многое другое. Мол, работа смертельно опасная, и я соглашусь с этим.
Вон, сколько лесорубов на кладбище покоится. Но, пока за это хорошо платят, желающие всегда найдутся. Правда, что-то я сомневаюсь, что те же Красновы имеют такие страховые фонды. Очень уж они жадные.
— Ну тогда почему бы не съездить и не поговорить, — хищно заулыбался я, найдя, чем занять остаток дня.
Оставив зомби и лесовоз, мы с Жанной поехали в администрацию города. Раз сегодня принесли письмо, то они работают.
И кстати, своих китайцев я оставил в диких землях. Лень было везти их на лесопилку, а так, пусть охотятся и очищают свои китайские земли от китайских монстров.
Администрация города встретила нас с недоумением. Мол, суббота же. Выходной. Но, сунув в лицо девушки на ресепшене бумагу с подписью от этого числа, заставил позвонить тому «гению». И он как раз был на рабочем месте, хотя не должен быть. И, судя по едва слышимому голосу из телефона у уха девушки, тот был удивлён услышав, что к нему пришли. Однако потом послышалась радость, и он повелел девушке пропустить нас.
Она же сопроводила нас до самого кабинета чиновника. Однако тот не спешил открывать… Видимо, хочет пошатнуть моё психическое состояние, чтобы я вспылил, может, перешёл на оскорбления? Хех, глупый смертный…
— Уважаемая Марго, — имя девушки было на бейджике. — Я правильно понимаю, что неуважаемый Афанасий специально заставляет нас ждать?
— Ч-что вы… вероятно, есть какая-то причина на это… — девушке было не по себе, по лицу вижу, что всё она понимает, но ничего не может сделать.
— Надеюсь, это так, потому как за такое открытое проявление неуважение к высшей аристократии, я могу вызвать его на дуэль или же подать в суд, — говорил я достаточно громко, и о чудо! Дверь волшебным образом отворилась.
Мы же не спешили входить, так как мне «срочно!» приспичило позвонить Ане.
— Саш?.. — раздался удивлённый голос. — Я думала, ты ещё на диких землях.
— Уже вернулся с хорошей добычей. Твой отец ещё там?
— Да, по плану вернётся через час. А что? — её голос существенно напрягся. Неужели напугал?
— Ну если он вдруг найдёт, где нежить, и ему будет лень ими заниматься, то я с удовольствием возьму эту ношу на себя.
— А! Вот о чём ты! Хорошо, передам. И Саш, мы тут с твоими сёстрами в магазинах… поэтому мне неудобно разговаривать и примерять очень красивый кружевной фиолетовый лифчик.
— Понял, прости, не буду отвлекать.
Завершив звонок, я спокойно вошёл в весьма небольшой кабинет. Однако тут же прищурился, чернота души человека внутри аж в глаза била. Сколько же он жизней погубил…
Но об этом потом. Подавив отображение черноты душ, кратко осмотрелся. Кабинет выглядел дорого-богато. Всё вопило о роскоши. Человек прямо упивался ею, а также демонстрацией своей важности. О чём говорили фотографии, где он жмёт руки различным патриархам родов города.
На одной из стен висела огромная карта окружающих территорий города с десятком отметок в районе лесов. Видимо, лесопилки.
За большом столом сидел среднего роста и крепкого телосложения мужчина лет сорока, с неестественно пышной шевелюрой. Выглядел он раздражённым.
Перед его столом стоял… деревянный табурет. Интересно, это он для меня поставил? Да уж, наглый тип. Или бесстрашный?
Благо для него, в углу стояло кресло, туда я и сел. Хоть и далеко от чиновника, но зрение у меня хорошее. Вот только Жанне стоять придётся… Пригласил её присесть к себе на коленки, но в итоге её спина перегородила весь обзор…
— Давайте вы ко мне, — предложила она, на что получила кивок. И… какие у неё мягкие и удобные ножки, а ещё две большие и мягкие подушки прямо за моей головой. В общем удобно и уютно, даже ругаться расхотелось.
— Вы закончили? — проворчал чиновник.
— М? Ты о чём? — с удивлением посмотрел я на него. — У тебя тут лишь одно кресло, а нас двое. Мог бы хоть диван поставить. И зачем кресло так далеко? Неудобно разговаривать.
— Тогда т… вы могли бы присесть поближе!
— Да? Если ты хочешь сказать, что ты поставил эту табуретку для патриарха рода высшей аристократии, я тебя прямо на месте казню на дуэли, — указал я на это пластиковое нечто. Даже не из дерева… Жанна тут же сделала фотографию. Умница.
Чиновник побагровел и хотел было что-то мне высказать, но каждый раз останавливал себя. Хитрый гад…
— Ой! Откуда она здесь взялась! — начал он актёрскую игру. — Я же просил работников принести два хороших кресла, под стать вашему статусу! Простите за это недоразумение.
— Не будем пустословить. Перейдём к делу. Что за глупые и необоснованные претензии к моей фабрике?
— Глупые и необоснованные?! — на лице появились «искреннее» недоумение и праведный гнев. — Согласно императорскому указу *всякие даты, цифры и прочая бюрократия*. Добыча магической древесины в красной зоне строго регламентируется. Вы обязаны иметь *много-много страшных бюрократических терминов*. Иначе вы подвергаете риску жизни граждан империи ради своей алчности!
— Это всё хорошо, но у меня нет ни одного человека лесоруба, — пожал я плечами, чем озадачил чиновника.
— Да? И откуда же вся та древесина, что вы привозите по выходным?! — он уставился на меня, а мне хорошо и удобно. Ещё бы тортик с чаем было бы идеально. Кажется, это немного бесит его.
— Из глубины леса. Приезжаем и забираем.
— И оно вот так просто там лежит и никому не нужное?!
— Почему никому? Монстрам нужное, каждый раз возвращаюсь с горой трофеев.
— Что вы мне мозги пудрите! — вспылил тот. — Откуда вы берёте лесоматериалы?!
— Не повышай на меня голос, чинуша, — серьёзным голосом произнёс я, сверля того взглядом. — Как ты заметил, я привожу не лес, а лесоматериалы. Где я его беру не твоё дело. Считай, что нашёл.
— Н-нашли? Вот так просто нашли? — злился он.
— Всё, что отбито у чудовищ, по праву принадлежит господину Черепову, — вмешалась Жанна. Тот хотел было что-то обидное сказать, но сдержался. Жаль.
— Ещё вопросы будут?
— Где находится этот склад?! Требуется инспекция!
— М-м-м, а потом я приеду, и этот склад будет пуст, да? — рассмеялся я.
— Господин Черепов имеет полное право не указывать и не регистрировать свои трофеи. Это дело рода, — вновь вмешалась Жанна, отчего у того бровь дрогнула.
— Ещё вопросы? — вновь поинтересовался я с довольной ухмылкой.
— Нет… вопросов нет. Пока что нет! — прорычал он.
— Ну и хорошо. Однако учтите, если что-либо сказанное мною здесь будет переврано или искажено, я тут же обращусь в суд. Помимо этого… тебе бы с родными проститься, — покачал я головой.
— Это… это угроза?!
— Мы,
