл один глаз, потом второй. Ничего не произошло.
Браслеты по-прежнему оставались на его запястьях. Керамир снова зажмурился, приподнял посох, произнес:
– Трансформурр! – и легонько стукнул посохом о землю.
На этот раз сработало. Раздался хлопок, и Керамир почувствовал, как его голову неудержимо тянет вперед. Он открыл глаза, увидел стремительно приближающуюся землю и в ужасе зажмурился.
Но ничего страшного не случилось. Керамир почувствовал легкий тычок, в голове загудело и падение прекратилось. Тогда Керамир решился посмотреть, что произошло.
Открыв глаза, он обнаружил, что стоит в раскорячку, согнувшись под прямым углом над зеленой лужайкой. Голова его была прочно зафиксирована в одном положении, примерно в полутора локтях от земли, и как ни старался Керамир, ему не удавалось ни разогнуться, ни согнуться, ни повернуть голову. Пытаясь освоиться с новым положением, он обратил внимание на две симметричные тени, располагавшиеся по бокам головы. Поднапрягшись, Керамир скосил глаза сначала в одну сторону, затем в другую. Увиденное его потрясло.
Это были рога. Огромные воловьи рога, которые росли прямо из его головы. Именно они неудержимо тянули керамирову голову к земле. А причиной неподвижности Керамира было то, что острия рогов на добрый локоть вонзились в землю. При этом они остановили падение, но прочно застряли в земле. Рога держали Керамира железной хваткой, не позволяя ему пошевелиться. Керамир сделал несколько бесплодных попыток освободиться, суча ногами и пытаясь упереться руками в землю, но добился лишь того, что рога ушли в землю еще глубже.
Выбора не было. Приходилось снова воспользоваться посохом. Керамир вздохнул, повернул посох поудобнее, произнес:
– Трансформурр! – и легонько стукнул посохом по рогам.
Хлоп! Рога исчезли, и Керамир, потеряв равновесие, рухнул плашмя на землю, пребольно ударившись носом. Поднявшись, он инстинктивно потянулся, чтобы потереть ушибленный нос и едва не завизжал от ужаса.
Прямо перед его лицом колыхалось нечто невообразимо большое и уродливое. Вращая глазами и вертя головой, Керамир разглядел огромный морщинистый хобот, извивавшийся во все стороны наподобие гигантской змеи.
"Час от часу не легче!" – подумал Керамир, пытаясь справиться с хоботом. Наконец ему удалось обуздать непокорный орган, свернув его колечком.
"Да что же это за наказание!" – Керамир едва не заплакал. Чтобы как-то утешиться, он вытянул хобот, сорвал пару слив с дерева и сжевал их. Сливы были невыразимо кислые, и у Керамира на глазах выступили слезы.
Керамир не на шутку разозлился. Он схватил посох и изо всех сил швырнул его о землю.
Раздался треск. Посох выбросил сноп ослепительно белых искр, и Керамир обнаружил, что проклятые браслеты наконец-то исчезли. Он осторожно ощупал голову. Рогов не было. Керамир скосил глаза. Нос оставался нормальных размеров.
Керамир радостно вздохнул и без сил повалился на скамейку.
Но отдохнуть ему так и не удалось.
Почти сразу же к нему на лавочку подсела пара молодых людей. Оба были одеты одинаково и очень аккуратно – рубашки сияли белоснежной чистотой, а штаны были тщательно выглажены. Единственное, что смутило Керамира – это странные полотняные полоски на шее, похожие на рыбий хвост диковинной павлиньей расцветки.
Таких в Семимедье не носили. Подумав, Керамир пришел к выводу, что рыбий хвост – это знак особой власти, а молодые люди – местные сборщики налогов. "Ну не дают им покою мои монеты!" – горько подумал он.
Один из молодых людей, у которого рыбий хвост был побольше и ярче – видимо, старший, вежливо обратился к Керамиру:
– Вы позволите задать вам вопрос?
Керамир, знавший по опыту, что чем вежливее сборщик налогов, тем дороже это обходится путнику, пригорюнился, но постарался придать лицу беззаботное выражение и ответил:
– Спрашивай, о почтенный мытарь. Чем бедный странник может успокоить твое сердце?
– Вы, наверное, прибыли издалека? – спросил рыбий хвост участливо.
– Вообще-то я живу в другом городе, – ответил Керамир уклончиво. Он подозревал, что мытарь хочет получить с него плату за переход границы. – Но уверяю тебя, почтеннейший страж, сюда я попал не по своей воле.
– О, я не хотел вас обидеть, – поспешно сказал рыбий хвост. – Просто вы одеты не по-столичному, небогато…
"Надо дать им понять, что у меня ничего нет" – догадался Керамир.
– Я бедный человек, – сказал он как можно жалостливее. – Долгие годы живу в нужде. У меня нет за душой ни единого сантима…
Рыбий хвост, казалось, обрадовался этим словам.
– Люди часто думают, что они бедны, – сказал он торжественно. – Но на самом деле это неправда. У каждого из них есть огромное богатство.
"Эти люди не промах, – подумал Керамир. – Им известно многое. Уж не на сундук ли с серебром, спрятанный в погребе, он намекает?" – Люди часто прячут свое богатство так далеко, что сами забывают о нем, – продолжал рыбий хвост. – Вам известна притча о талантах?
Керамир, изо все сил пытавшийся понять, к чему клонит мытарь, отрицательно помотал головой.
Тогда молодой человек с большим выражением поведал ему притчу о двух братьях, один из которых зарыл золотые монеты в землю и разорился, а второй пустил золото в рост, нажив при этом, особенно не напрягаясь и ничего полезного не производя, целую кучу денег.
Керамиру эта история была известна в несколько ином виде. В Полусреднем мире имела большое хождение притча о двух гномах, нашедших купеческий клад.
Притча повествовала о некоем купце, долгое время путешествовавшем по миру, и скопившем изрядное состояние. Наибольшую ценность представляли несколько сотен редкостных золотых монет с изображением тигра, так называемых тигриков. Купец, совершавший очередной торговый вояж, ночью заблудился в темноте, отбился от каравана и потерялся в лесу. Пытаясь побыстрее выбраться из ночного леса, он пустил лошадь вскачь по глухой лесной дороге. Вскоре лошадь попала копытом в яму, купец свалился с лошади и свернул себе шею. Мешок с золотом остался лежать посреди дороги.
Примерно в это же время по той же дороге шли два гнома, возвращавшихся с ярмарки.
На пустынной лесной тропе они наткнулись на мешок с золотом. Не найдя хозяина мешка, гномы разделили золото между собой. Дальше их пути разошлись.
Первый гном, вернувшись домой, зарыл найденное золото в огороде, и спокойно лег спать. Второй же, решив пустить находку в рост, отправился обратно в город. По дороге на него напали разбойники, жестоко избили, и отобрав золото, оставили лежать без чувств на лесной дороге. Ехавший по этой же дороге купеческий караван, обнаружив бесчувственного гнома, подобрал его и отвез в город, в ближайший трактир. Когда гнома положили на лавку, из его кармана выпала монета. Пораженные купцы узнали в ней золотой тигрик из клада своего товарища. Утром в придорожных кустах обнаружили тело купца со свернутой шеей. Гном был немедленно схвачен, подвергнут жесточайшим пыткам и спустя неделю повешен на Рыночной площади при большом стечении народа по обвинению в убийстве купца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
