Мора задумалась на мгновение:
— Это мог быть только человек. Кьема не могут ничего делать с барьером, созданным Святыми.
— Другими словами, есть человек, что служит Маджину, — сказал Адлет, но Мора покачала головой.
— Не похоже, что ему может служить человек. Если Маджин пробудился полностью, он уничтожит всех людей. Никто не станет помогать ему, какой бы ни была причина.
— Значит, по крайней мере, это кто-то из нас, — сказал Адлет.
— Фреми — враг. Почему вы не понимаете этого? — спросила Чамо, возмущаясь.
— Это все еще не доказано. Я верю, что Фреми — наш товарищ.
— Но из всех людей только Фреми может служить Маджину, — раскачивала голову Мора.
— Не только, — возразил Адлет. — Кьема похищают многих людей и могут их принуждать. Вряд ли кто-то сможет им сопротивляться. Так что тут могут быть замешаны люди, что выполняют приказы Кьема.
— …Я поняла, Адлет. Ты хочешь, чтобы мы не теряли бдительность, — сказала Мора.
— …Некоторое время, — внезапно заговорила Фреми. Все ошарашено обернулись на нее. — Мора комментировала разные вещи, но где была правда в ее словах?
Мора уставилась на Фреми.
— Я не говорю неправду. Все, что я сказала, это безошибочные факты.
— Я не об этом. Боюсь, нет доказательств, что ты искренна.
Мора молчала.
— Я не самозванец… и не седьмая. Это кто-то среди вас шестерых. Как по мне, то Мора тоже лишь подозреваемая. Ты говорила, что тот, кто активировал барьер, должен умереть, чтобы барьер развеять. Ты отметила и то, что Кьема не могут его активировать, но нет гарантий, что все остальное — правда.
Мора колебалась, и Адлет чувствовал, что его уверенность расшатывается. Личность Моры была всем известна, потому он не подозревал ее. Но и Фреми была права; не было гарантий, что он не лжет.
— …Фреми-сан, я думаю, Мора говорила правду, — сказала Нашетания.
— Да, Чамо тоже так думает.
— Хорошо. Но вы не должны забывать, что один из нас враг, один из нас врет.
— Фреми-сан. Прямо сейчас самая подозрительная здесь ты, — сказала Нашетания.
— Я не седьмая. Это все, что я могу сейчас сказать.
— Ладно, тогда кто седьмой? — на вопрос Голдофа Фреми не ответила.
Медленно страх того, что самозванец среди них, сковывал их тела. Один из них был врагом и врал. Даже если кто-то скажет что-то обычное, его придется подозревать. И если Адлет скажет что-нибудь беспечное, то и он может попасть под подозрение. Он должен был оставаться осторожным, чтобы не дать сбить себя с толку, не попасть под подозрение или не соврать во спасение.
Чамо вмешалась в разговор.
— Эй, все это уже надоело Чамо. Могу я уже убить Фреми?
— Опять?
Хоть она и была ребенком, но Чамо раздражала Адлета.
— Мы уже столько раз об этом говорили: если самозванец не Фреми, то кто тогда? И потом, она вполне могла активировать барьер. Так что Верзила, переломи ей шею ради меня?
Голдоф покачал головой.
— Чамо-сан, Фреми была вместе с принцессой и мной, когда барьер появился. Если она и самозванец, активировала барьер не она.
— Хорошо. Вытащим из нее информацию пыткой. Хотя для Чамо такое будет впервые, Чамо постарается.
Чамо коснулась верхушки лисохвоста губами, и холод пробежал по спине Адлета. Он не знал, как она использует эту травинку, но он чувствовал, что ее сила ужасна.
— Стой! Стоп! — прокричал Адлет, хватаясь за меч.
— Пы… пытка? Ты не можешь этого сделать. Голдоф, останови Чамо-сан, — приказала Нашетания, но Голдоф колебался.
— Принцесса, это ради вашей защиты. Адлет, выведи ее на улицу.
— Голдоф! Что ты несешь?! — кричала Нашетания, схватившись за голову. Чамо медленно приближалась к Фреми.
Мора тоже колебалась, но вмешиваться в ситуацию явно не собиралась. Она только казалась растерянной, как и Нашетания. Но в тот момент, когда Адлет решил, что пора заступиться, заговорил неожиданный голос:
— Прекратите. Я не думаю, что Фреми седьмая, — это был Ханс.
Ошеломленная таким вмешательством, Чамо вытащила стебелек изо рта.
— О чем ты, Кот-сан?
— Видимо, она слишком подозрительна.
— Это слабое оправдание.
— Нья, тогда давайте размышлять. Предположим, что Фреми — седьмая, тогда почему выжил Адлет? — спросил Ханс, но Чамо только выглядела сомневающейся. — Есил Фреми — седьмая, странно, что она не убила Адлета. У нее была возможность убить и принцессу, с которой она путешествовала. И, насколько я понял, шансов у нее было бы предостаточно.
— Это…
— Если бы собрались все семеро, для Фреми это было бы ужасно неподходящей ситуацией. Как убийца Шести Цветов, она уже под подозрением. Разве она не понимала бы, что ее будут пытать и убьют?
— Ты прав.
— Потому для Фреми было бы лучше, чтобы мы не смогли собраться. Несмотря на это, как уже говорил Адлет, она не помешала этому. Если Фреми — седьмая, тогда что ей нужно?
— …В этом есть смысл. Если Фреми — враг, то она совершила слишком много ненужных действий, — сказала Мора.
— Ну… может, и так, — тоже согласилась Нашетания.
Адлет с облегчением выдохнул.
— Но это не меняет факта, что Фреми — самая подозрительная.
— Что ж, и это верно, но если она хотела бы убрать всех нас, думаю, она поступала бы куда умнее?
Чамо с грустью смотрела на стебелек лисохвоста в руках.
— Так Чамо нельзя ее пытать?
— Нья, с этого момента — нельзя.
— Впервые столько людей указывают Чамо, — помрачнев, Чамо замолкла. Похоже, временно опасность отступила.
— Так что нам теперь делать? — спросила Мора, приободрившись после отмены пыток. Они так долго говорили, но так и не пришли к результату.
Внезапно Нашетания прижала руку ко лбу и осела на пол, скорчившись.
— Принцесса! — Голдоф выпустил Фреми и подбежал к Нашетании, а цепи Фреми перехватил Ханс.
— Все в порядке… Просто немного кружится голова… — сказала Нашетания и попыталась встать.
— Сиди. Не заставляй себя, — сказал Адлет.
Нашетания опустилась на колени, не отнимая руку ото лба. Голдоф сел рядом с ней, придерживая ее. Она была бледной, словно очень сильно устала. Даже после первого сражения с Кьема она не выглядела такой истощенной.
Она была отличным воином, но она росла в роскоши, что сделало ее очень эмоционально слабой. И вся эта ситуация с поиском врага среди них была труднее, чем она могла выдержать.
— Думаю, тут ничем не поможешь. Давайте немного отдохнем, — пожала плечами Мора. Хотя времени на отдых не было, они устроили перерыв.
Нашетания доверилась Голдофу, и Адлет стоял в стороне. Мора поманила его к себе. Он послушно подошел к ней, и вместе они отошли в один из углов храма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
