другого мага, во всяком случае. Ты именно такая, какой значишься в бумагах… за исключением того, что связано с твоей магией. Твоя ситуация невероятно запутана, Алексис. – Он чуть сдвинулся, изучая меня. – Ты живешь за чертой бедности, выполняешь случайную работу, не требующую никаких навыков. Твой ветхий домишко достался тебе от матери, которая купила его вскоре после твоего рождения. Она могла бы выжить, будь ей доступно лечение. Ты радостно окопалась в худшей части города. Как будто ты
хочешь постоянно бороться. Ты трудолюбивый и обстоятельный работник – это признают даже чеширы – но ты никогда не стремилась к большему. Почему?
Губы мои шевельнулись, но изо рта не вырвалось ни звука. Он здесь, потому что преследует меня – и проделал чертовски большую работу за столь короткий период.
Его пристальный взгляд не отрывался от моих глаз, как будто мы были единственными людьми в этой комнате, и ничто, кроме разве что конца света, не могло отвлечь его. Жаль, очень жаль.
– Откуда ты все это знаешь? – выдавила я наконец.
Он слегка нахмурился:
– Мы ведем учет магов. Тебе должно быть это известно. У тех, у кого уровень силы выше среднего, досье обычно обширные, и им настоятельно рекомендуется жить в пределах магических зон. Но в твоем случае… есть несколько записей о твоих способностях и уровне твоей силы. И ни одна из этих записей не точна. Даже отдаленно. То, что говорится в твоем досье о твоем таланте, просто смешно. Смешно и нелепо. Плохие отчеты – еще один твой… непостижимый аспект.
И ничего не непостижимый. Просто мне не нравится, когда посторонние суют нос в мои дела, так что когда низшие сотрудники магистрата подвергали меня рутинным проверкам, я малость изменяла свою магию, нарушая работу их оборудования.
Моя магия бесполезна для общества в целом, зато очень полезна для меня.
Прижав ладонь к груди, я отступила на шаг:
– Мои силы отнюдь не выше среднего уровня – это не-магическое место ввело тебя в заблуждение. Я не стремлюсь к большему, потому что все работы, которые я могу выполнить, уже выполняют те, у кого больше опыта. Найди какой-нибудь другой объект преследования. Мне хорошо там, где я есть. – Я перевела дыхание и расправила плечи. Держаться заносчиво получается куда лучше, если сохраняешь хотя бы видимость уверенности. – А теперь, если не возражаешь, свали с моего стула.
Наши взгляды встретились – и сцепились намертво, и расстояние между нами исчезло, остались лишь он и я; его сила, его энергия омывали мое тело океанской волной. В баре воцарилась тишина, и я краем глаза заметила, что многие смотрят в нашу сторону.
Ноги мои тряслись, но я устояла – и выдержала его взгляд. Наконец губы его тронула улыбка, а в глазах вспыхнул огонь.
– Конечно, если ты этого хочешь.
Он не спеша поднес ко рту бокал и осушил его. Тихо звякнуло стекло о деревянную стойку. Мужчина встал, по-прежнему неторопливо, и выпрямился во весь свой немалый рост – да, он был выше меня по меньшей мере на пять дюймов.
Он шагнул ближе. Тело его оказалось всего в нескольких дюймах от моего тела. Кожу обдало жаром и искрами электричества; сердце сгорало дотла. Его сладостное дыхание коснулось моего лица, и мне потребовались все силы, чтобы не отпрянуть. Нет, не все. Еще больше сил уходило на то, чтобы не сократить дистанцию, не провести руками по его груди, на ощупь исследуя те четко очерченные мускулы, на которые рубашка лишь намекала.
Мне не хватало воздуха. Я уже не купалась в волнах сексуальной магии, я тонула в них, не нуждаясь в спасательном плоту. Что-то в нем взывало ко мне. Что-то гладкое, шелковистое, роскошное. Декадентское. Как потрясающий шоколад из лучших ингредиентов. Мне хотелось попробовать. Испытать.
Позволить ему отвести меня домой, сорвать с меня одежду – и пускай он покажет мне, насколько силен на самом деле.
– До новых встреч, Алексис.
Он медленно наклонился, и я вдруг испугалась, что он попытается меня поцеловать.
А я ему позволю.
Но он развернулся и стремительно, хотя и недостаточно быстро, проскользнул мимо меня, направившись к двери.
– Высокомерный хрен, – буркнул седой старик, потянувшись за выпивкой.
– Да, – обессиленная, я оперлась о стойку. – Так и есть. Таких вещей обычно не говоришь людям, которых едва знаешь. Даже если обладаешь магией, заставляющей их захотеть все это услышать…
– Он опасен. Держись от него подальше, – сказал мужчина с жидкими волосами, сидящий по ту сторону моего только что освободившегося стула. На стойке перед ним ничего не было. – От общения с таким человеком не жди ничего хорошего. Мне ли не знать; я и сам был когда-то таким же. Молодым и сильным, и весь мир лежал передо мной…
– Ох, да сколько ж можно, – сутулый старик отвернулся к бару.
– Женщины хотели меня, а мужчины хотели быть мной. Я был в своей стихии. Ничто не могло сломить меня…
– И все же ты здесь, – я подхватила свой стул. – Очевидно, где-то ты свернул не туда.
Старик хихикнул, а Лиам уставился на меня с другого конца стойки.
Стиснув зубы, я вскинула стул на плечо и потащила его на законное место.
– Браво, – уронил Лиам.
Я отодвинула хромоногое недоразумение, поставила свой стул и со вздохом уселась на него.
– Браво, – повторил Лиам. – Не позволяй этому ублюдку тебя запугать.
– Или, по крайней мере, не показывай, что он тебя пугает, так?
Я сделала большой глоток дожидающегося меня «Гиннесса».
Мик прорычал что-то, потянулся за своим пивом, а секунду спустя попросил:
– Плес-сни мне вис-ски, лады, Лиам?
Однако Лиам проигнорировал Мика.
– Эти могущественные магические типы только и делают, что учат других жить да кичатся своим положением, – сказал он. – Им плевать, что это не их территория. Они приходят сюда и командуют, будто они тут хозяева. А это не так.
– Нет, не так. Так выпьем за это.
Я отсалютовала бармену кружкой и поднесла ее к губам, стараясь не проглотить все разом. Удалось это только наполовину.
– И в следующий раз, когда увидишь его, просто продолжай ставить его на место, Алексис. – Сегодня Лиам был как никогда разговорчив. – Закон на твоей стороне. Если он попытается сделать что-то, что тебе не нравится, не бойся, найди ближайшего копа. Они с ним разберутся.
– Это… здорово, спасибо, – пробормотала я, сильно сомневаясь, что какой-либо низкооплачиваемый полицейский зоны двойного сообщества захочет связываться с подобным парнем.
– Потому что когда такие типы чуют запах чего-то, что им хочется, они не останавливаются, пока не получат желаемое. Я уже
