на бортик. Дальше лабиринт, а за ним высоченная стена из досок. С ее стороны отвесная, с обратной слегка наклонная, для устойчивости. Девчонка подошла вплотную, примерилась, поискала глазами. Ближе всех стоял дроу.
— Фериэль, не поможешь? — и показала ладони сомкнутые лодочкой. Рыжий усмехнулся, но подошел. Малявка взяла разгон и оттолкнувшись от его рук уцепилась за верхний край стены. А этот нахал еще и под попу ее подтолкнул. Она мигом оказалась наверху, с улыбкой погрозила парню пальчиком и скатилась с обратной стороны как по горке. По уши в грязи, а кокетничать не забывает! Вот же зараза! Дроу хотелось оторвать руки, а ей, а ее… И чего, спрашивается, я так разозлился?
Сосредоточился на деле. Упрямство и сила воли мелкой занозы вызывали уважение, но не были удивительными. Все ученики этой странной группы оказались здесь не от хорошей жизни. У каждого своя непростая история, и багаж проблем за спиной. На пустом месте никто не захочет стать изгоями среди элиты, кроме отчаянно идущих к своей цели.
Собрал группу вместе и прокомментировал действия каждого. Потом пятнадцать минут перерыв, на приведение себя в порядок и занятие по боевым искусстам.
Терри Бат
Вечером у меня болели даже те мышцы, о существовании которых я и не подозревала. Ну зачем спрашивается нужно было выпендриваться. Сошла бы себе с дистанции в начале, была бы признана безнадежной. Я же не боевик, сюда приехала, чтобы с даром совладать, а не по полосам препятствия скакать. Так нет, гордость не позволила.
А во всем виновато высокомерно-снисходительное выражение лица товарища Нуарона младшего. Ну ничего же особенного он не делал, но бесил меня неимоверно. Он мне никто. Какого лешего я тогда пытаюсь ему что то доказывать? Взрослая женщина, а пошла на поводу у подростковых гормонов. Хотя как раз взрослой женщиной я себя не ощущала.
Мой родной мир становился все более призрачным и далеким. Иногда я с трудом вспоминала имена знакомых или названия некоторых предметов. Моя прошлая личность, как будто, подернулась льдом, сразу как я здесь появилась. И с каждым днем лед становился все толще. Сейчас меня прошлую было почти не разглядеть. Откуда, например, взялась эта дерзость и желание что-то доказывать.
Дома я была тихой, удобной, легко позволяла собой помыкать. Злилась на себя за это, но ничего не делала, чтобы изменить ситуацию. А здесь в меня будто вселился дух противоречия. Груз прожитой жизни тоже исчез, а с ним и осторожность. Меня это безумно пугало.
Хотелось поговорить с Амарелем. Он единственный, кто видел в Этери прошлую меня. Незадолго до отъезда сюда у нас состоялся откровенный разговор. Я спросила, почему он наедине зовет меня только Эрой. Он ответил, что как эльф, постоянно чувствующий ложь окружающих сам без необходимости старается не лгать. Называя меня Этери, он чувствует диссонанс, так как я ею не являюсь. Имя Терри дается легче. Им здесь стали называть именно меня, но Эра все равно звучит правильнее. Я скучала по нашим беседам за чаем, по его спокойствию и надежности. Сейчас мне этого не хватало. Но с Амарелем связываться было нельзя. По Батам я тоже скучала. Позвонила Оюну.
Он будто чувствуя мое состояние начал разговор с обещания на ближайший выход в город отправить ко мне Гуилла. Сам он лишний раз светиться возле академии не должен, но было видно, что он от этого не в восторге. Еще днем я написала письмо близнецам, где изложила ситуацию со старшим Борейским. Оюн сказал, что они в курсе и это действительно имеет отношение к моей истории. Мы проболтали почти час. Он рассказал о начавшихся нападениях на эльфийскую знать. Просил сидеть тише воды ниже травы. И я для себя решила не высовываться ни при каких обстоятельствах.
Глава 16 Ренард Нуарон
Следующий день у бытовиков был посвящен магической практике. А у старших курсов день самообразования. Он давался на работу над индивидуальными наработками. Не смотря на сумасшедшую загруженность, любопытство победило, и я пошел на пятый полигон, защищенный энергетическим куполом.
У границ барьера уже собралось прилично народа. Это и понятно, не один я заинтригован возможностями бытовиков. Брат, объявляя о новом факультете, намекнул, что в будущем видит этих специалистов в составе патрулирующих отрядов. Мне то уже вряд ли, а вот четверокурсникам, возможно, придется ходить с этими ребятами в рейд.
Появился наш преподаватель по боевым магическим дисциплинам, ор Атаназ и занятие началось. Это был позор! Из пятнадцати существ только дроу и эльф могли претендовать на владение своим даром. Оборотни имели не очень сильный уровень магии, а владение ей было еще хуже. Килиан и его младший брат оказались сильными магами огня, но совершенно необученные. Третий поморец и Чинита, средние водники. Если парень имел кое-какие знания основ, то девушка абсолютная самоучка. Выпускницы бытового колледжа имели резерв всего в несколько десятков крилонов. Их силу невозможно было даже идентифицировать со стихией.
Заноза Бат как всегда отличилась. У нее оказалась двойная стихия, что само по себе редкость. Так еще одной из стихий оказалась магия зарниц. Поначалу все шло неплохо. Она снесла двумя небольшими смерчами установленные тренировочные препятствия, перебросила себя потоком воздуха над небольшим рвом, но отвлеклась, увидев толпу. Десяток шаровых молний заметались, врезаясь в барьер. Искры летели во все стороны, заставляя шарахаться нервных зрителей. Дел, стоящий в первом ряду стал мрачным. Наверняка вспомнил Себа, виртуозно владевшего силой зарниц. Мне тоже было не по себе. Девушка застыла в растерянности. Вмешался ор Атаназ, быстро прекратив это безобразие.
Последним демонстрировал силу драколин. Он показал неплохое владение магией земли, но общее впечатление от группы это не спасло.
У выхода с полигона Аделард снова прицепился к мелкой. Я двинулся в их сторону. Начало разговора, не услышал. Наверняка Дел сказал, что-то обидное. Девушка аж побелела от гнева.
Масла в огонь подлил Бедоир:
— Да ты прав, наверняка родичи вздохнули с облегчением, отослав ее сюда, пока она не разнесла всю их оружейную лавчонку. Да их наверняка из Степи выперли, из-за этого недоразумения. — Насмехался орк. Луания и наши змейки — пятикурсницы захихикали.
— Лучше бы не позорилась здесь со своей семейкой выскочек. — Прошипела Рилинда.
— Тебе здесь не место — недоорк. — Добавил Бедоир.
Девчонка подтянулась, глаза ее опасно заблестели. Она подошла вплотную к зеленому громиле, и уткнув в него палец, звонко проговорила:
— Тебе в твоей Степи, похоже, ветром совсем мозги выдуло, дубина. Забыл уже, как сам свой дар осваивал. Это Академия — учебное заведение, и я сюда
