— Стандартные, — ответил ей, не желая вносить ясность.
Она не узнает от меня ничего конкретного, пока я не буду убежден в том, что она не шпионка. Люди Верса уже ищут информацию о королевстве, подданной которого она представилась, но я был уверен, что ничего не найдут. Ее появление в реальности до сих пор оставалось для меня загадкой. Я не сумасшедший и точно знаю, что это именно она — мое наваждение, но ведь должны быть причины.
— Спасибо за ответ, Ваше Темнейшество. — Вероника упрямо поджала губы и больше на меня не смотрела.
Я прекрасно видел, что она злится, и наслаждался этим. Ничего не мог с собой поделать, не мог отказать себе в этом маленьком удовольствии. Зеленые глаза загорались настоящим огнем, и девушка выглядела еще красивее, еще желаннее, еще притягательнее.
— Раз вопросов больше нет, можете ступать в свои покои. Сегодня отдохните как следует, потому что уже завтра вами займется Агнета. По всем вопросам вы обращаетесь лично к ней. Также позволю себе напомнить, что для всех, кроме Вероники, открыт летний сад. Уверен, вам понравятся цветы, которые там выращивают, — встал я из-за стола.
Претендентки почти синхронно поднялись и сделали реверанс, тихонько ускользая из столовой, но я заметил их неодобрительные взгляды в сторону продолжающей сидеть Вероники. Она даже не пыталась сделать вид, что собирается уйти.
Дамы вышли, прислужники — по моему кивку тоже, дверь закрылась, и наступила тишина.
— Вот, значит, как? Одна из? Уже не считаете меня идеальной, Ваше Темнейшество? — она не улыбалась, не пыталась кокетничать. Спрашивала на полном серьезе, и могло показаться, что в голосе ее сквозила обида, но взгляд выражал злость. Именно злость и ничего другого.
— Ты будешь числиться моей невестой ровно до тех пор, пока я не узнаю, откуда ты на самом деле и как отправить тебя обратно, — ответил честно. Не хотел давать ложных надежд на то, чему никогда не бывать. Три ночи прошли, и других не будет.
— А если меня нельзя отправить обратно?
— И почему же?
Она молчала. Прежде чем ответить, Вероника выдержала слишком долгую паузу, в которую мы мерились взглядами.
— Может быть, потому что меня не примут обратно?
— Гвардейцы, — позвал я громко, и двери столовой тут же открылись. — Увести.
Грустно улыбнувшись, девушка не спеша поднялась из-за стола, но уходить не торопилась:
— Тогда ответьте хотя бы, к чему этот спектакль? Меня весь день караулят, водят под стражей, но другие невесты свободны от надзора и не ограничены в передвижениях.
Она не понимала, что я переживал за нее. Она и представить себе не могла, до чего иногда опускаются воспитанные дамы в стремлении выиграть Императорский отбор любой ценой. Хотелось сказать, что остальные невесты не имеют с ней ничего общего и даже в подметки не годятся, но выдал вторую версию, в которую сам всем сердцем хотел бы поверить:
— Ты подозреваешься в шпионаже.
Она вспыхнула негодованием, а голос похолодел, превратившись в чистейший лед:
— Вы…
— Что "вы"? — не понял я ее.
— Вы обязаны обращаться ко мне на вы. Впредь прошу об этом не забывать.
Хлесткая пощечина ударила, обожгла, хоть и была словесной. Я провожал ее прямую спину взглядом, тогда как мне до безумия хотелось схватить ее, растормошить, впиться в пухлые губы и сорвать это ненавистное платье, закрывающее ее прекрасное тело. Видит тьма, я желал разложить ее прямо на этом столе. Почти слышал ее крики, стоны, в которых она просила о пощаде, но щадить не собирался. Слишком сильно засела в голову, слишком глубоко проникла в сердце.
Непокорная, горделивая, страстная и честная в своих желаниях. Думал, что уже обладаю ей, имею над ней власть, но оказалось, что это именно она захватила в плен.
Нет, не позволю. Лучше самолично убью, испепелю, рассею тьмой, чем предоставлю хоть одну возможность управлять мной. Я давно не мальчишка, чтобы вестись на женские уловки. Этого не будет.
Разжав пальцы, с неудовольствием отметил, что стул восстановлению не подлежит. Стряхнув щепки с ладоней, призвал тьму, чтобы успокоиться. Да, так хорошо, так правильно — тьма в теле, тьма в душе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 10. Вероника
Мне было неприятно. Нет, неприятно — совершенно неподходящее слово.
Противно, мерзко — куда ближе по смыслу, но все равно не передает всех эмоций, которые я испытывала от сказанного Темным Принцем.
"Увести!" — голос мужчины эхом звучал в голове. От его холода хотелось кричать, рвать на себе волосы, крушить.
Из доступных вариантов я выбрала последний. Схватила с тумбочки какую-то вычурную статуэтку и с силой запустила ее в дверь.
Очень вовремя.
Едва фигурка ударилась о препятствие, разлетевшись на множество осколков, которые теперь были рассыпаны по полу, дверь распахнулась и на пороге показалась Литта.
Девушка так и замерла, не моргая глядя на цветные кусочки, еще недавно представлявшие собой фигурку какого-то несуразного зверя. Отлично, теперь еще и она раздражать своим страхом будет. Наверняка же уже в голове себе придумала развитие событий, где я ее как минимум тоже кидаю в стену.
Надо диалог завязать, что ли, пока ее окончательно не заклинило.
Однако я не успела. Удивительно, но девушка открыла рот первой, сказав удивительно правильные слова:
— Охренеть, Месси!
— Ага, охренеть, — не стала я спорить со служанкой. — Ты это, не переживай. Со статуэткой случайно вышло. Из рук выскользнула.
Я даже в теории не хотела представлять, как несчастная фигурка может так выскользнуть из рук. Надеюсь, что Литта тоже. Но нужно же было сказать хоть что-то!
— Я помогу вам с приготовлениями ко сну, — тем временем продолжила девушка.
Ничего себе! Второе осмысленное предложение за последние пару минут! Она там что, хряпнуть для храбрости успела за время нашего вечера знакомств?
От мыслей об ужине вновь стало тошно. Нет, совершенно точно нужно как-то отвлечься, переключиться, а то представляю, что дальше будет.
Совершенно безрадостная картина вырисовывается.
— Да. С приготовлениями. Не вопрос. — Вышло не так уверенно, как я планировала, но Литта не обратила внимания. Ну, или сделала вид.
Получив мое разрешение, служанка кивнула и обошла меня, остановившись за спиной.
Первую волну облегчения я почувствовала буквально через несколько секунд. Уверенными движениями Литта начала расшнуровывать корсет.
Блин, за всеми этими переживаниями я совершенно о нем забыла, только сейчас смогла сообразить, насколько в нем было неудобно.
Жутко тяжелыми оказались и многочисленные юбки, этот факт я поняла, также лишь избавившись от них. Туфли… Они тоже те еще пыточные колодки.
Лишь оставшись в одной сорочке, ступив босыми ногами на мягкую шкуру, я поняла, насколько могут радовать такие мелочи, как банальный комфорт. На фоне всего происходящего в моей жизни я о нем за сегодняшний день и позабыть успела.
— Прекрасно. — Я позволила себе улыбнуться, потянувшись, и, клянусь, в этот момент отчетливо разглядела на лице служанки мимолетную улыбку.
Может, еще не все потеряно? Хотя есть, конечно, шанс, что она вовсе и не улыбалась, просто у меня на фоне всего поехала крыша и начались галлюцинации. Хотя о каком вообще психическом здоровье можно говорить, когда ты находишься в другом мире?
Все же, пожалуй, буду верить в то, что она на самом деле улыбнулась. Этот вариант как-то пооптимистичней звучит.
Пока Литта вынимала многочисленные шпильки и заколки, поддерживавшие мою прическу, я натурально кайфовала.
Знаю, что в нынешней ситуации радоваться таким мелочам, как свобода от жутко неудобного наряда, по меньшей мере глупо, но ощущение этой легкости… Оно сейчас ни с чем не сравнимо.
Вот бы от всех неудобств так избавиться. Вжух! И все.
Эх… Жаль, что так вряд ли получится.
Освободив мою голову от нереального количества металла, Литта принялась аккуратно расчесывать волосы. Еще бы немного, и я застонала от удовольствия, однако в тот момент, когда я уже и веки прикрыть успела, девушка вдруг прервалась.
