— Бабушка, что мне делать, — простонала Ольга неожиданно для себя. — Я люблю его, давно люблю. Но скоро возвращается его подружка. Может, мне больше не выходить на работу? Спрятаться здесь и ждать, пока все само собой рассосется?
— А что он сам говорит? — Бабушка погладила внучку по голове, улыбнулась ей.
— Говорит, что больше ее не любит, — призналась Ольга, — и что я ему очень дорога. Но его бывшая девушка такая красивая! Неправдоподобно красивая, таких красавиц на свете просто не бывает! От нее глаз не оторвать, разве он сможет порвать с ней отношения, когда она вновь появится перед ним?
— Ну, глупая, — засмеялась бабуля, — так, получается, ты его любишь, но не веришь ему?
— Почему — не верю? — удивилась Ольга. — Верю, конечно. Он хороший — нет, — он самый лучший!
— Но тогда почему же ты расстраиваешься и боишься, если он говорит, что ты ему дорога, а отношения с другой девушкой давно закончены?
Ольга задумалась. А ведь и верно, надо выбирать. Если верить Федору, то до конца. А не верить — так и встречаться с ним не надо. Потому что работать рядом с ним, разговаривать, иногда оставаться у него на ночь и одновременно терзаться сомнениями невозможно. Если она и дальше будет продолжать в том же духе, скоро превратится в истеричку. Довольно сомнений! Через неделю приезжает Галина, скоро, наконец, раскроется сердечная тайна Федора. Кого он выберет из них двоих? Кого он любит на самом деле?
— Была бы умнее, давно бы окрутила парня и вышла за него замуж, — сообщила мать, заглянув в комнату.
Ольга и не заметила, что она подслушивала.
— У него же отдельная квартира? — Взгляд матери хищно вперился в дочь. — Так вот, жила бы сейчас себе там и в ус не дула: ты — законная жена, и наплевать, кто там приезжает!
— Мама, — взмолилась Оля, — тебе лишь бы квартира была, да?
— А что? — Мать пожала плечами. — Это самое главное…
Бабушка опустила глаза, тяжело вздохнула. Она еще немного посидела с внучкой, пока та не заснула.
Ночью Ольгу мучили кошмары. Даже проснувшись, она долго не могла отойти ото сна. Щеки ее были мокрыми. Ольга перевернулась на бок и с содроганием начала вспоминать о том, что ее так расстроило. Разумеется, сон был связан с Галиной и Федором. Сначала Ольга заново пережила ту любовную сцену, которую наблюдала в студии фотографа. Потом вдруг все изменилось: Галина прервала поцелуй и повернула голову в сторону Ольги.
— Подглядываешь? — ухмыльнулась она. — Ну смотри, смотри, ведь ничего другого тебе больше не остается…
Федор тоже взглянул на Ольгу, расхохотался и принялся нежно целовать Галину, приговаривая, как он соскучился без нее…
Ольга поняла, что не в силах идти на работу. Она позвонила шефу, сказала, что заболела и будет отлеживаться дома. После нескольких немецких слов, которые, очевидно, должны были обозначать ругательства или по меньшей мере недовольство по этому поводу, шеф разрешил Ольге не появляться в агентстве, пока она не выздоровеет.
Ближе к обеду раздался звонок. Бабушка сообщила; что звонит Федор. Ольге пришлось подняться с кровати и подойти к телефону.
— Да? — сказала она чужим голосом.
— Оль, это ты? Что случилось? Ты в порядке? Я волнуюсь, тебя нет на работе, — зачастил Федор.
— Все в порядке, — сухо обронила Ольга, — я просто не очень хорошо себя чувствую.
— Мне приехать?
— Не стоит. Спасибо, что позвонил. — Она положила трубку.
Заливаясь слезами, Ольга прошла в свою комнату и упала на постель. Зачем он спросил, приехать ли ему? Он должен был приехать, не спрашивая об этом! Если спросил, значит, ему не хочется обременять себя и он надеялся, что она откажется…
Ольга втайне рассчитывала, что Федор перезвонит или даже подъедет, чтобы разобраться, что с ней случилось. Но этого не произошло. Она весь день провалялась в кровати, но никто больше не звонил, никто не изъявил желания ее посетить.
На следующее утро она проснулась в глубокой апатии. Ей было наплевать на все. Бабушка приносила внучке в комнату еду, иногда Ольга ковырялась вилкой в тарелках, но чаще всего полные тарелки бабушка уносила обратно.
Пять дней девушка жалела себя и оплакивала свою несостоявшуюся любовь. Федор не давал о себе знать, и она четко поняла, что все, что с ними происходило, — это фарс. Фальшивка. Он ею воспользовался, а затем выбросил, как ненужную игрушку. Наверное, его подружка уже приехала, и он с ней развлекается, а про Ольгу совсем забыл. Она страдала, целыми днями глядела в потолок и вспоминала Федора — его глаза, волосы, руки… Вспоминала любовь в парке, когда ей казалось, что она улетает к небу, думала о фотографиях, которые он делал, о том, как он возился с ней… Потом рыдала в измочаленную страданиями подушку и целыми днями практически не выходила из комнаты. «Все кончено, — крутилось в ее голове, — ничего больше не будет. Не надо было доверяться ему и надеяться. Я не могу ни на что рассчитывать, потому что никому не нужна. Он просто воспользовался мной, обманул меня, а я еще хотела услышать от него слова любви? Наивная дура!»
Наконец, на шестой день появилась бабушка — впервые без подноса — и уселась рядом с Ольгой на краешек кровати.
— Если ты не будешь за него бороться, значит, это не любовь, — вздохнула она без всяких предисловий. — Вот, помню, я в свое время…
— Ба, — перебила ее Ольга, — но я и так уже потеряла себя, я полностью растворилась в нем. Разве это не унижение? Он позвонил мне всего раз и с тех пор больше мной не интересуется. Не говоря уж о том, что ни разу не навестил меня. Разве это не свидетельство его пренебрежения? Я замещала его любовницу, пока ее не было. Теперь же, когда она приезжает, я ему не нужна! И еще мне кажется, он мне лгал. Наверняка он с ней созванивался! Я была просто временным аэродромом. Теперь он отбросил меня в сторону!
— Ты считаешь его таким подлым? — удивилась бабушка. — Насколько я помню, ты несколько месяцев пела ему дифирамбы, твердила, что он самый лучший и самый желанный. Почему же твое отношение к нему так изменилось, Оленька?
— Потому что он ни разу не сказал мне, что любит меня, — выпалила Ольга. — Даже когда я призналась ему в любви, он проигнорировал услышанное. Сделал вид, будто не заметил! Ему не нужны были сложности, теперь я это понимаю. А тогда меня совершенно ослепил его внешний лоск!
— Мне кажется, ты сама не знаешь, что творишь, — рассудительно произнесла бабушка. — В тебе говорят злость и страх. Ты обижена и боишься, что Федор оказался обычным мерзавцем. Но, внучка, я скажу тебе одну вещь, которую, впрочем, уже не раз тебе говорила. Если ты его любишь, ты не должна сдаваться без боя. Не забывай, что это только твои домыслы — о том, что он продолжает любить ту девушку, которая его бросила. Из твоих слов я поняла, что ничто этого не подтверждает. У тебя слишком богатое воображение, Оля. Кроме того, я случайно слышала твой разговор с Федором по телефону. — Бабушка опустила глаза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
