– В этих краях – нет. Садовники обычно очень старые. Вы разбираетесь в садоводстве?
– И даже очень хорошо. Моя мать из тех, кто разводит сады. Особенность Англии. Она позаботилась о том, чтобы я стал для нее достойным помощником.
– А что именно происходит в Мидоубэнке, что привело вас туда?
– Собственно говоря, мы не знаем, происходит ли что-то в Мидоубэнке. Мне дали задание наблюдать и докладывать. И оно было таким – до прошлой ночи. Убийство учительницы физкультуры не вполне вписывается в школьное расписание.
– Такое случается, – сказал инспектор Келси и вздохнул. – Случиться может все и где угодно. Я это уже понял. Но признаю, что это несколько выбивается из общей картины. Что за всем этим кроется?
Адам ему рассказал. Келси слушал с интересом.
– Я недооценил эту девочку, – заметил он. – Но признайтесь, это звучит слишком фантастично, чтобы быть правдой. Драгоценности на сумму полмиллиона или миллион фунтов… Кому, вы говорите, они принадлежат?
– Очень хороший вопрос. Чтобы на него ответить, вам понадобится толпа юристов по международному праву, и то они, наверное, не придут к общему мнению. Можно приводить множество разных доводов по этому делу. Три месяца назад они принадлежали его высочеству принцу Рамата Али Юсуфу. Но теперь… Если бы они появились в Рамате, то стали бы собственностью нынешнего правительства – они бы об этом позаботились. Возможно, Али Юсуф их кому-то завещал. Тогда многое будет зависеть от того, где составлялось завещание и можно ли его подтвердить. Они могут принадлежать его семье. Но истинная суть дела в том, что, если вы или я случайно найдем их на улице и положим себе в карман, они практически будут принадлежать нам. То есть я сомневаюсь, что существует какой-то правовой механизм, который мог бы отобрать их у нас. Конечно, могут попытаться, но международное законодательство невероятно сложное…
– Вы хотите сказать, что практически кто найдет, тот и хозяин? – спросил инспектор Келси, неодобрительно покачал головой и чопорно произнес: – Это не очень хорошо.
– Нет, – твердо ответил Адам. – Это не очень хорошо. И за камнями охотится много народу. Ни один из этих людей не отличается порядочностью. Понимаете, ходят слухи. Они могут оказаться сплетнями или правдой, но говорят, что камни вывезли из Рамата перед самой заварушкой. Как это сделали – на этот счет есть десяток различных версий.
– Но почему Мидоубэнк? Из-за маленькой принцессы, которая притворяется такой тихоней?
– Принцесса Шейста – кузина Али Юсуфа. Да. Кто-нибудь может попытаться доставить товар ей или связаться с ней. Есть несколько сомнительных, с нашей точки зрения, личностей, которые ошиваются поблизости. Например, некая миссис Колински, остановившаяся в «Гранд-отеле». Весьма видный член организации, которую можно назвать «Международной компанией отбросов общества, Лтд.». Ничего по вашей части, всегда строго в рамках закона, все идеально респектабельны, но выдающиеся собиратели полезной информации. Потом есть еще женщина, которая была в Рамате, танцевала в тамошнем кабаре. Есть сведения, что она работает на некое иностранное правительство. Где она сейчас, мы не знаем и даже не знаем, как она выглядит, но прошел слух, что она может находиться в этой части света. Похоже, что центр всего этого – школа Мидоубэнк, правда? А вчера ночью убили мисс Спрингер…
Келси задумчиво кивнул.
– Настоящая каша, – заметил он, несколько мгновений борясь со своими чувствами. – Такое видишь по телевизору… и думаешь, что все это надуманно, такого не может произойти в действительности. И не происходит – при нормальном развитии событий.
– Тайные агенты, грабеж, насилие, убийство, двойная игра, – согласился Адам. – Все это нелепо, но эта сторона жизни существует.
– Но не в Мидоубэнке!
Эти слова невольно вырвались у инспектора Келси.
– Я понимаю, о чем вы, – сказал Адам. – Государственное преступление.
Воцарилось молчание, потом инспектор Келси спросил:
– Как вы считаете, что произошло вчера ночью?
Адам не спешил с ответом, потом медленно произнес:
– Спрингер пришла в спортивный павильон среди ночи. Почему? Нам надо начать с этого. Бесполезно спрашивать себя, кто ее убил, пока мы не решим, зачем она находилась там, в спортивном павильоне, в такой час ночи. Можно предположить, что, несмотря на свою безгрешную спортивную жизнь, ей не спалось, она встала, выглянула из своего окна и увидела свет в спортивном павильоне – ведь ее окно выходит на эту сторону?
Келси кивнул.
– Будучи сильной и бесстрашной молодой женщиной, она отправилась туда, чтобы посмотреть, в чем дело. Там она спугнула кого-то, кто… делал что? Мы не знаем. Но это был достаточно отчаянный человек, который ее застрелил.
Келси снова кивнул.
– Именно так мы это и рассматривали, – сказал он. – Но мне все время не давало покоя ваше последнее утверждение. Обычно людей не убивают и не приходят готовые это сделать, если только…
– Если только не охотятся за чем-то очень ценным? Согласен. Ну, это дело можно назвать делом ни о чем не подозревающей мисс Спрингер, застреленной при исполнении своих обязанностей. Но есть и другая возможность. Спрингер, получив частную информацию, устраивается на работу в Мидоубэнк, или ее подготовили к этому ее боссы, из-за ее квалификации. Она ждет подходящей ночи, затем пробирается в спортивный павильон (снова мы натыкаемся на вопрос – зачем?). Кто-то следит за ней или ждет ее, и этот кто-то носит с собой пистолет и готов пустить его в ход… Но опять – почему? Для чего? Собственно говоря, что такого в спортивном павильоне? Это не то место, где кому-то придет в голову что-то спрятать.
– Там ничего не было спрятано, я вам могу поручиться. Мы прошлись по нему мелким гребнем: шкафчики девочек, вещи мисс Спрингер. Всевозможный спортивный инвентарь, все обычное и объяснимое. И к тому же совершенно новое здание! Там не было ничего похожего на драгоценности.
– Что бы это ни было, его, конечно, могли уже забрать. Убийца мог, – сказал Адам. – Другая возможность – что спортивный павильон просто использовали как место встречи, мисс Спрингер или кто-то другой. Для этого место удобное. На значительном расстоянии от дома. Но не слишком далеко. И если бы кого-то заметили идущим туда, этот человек мог просто сказать, что увидел свет и так далее и тому подобное. Предположим, мисс Спрингер вышла, чтобы с кем-то встретиться, случилась ссора, и ее застрелили. Или, как вариант, мисс Спрингер заметила, как кто-то выходит из дома, пошла за ним и наткнулась на нечто такое, чего ей не полагалось видеть и слышать.
– Я живой ее никогда не видел, – сказал Келси, – но по тому, как о ней все отзываются, у меня возникло впечатление, что она была из тех, кто сует нос в чужие дела.
– Я считаю это наиболее вероятным объяснением, – согласился с ним Адам. – Любопытство сгубило кошку. Да, я думаю, что именно так в этом оказался замешан спортивный павильон.
– Но если это было свидание, значит… – Келси помолчал.
Адам энергично закивал:
– Да. Похоже, в школе есть человек, который заслуживает нашего пристального внимания. Кошка среди голубей фактически.
– Кошка среди голубей, – повторил Келси, пораженный этой фразой. – Мисс Рич, одна из учительниц, сегодня сказала нечто похожее.
Пару минут инспектор размышлял.
– В этом семестре в штат взяли трех новых сотрудниц, – сказал он наконец. – Шапленд, секретаршу. Бланш, учительницу французского языка. И, конечно, саму мисс Спрингер. Она мертва – и вне подозрений. Если там есть кошка среди голубей, то наиболее вероятной кандидатурой будет одна из двух других. – Инспектор посмотрел на Адама. – Есть идеи насчет кого-то из этих двоих?
Тот подумал.
– Однажды я застал мадемуазель Бланш, когда она выходила из спортивного павильона. У нее был виноватый вид, словно она делала нечто такое, чего ей делать не следовало. Все равно в целом, я думаю, я бы выбрал другую. Шапленд. Она довольно нахальная особа, и у нее есть мозги. На вашем месте я бы изучил ее прошлое… Над чем вы смеетесь, черт побери?
Келси ухмылялся.
– А она заподозрила вас, – ответил он. – Увидела, как вы выходите из спортивного павильона, и решила, что вы ведете себя странно!
– Ну, будь я проклят! – возмутился Адам. – Какая наглость!
Инспектор Келси снова заговорил авторитетным тоном:
– Дело в том, что мы в наших краях высокого мнения о Мидоубэнке. Это прекрасная школа. А мисс Булстроуд – прекрасная женщина. Чем быстрее мы сможем добраться до сути этого дела, тем лучше для школы. Мы хотим все выяснить и дать Мидоубэнку чистое карантинное свидетельство.
